Матвей, оказавшись в свои пятнадцать лет на захваченных землях, успел хоть и малышом, но три года мирно пожить здесь до атаки мерзляков.
Город они проезжали долго и в гробовом молчании. Слышно было только сержанта, проговаривающего про себя заранее в какую сторону следует повернуть Домкрату на следующей улице.
Вскоре они покинули Ломоносов и выехали на шоссе, окруженное лесистой местностью. Здесь ехать было значительно проще. Брошенные автомобили и прочий мусор встречались реже и Домкрат позволил себе увеличить скорость.
Йован отпрянул от окошка иллюминатора и взглянул на Матвея. Лицо здоровяка побледнело как простыня, зрачки расширились. Выглядел он паршиво.
— Что-то мне нехорошо… — пожаловался он.
— Правильно, нечего было пить ту дрянь… — пробурчал Вадим Георгиевич, покосившись в сторону Лейгура.
— Укачало? — спросил сидящий рядом Ясир, подавшись вперед.
— Нет… Дело не в выпивке… Голова что-то…
Йован отвел воротник кофты в сторону и стал тяжело дышать.
Ясир и Матвей одновременно встали с места и подошли к здоровяку.
— Ему нужен воздух, — заключил Ясир.
— Эй, вели ему остановить вездеход! — крикнул Матвей сержанту.
— Чего? С какой стати?
— Кажется, Йовану плохо… — с волнением пробормотала Надя сержанту и направился в глубь салона к остальным.
Йован стал задыхаться.
— Тормози! — крикнул Матвей. — Какого хера мы до сих пор едем?
Сержант обернулся через плечо, взглядом пробежался по пассажирам и остановил его на начальнике, спрашивая молчаливого разрешения на остановку.
Вадим Георгиевич тихо выругался и заявил:
— Пускай останавливается! — Затем тихо добавил: — Черт бы его побрал…
Титан резко остановился на середине дороги. Испуганная Арина подбежала к двери и открыла ее перед Матвеем и Ясиром, взявших под плечи Йована. Здоровяк, едва коснувшись ногой асфальта, вырвался из хватки помощников, подбежал к ближайшему дереву и стал громко блевать.
— У него шок, — сообщил Ясир стоявшим рядом. — Ему нужно воды и немного подышать.
— Я принесу, — произнесла Надя, удалившись обратно в вездеход.
Матвей и Арина тем временем направились к товарищу. Завидев их, Йован отмахнулся и сплюнул.
— Ну как ты? — поинтересовался Матвей.
— Да сойдет, жить буду. Подышу только немножко… — Он расстегнул верхнюю пуговицу своей куртки и надавил рукой на грудь.
— Напугал же ты меня… — Арина слегка ударила его в предплечье.
— Да я сам чуть вы штаны не наложил, малая, — устало произнес Йован. — Думал, помираю…
В это мгновение подошла Надя и протянула ему флягу с водой.
— Вот, держи.
Здоровяк взял воду и сделал несколько глотков. Свободной рукой он облокотился к дереву, глубоко вздохнул и едва слышно произнес:
— Вы меня, ребят, простите, не думал я, что оно настолько вот ударит по мне. Ну, все это… — Он посмотрел в сторону покинутого ими Ломоносова. — Думал, легче оно будет… Ан нет, ничегошеньки подобного. Страшно все это, до жути страшно. — Затем он взглянул на собравшуюся рядом с ним троицу: Матвея, Арину и Надю. — Хорошо, вы хоть рядом. Без вас я б свихнулся уже окончательно.
Арина медленно подошла к Йовану и обняла его. Здоровяк немного опешил, но затем прижал ее к себе и погладил ее по голове.
— Я тебе кстати говорил, что мне твоя новая стрижка нравится? — Дыхание Йована становилось ровнее.
— Не подмазывайся, — произнесла Арина, уткнувшись ему в куртку.
— Да я серьезно…
Надя в кругу восточников чувствовала себя неловко — она переминалась с ноги на ногу, отрешенно поглядывала по сторонам но все же оставалась рядом с троицей.
Со стороны вездехода раздался грозный голос сержанта:
— Может вы еще там пикник устроите? Только выехали! Живее внутрь.
— Прав он, — хоть и нехотя, но согласился Матвей, — ехать нам надо.
— Да, ты прав, — ответил Йован. — Идем.
Здоровяк ласково освободился от крепких объятий Арины и вдруг заметили, что и девушка позволила себе всплакнуть. Но стоило остальным это заметить, как она немедля смахнула слезу с глаз и, шмыгнув носом, твердо произнесла:
— Пошли.
Надя встретила ее решительность одобрительной улыбкой.
Глава 5
Пастух
На трассе М-11 они оказались полчаса спустя. Здесь, наряду с брошенными машинами им стала встречаться военная техника: танки, бронетранспортеры, грузовики и еще множество разной техники, некогда участвующей в войне с иноземными захватчиками.
Пассажиры Титана прильнули к иллюминатором когда с северной стороны показались очертания Санкт-Петербурга с едва виднеющимися зданиями и высокими линиями электропередач, несколько уцелевших проводов которой тянулись прямиком к городу. Удалось разглядеть гигантские, но отсюда выглядевшие совсем крохотными, многоэтажные дома; чуть западнее находилась магистральная дорога выглядевшая как гигантская чешуя змеи, где каждой чешуйкой был брошенный автомобиль.
— А мне вот так и не довелось побывать там, в Питере, до Вторжения, — прошептал в мертвую тишину Вадим Георгиевич. — Я сам то из Ярославля, но вот до Питера так и не доехал, то возможности не было, то желания. А ведь там Спас на Крови, площадь Дворцовая, Эрмитаж… — Он с сожалением вздохнул. — Наверное там от всего этого уже ничего и не осталось.
— Еще там Раскольников старуху-процентщицу убил, — добавила Арина.
Вадим Георгиевич хмыкнул и согласился:
— Точно.
Вид отдаленного города с многочисленными зданиями вдруг заставил припомнить Матвея один вопрос, который он все намеревался задать еще во время морского путешествия.
— Меня вот что беспокоит, — начал он, обращаясь к Вадиму Георгиевичу. — Как мы будем искать вашу дочь в таком огромном городе, как Москва?
Услышав вопрос, старик улыбнулся и щелкнул языком.
— О, мы все предусмотрели, — ответил он и указал в сторону кабины водителя. — На крыше Титана установлен портативный комплекс радиосвязи с диапазоном УКВ, который ловит ближайший сигнал в радиусе до тридцати километров.
— УКВ? — уточнил Матвей.
Не успел Вадим Георгиевич и рта открыть для разъяснения, как его опередила Арина, расшифровав аббревиатуру:
— Ультракороткие волны.
Она отвлекалась от вида из иллюминатора и, поймав на себе удивленный и одновременно озадаченный взгляд старика, объяснилась:
— Мой отец разбирался в радиотехнике, вот как-то и запомнилось.
— Верно, ультракороткие волны, — подтвердил старик с добродушной улыбкой.
Еще с месяц назад Арина вся засияла бы от похвалы в ее сторону, но на этот раз лишь едва заметно кивнула и снова стала смотреть в иллюминатор.
— Короче говоря, — продолжил прогрессист, обращаясь
