и поймал взгляд Михалыча.
— Ты тоже это слышишь? - поинтересовался Михалыч.
— Да, кажись слышу, только не пойму, что это и где?
Максимка по-прежнему дурачился, не обращая внимание на разговоры и посторонние звуки.
— П-с-с-с-с-с-с… — настойчиво прозвучал звук, слегка усилившись.
Теперь стало понятно, что это за спиной. Михалыч и Петрушкин обернулись. Возле сушилки в стене светилась полоска света словно от разлома в пространстве, хотя так оно и было, а у стены стояло маленькое лохматое существо и псыкало. Это был домовой. Михалыч узнал его, но решил уточнить на всякий случай:
— Пархомыч! Ты что ли?
Существо кивнуло.
— А чего псыкаешь? — удивлённо воскликнул Михалыч.
Существо маленькой ручкой убрало копну волос с лица, и появилась маленькое личико. Люди веками называли это существо домовым, вот только конкретно этот был очень лохмат словно нестриженый лет пятнадцать бомж.
— Да я, я это, Михалыч! — подтвердил ещё раз голосом домовой.
Про Пархомыча знали все работники здания. Он обычно являлся людям только тогда, когда хотел сказать что-то важное. Видимо вот и сейчас у него что-то было, иначе он бы с поралельки и не вылез. Как и любое магическое существо, вроде Максимки, домовой тоже умел нагонять мрак вокруг себя, чтобы не быть заметным, когда появлялся в мире людей. Только в этот раз обошлось без мрака, и было видно, что он только что перешёл созданный проход между мирами.
— Как ты тут оказался? — поинтересовался Петрушкин у Пархомыча.
— Вас обоих искал. Видел, как вы были на пожаре.
— Ты про пожар знаешь?
В этот момент Максимка отвлёкся от стекла и, обернувшись, заметил, что Михалыч и Петрушкин с кем-то шепчутся в углу. Максимка, подвергнувшись любопытству, обошёл и увидел домового.
— Здорова, Пархомыч! — радостно воскликнул бесёнок.
— Тссссс! — резко шикнул домовой и приложил палец ко рту ну или тому, что у него называлось ртом, — не ори, полоумный, иначе мне кранты!
Максимка удивлённо замер, но сбавил «обороты» и приблизился, стараясь не шуметь. Разговор продолжился.
— Конечно, я знаю про пожар. Я видел вас троих там.
— Ну видел, и что? Там помимо нас все работники МММ находились, плюс огромная толпа зевак.
— Я там был ещё до пожара, — загадочно заявил Пархомыч и сделал важный вид, словно свидетель на суде.
Михалыч начал понимать куда клонит домовой и почему вдруг псыкает, стоя у сушилки.
— Ты видел что-то ещё?
— Видел, — подтвердил домовой. — Я как раз в этот момент на крыше был, ловил голубей.
— Зачем тебе голубь? — удивился Михалыч.
— Сожрать хотел! Нафиг он мне ещё нужен! — обиделся домовой, но рассказывать не перестал, — так вот, сижу я, значит, на крыше…
Петрушкин его перебил:
— Постой, так ты видел, как всё началось?
— Тормоз! — буркнул Максимка в сторону Петрушкина, — Конечно, он видел как всё началось, он же так и сказал!
— Когда сказал? — обиделся Петрушкин.
— Заткнитесь оба! — рассержено вмешался Михалыч и предложил домовому, — говори, Пархомыч, не обращай на них внимание.
Домовой продолжал:
— Значит, сижу я на крыше, голубя подманиваю. Глядь, а напротив в здание на крыше, здание то, что пониже, на три этажа, на той стороне площади… — пытался объяснять Пархомыч
— Маленькое такое, синее? — уточнил Михалыч.
— Оно самое, как есть самое, — подтвердил Пархомыч и продолжил, — гляжу, а там человек стоит в тёмной накидке, с капюшоном и руками водит. Ну я опытный, я сразу понял, что этот гад занимается незаконным колдовством, да ещё в центре, да ещё напротив администрации и МММ.
— Да не томи, рассказывай, что видел-то? — не выдержал Михалыч, решив ускорить рассказ Пархомыча.
— Ну я и рассказываю! Наколдовал этот гад шаровую молнию и запустил. Шар перелетел площадь, расплавил окно в хранилище вместе с решётками, а опосля огонь начал по всему зданию распространяться.
— Ты хочешь сказать, что это умышленный поджог?
— Да я вроде так и говорю, — раздражённо буркнул в ответ Михалычу домовой.
— А лицо колдуна ты видел? — сунулся с вопросом Максимка.
Михалыч промолчал на такое вмешательство и ничего не противопоставил, так как вопрос всё-таки был уместен.
— Мельком, но видел. Скрыт он был в накидке и капюшоне. Одно могу с уверенностью сказать – он человек! Да вот, у меня и картинка есть!
Домовой неожиданно для всех вытащил из-под своей лохматой бороды фотографию, сделанную фотоаппаратом тридцатилетней давности под названием «смена». Таким раньше пользовались шпионские организации. Сейчас его уже давно не пользуются. Михалыч без личных расспросов выхватил фотку и жадно всмотрелся в неё ожидая чудо, но чуда не произошло, поэтому он изменился в лице разочаровавшись отсутствием лица подозреваемого на фото.
— Да он далеко, и в плаще!
— А я так и сказал, — подтвердил Пархомыч, — но ты Михалыч на всякий случай забери, вдруг пригодиться?
Михалыч оставил фотку предполагаемого преступника у себя.
— А чего это у тебя с собой такая серьёзная аппаратура оказалась? К тому же, чего это ты делал на крыше хранилища, в котором находятся вещ доки и уликами по всем делам МММ, как так? — подозрительно поинтересовался Михалыч прищурив один глаз.
Пархомыч кашлянул и задержался с ответом, выдумывая его на ходу, а потом выдал:
— Птиц я фотографирую, любитель в общем. Это, орнитолог я, вот! — оправдывался домовой, подыскивая в памяти нужные термины.
— Ты смотри у меня! Это шпионский фотоаппарат для мгновенных снимков на карточку, хоть и довольно старый. Откуда он у тебя?
— На помойке нашёл! — «честно» соврал Пархомыч, а на самом деле попросту спёр его из отдела старых закрытых дел.
— Ты с этим не шути! Такие фотоаппараты хоть и старые, но находятся в списке запрещённых. По нашему ведомству если прознают про твоё «нашёл» то могут тебя наказать на два года. Ты как волшебное существо не имеешь права владеть человеческими вещами такого класса без спец разрешения.
— Вот и делай вам людям хорошее, помогай себе на срок наматывать, — обиделся домовой.
Михалыч возразил:
— Закон есть закон!
Тут же смягчился, не давая Пархомычу ответить, и добродушно добавил:
— Но только для тебя и за твои старания, я забуду про эту шалость.
Пархомыч был доверчивым домовым и честно сотрудничал с МММ, а те за это его
