Лали не мог поверить собственным глазам. Но и это было не самое странное. Магистр Рей был полностью обнажён! Лали даже пришлось сглотнуть, чтобы не закапать слюной всё вокруг себя от такого зрелища. Стройное тело с чётко прорисованными мускулами, с натянутыми канатами мышц, сияло капельками воды на гладкой коже, сводя с ума. В каждом движении чувствовалась плавность и гибкость хищника. Просто завораживающее зрелище, особенно для того, кто так мечтал получить этого разумного в свои загребущие лапки. Пока Лали пытался усмирить бушующие гормоны и утрясти всё увиденное в голове, магистр Рей забрался на тело змея, мирно покачивающееся на воде, растянулся во весь рост и замер, заложив руки за голову. Лали даже вздохнул, завидуя подобному релаксу. Теперь понятно, откуда у их преподавателя столько сил терпеть выходки студентов. Мало того, что вода в источнике по слухам целебная, ещё и Ашесс, наверняка, помогает. Лали вновь тяжко вздохнул и… пополз обратно, намереваясь поделиться тайной с двумя хитрыми оборотнями. В его симпатичной головке затеплилась надежда. Вдруг им тоже повезёт подружиться с разумным змеем? Было бы здорово!
Оборотни были поражены новостью и почему-то расстроены, но, как понял Лали, явно не из-за него. Кажется, они на кого-то слегка обиделись. Если бы всерьёз, то Лали тому разумному не позавидовал бы, ибо братцы уже строили бы планы мести, а сейчас они с радостью согласились составить принцу компанию и… с горя напиться. У эльфа было припрятано несколько бутылок акернского вина. О! Этот уникальный напиток с изысканным ягодно-травянистым букетом создавали только в Великом Лесу. Это вино в основном шло на подарки всяким королям и важным персонам, редкими и малыми партиями попадая в продажу, где стоило не меньше пары сотен золотых за бутылку.
На каждого разумного оно имело своё воздействие: гномы возбуждались и погружались в любовную эйфорию, потому им дарили его на свадьбу; оборотни расслаблялись и просто пьянели, никакой другой алкоголь такого эффекта не давал; люди же… Они-то с удовольствием платили немалую цену и было отчего. Если пить вино по одному глотку в день, месяц спустя человек молодел как минимум на десять лет! А для людей это много. Но была ещё одна особенность. Если вино выпьет семейная пара, то у них обязательно родится крепкий и магически сильно одарённый ребёнок. Так что акернское вино вполне стоило тех денег, за которое уходило, едва покидая пределы Великого Леса.
Лали удалось спереть несколько бутылок из личного подвала отца. Правда, осмелился он это сделать на спор. Главное, что отец этого не заметил. Дед, Владыка эльфов, каждый праздник присылает ему по несколько бутылок, так что, быть может, пропажу никто и не обнаружит.
− Он такой краси-и-в-ы-ый, − тоскливо протянул Лали, сидя под раскидистым деревом, растущим рядом с домом магистра Рея. Оборотни, вольготно валяющиеся рядом в виде двух здоровых кошаков, громко фыркнули и дёрнули лапами, словно насмехаясь над страданиями друга.
Вся весёлая компания перебралась сюда, вылакав первую бутылку. Лали прихватил с собой высокий хрустальный бокал, а друзьям… глубокую миску, с их здоровыми мордами лакать вино из бокала было не удобно. И всем троим даже в голову не пришло, что никто в здравом уме изысканное и самое дорогое вино на Элайне из миски… не пьёт! Но где там заблудился здравый смысл? Оборотни совершенно расслабились, перекинулись и с удовольствием учапали за другом, выписывавшим круги по территории Академии, как-то умудряясь при этом удачно избегать ночных патрулей. Видимо, врождённые инстинкты обострились. Как они оказались возле дома магистра Рея, скорее всего, никто из них сказать бы не смог. Вот привели их туда ноги и лапы, и всё! Лали вновь вздохнул, долил вина себе и от души плеснул в миску друзьям. Ренгар мигом заработал языком, поглощая ароматную жидкость, а Тенгар… кажется, ему было уже достаточно. А вот Лали… Его тянуло поболтать! Дело в том, что на самих эльфов акернское вино действовало своеобразно. На них нападала болтливость и откровенность. Поэтому такое вино пили только добровольно, желая убедить собеседника в открытости, но… меру надо было всё же знать. А три юных оболтуса напились от души.
