смог рассмотреть, что из себя представляет печать предателей крови. Это на самом деле неприятное зрелище. Рядом с сердцем находится магическое ядро, оплетенное цепью с шипами. Шипы впивались в ядро, и по краям цепи видно, как из ядра уходит энергия, питая цепь.
Моё ядро было белого цвета, у Артура и Молли красного, у Билла и Чарли желтого, а все остальные, имели зеленые ядра. Почему-то самые оплетенные ядра было у Артура, Молли и у Джинни. Мне это показалось странным, но ответов пока что у меня не было, поэтому не задался этим вопросом серьезно.
В сентябре Чарли и Перси уехали учиться в Хогвартс. Билл прислал письмо, в котором писал, что поселился в съемной квартире магического квартала Лукоморье, откуда ходит на подготовительные занятия для поступления в университет. Сообщал, что уровень требований для поступления в ВУЗ очень высок, и даже то что он сдал ТРИТОН на «превосходно», не даёт ему уверенности в поступлении. Поэтому приходится нанимать репетиторов по темам, которые ему не понятны или неизвестны.
Глава 6. Своё дело
Жизнь начала меняться с отъездом братьев. Самое плохое, что родители снова перестали проводить ритуалы. На их красных магических ядрах стали видны вкрапления коричневого цвета. Нашей учебой они также перестали заниматься.
В какой-то момент я подумал, что возможно к моменту поступления Рона в Хогвартс, семья Уизли стала такой, как и описывала их Дж. К. Роулинг. Молли всё больше времени стала проводить на кухне. Артур проводит время в гараже, за зачарованием недавно приобретенного форда Англия. Фреду и Джорджу нравилось зельеварение, но с прекратившимся контролем родителей, всё меньше времени занимались им, играя с Джинни в Квиддич или заседая втроем в комнате близнецов, и никого туда не пуская. В круг их общения я принят не был, хотя пару раз предпринимал попытки наладить взаимоотношения. Дальше простых бытовых разговоров, наше общение не заходило. Поэтому я занимался самообразованием, изучал книжки и конспекты, оставшиеся от Билла, занимался фехтованием, отрабатывал защитные заклинания на базе протего и его аналогов, но больше всего времени я посвящал рунам. Кроме учёбы, мне заняться по большому счёту было нечем. Это ещё больше отгораживало меня от всей семьи.
Осенью пришло письмо от Билла, который сообщал, что поступил на платную основу в магический Российский Университет. За год обучения нужно было заплатить четыре с половиной тысячи галеонов. Я попытался объяснить семье, что деньги нужно тратить не на обучение, а на налаживание связей, и получение информации по роду Кощеевых.
Разговор с Молли Уизли мне не понравился.
— Рон, Билл наследник, и он должен получить образование, чтобы правильно руководить родом и вами.
— Мама, разве мы не должны искать решения как снять печать предателей крови? — спросил я. Мне очень не понравилось, фраза, в которой звучало, что мной будут руководить.
— Сын, я никогда не думала, что ты будешь завидовать Биллу. Ведь он своими силами поступил в один из престижнейших вузов мира.
— Мам, ты забываешь немаловажную вещь, а именно, на чьи деньги Билл поступил в университет, и чье изобретение помогло ему избежать рабства у гоблинов? — возразил я.
— Рональд Биллиус Уизли, как ты смеешь сомневаться решении, принятом главой рода? — начала кричать на меня Молли. Парировать мои слова ей видимо было нечем, но считала себя безоговорочно правой, и решила задавить меня своим авторитетом.
На крики жены, пришел Артур, который услышал из разговора только последнюю фразу, про сомнения в решениях главы рода.
Я же видел, что ситуация выходит из-под контроля. Но мне надо было хоть что-то отыграть у родителей. Остальные заработанные мною деньги, они также могут бездумно потратить. И я решил попробовать спасти хоть малую часть.
— Родители, я вас услышал. И спорить с вашими решениями я не имею права, — этой фразой я понизил градус негатива, у Артура и Молли, — но вы должны понимать, что мне не нравится то, как вы распорядились деньгами. Да, ранее я говорил, что это деньги рода, но и вы должны услышать меня, что это деньги именно рода, а не одного Билла. Поэтому я прошу у вас разрешения создать отдельный счёт в банке Гринготс. А также получить от вас триста галеонов из денег, полученных от продажи планетария, — сказал я родителям.
В комнату где находились я и родители, зашли Фред, Джордж и Джинни, которые услышали крики матери. По виду они пытались сообразить, что здесь происходит. И рассевшись по комнате начали нас подслушивать.
— Зачем тебе деньги? И тем более отдельный счёт? — спросил отец.
— Эти триста галеонов заработаны мною. Я повторюсь. Мне не нравится то как вы распорядились остальными деньгами. Но это было ваше право. Думаю, что почти тридцать тысяч галеонов, которые ранее были на счету рода, это хорошие инвестиции, внесенные несовершеннолетним ребенком. Теперь же я собираюсь, заниматься тем, чтобы и у меня были деньги на образование. — Я не стал им говорить, что буду проводить изыскания по снятию клейма, потому что это была больная тема для всей семьи, которая опять же знала о ней, но ничего не предпринимала для её решения. — С вашего разрешения я хотел поставить на нашей земле теплицы, и выращивать в них магические растения.
— Но Рон, тогда для чего тебе свой счёт? — спросила Джинни.
На этот вопрос я не хотел отвечать, но все смотрели на меня и ждали ответа.
— Потому что в какой-то момент род может решить, что эти деньги будут необходимы для обучения кого-то другого, а не меня.
— Так получается братец, что ты думаешь только о себе? — сказали близнецы.
Я посмотрел на них, и ещё больше расстроился, что разговор прошёл в их присутствии. Но отступать мне было уже нельзя.
— Фред, Джордж, Джинни, а скажите мне почему я должен зарабатывать деньги на благо рода, а вы тем временем ничего не делаете, так же как Перси, Чарли и Билл? Сколько галеонов вы положили на счёт рода? А я и так вам скажу — ни кната. Я вас конечно всех люблю, и не лезу к вам в душу, но я хочу обеспечить своё будущее. И то, что я прошу сейчас выделить мне деньги от той суммы, которую я привнёс, это мелочи. — высказал я присутствующей родне.
Никто не нашелся что ответить на это, потому что правда была за мной. Но Уизли были недовольны.
— Хорошо, Рон, раз ты так хочешь, то я согласен. Это будет твой подарок на рождество, — сказал Артур, — можем сегодня сходить с тобой в