− Магистр Рей! Магистр! Вы самый вредный разумный в мире, − громко констатировал принц, в очередной раз пригубив вино. Оборотни как-то странно… хрюкнули. — За вами ухаживает младший принц Империи Эрелон, а вам… всё равно. Вы — бесчувственная ледышка! Только и можете, что искушать бедного несчастного эльфа, купаясь голышом! Знаете, что? Я готов подарить бутылку акернского вина любому, кто прилюдно сорвёт с ваших губ поцелуй! Уверен, что если не получилось у меня, ни у кого тоже… не получится! Вы — кремень! А ежели кто вас того… трахнет, я готов прокатить его на драконе! Старина Аваларис мне должен желание. Он сказал, что я не смогу стащить у отца бутылку акернского вина, а я уволок целых три! Одна ещё осталась! Он пообещал, что покатает любого, о ком я попрошу.
Оборотни подняли морды и обиженно посмотрели на Лали. Их длинные хвосты нервно забили по земле. Принц скосил на них мутный взгляд и, пожав плечами, спросил, икнув:
− Что? У вас есть Аландарис и Диарис. К ним и приставайте! Давайте лучше споём? — и подняв голову вверх, попытался рассмотреть в густой кроне старого дерева где-то высоко мерцающие звёзды. Набрав в лёгкие воздуха, он громко заорал.
Если бы это была пленительная любовная баллада на загадочном эльфийском наречии, все, кто прислушивался к пьяным воплям трёх студентов, с удовольствием затаили бы дыхание, но… Тишину ночи разорвали брачные кошачьи вопли в исполнении двух оборотней и одного эльфийского принца. Дверь громко хлопнула, и перед студентами возник разъярённый, в одних лёгких штанах и босиком магистр Рей со сверкающими изумрудными глазами. Он обозрел картину и громко рявкнул, перекрывая вопли исполнителей. Оборотни от испуга едва не зарылись в траву, прикрыв лохматые головы лапами, а Лали резво потянул к себе один белый пушистый хвост и один чёрный, пытаясь спрятаться под ними. Естественно, из этой глупой затеи ничего не вышло. Сильные пальцы магистра впились в мохнатые уши нарушителей спокойствия, и оборотни жалобно мяукнули.
− Я долго терпел ваши пьяные речи, господа студенты, но… У каждого разумного есть предел терпения! Кошачий концерт в три глотки перебор даже для меня!
− И для меня тоже, − изрёк проявившийся в вспышке небольшого портала ректор, весь наряд которого состоял из бархатного халата, длинной рубахи, скрывающей смешные тапочки с помпонами, и забавного ночного колпака. Старик смерил провинившихся взглядом, заметил пытавшегося спрятаться под пушистыми хвостами друзей принца Лалиандреля и повернулся к своему подчинённому. — Что делать будем? Исключение за любовные страдания не предусматривается уставом Академии.
− Гр-р-р, − рыкнул Дайрен, отчётливо заметив в глазах старика смешинки.
− Не рычите так, магистр. Я думаю, молодёжь завтра осознает свою вину и… отправится в помощь к магистру Гро, − ректор с удовольствием послушал слаженный стон несчастных юных пьяниц.
− Я бы кое-что добавил, господин ректор, − вкрадчиво произнёс Дайрен, отпуская уши оборотней, которые сразу же приняли свой человеческий облик и с опаской уставились на него виноватым взглядом. — О поведении этих двоих я лично доложу их…
− Только не папе, − дружно завопили парни. Дайрен довольно оскалился.
− Хорошо. Правителей Империи Дангар я беспокоить не буду. Я поставлю в известность о неподобающем поведении младших принцев их старшего брата.
− Садист, − тихонько провыл Тенгар.
− Сво… Мяу-у, − взвыл Ренгар, когда магистр Рей вновь ухватил его за ухо.
− Вы что-то хотели сказать, принц?
− Вы очень снисходительны, магистр!
− Я так и подумал, − хищно ухмыльнулся Дайрен, растрепав пальцами тёмную шевелюру Ренгара, и повернулся к затихарившемуся за спинами друзей Лали. — А ваш отец, уважаемый принц Релиандрель, обязательно получит письмо, в котором я уведомлю его, кто спёр вино.
