Еще никогда она не была с обожаемым Райаном столь хлесткой, и он не мог этого не заметить.
— Я не узнаю тебя, Джесс. Ты стала такой колючкой.
— Не нравится получать отпор?
— Не с твоей стороны, — признался он. — От тебя я знал только ласку.
— Это в прошлом, — подытожила она, снимая одежду с вешалок и укладывая в сумку.
— Подумать только, ты прожила здесь почти год.
— Я тоже удивляюсь своему терпению.
— И теперь ты мстишь мне?
— Не понимаю, о чем ты, — холодно проговорила женщина.
— О Ксандре Сэйфине. Я видел, как он целовал тебя в баре «Лувр».
— Мы просто коллеги.
— И ты позволяешь целовать себя всем коллегам?
— Нет, Райан. Только тем, которые желают мне спокойной ночи, — язвительно пошутила Джессика.
— Ты хочешь сказать…
— Я сказала то, что ты хотел услышать, — перебила она Райана. — Если ты охотно поверил, что я была любовницей твоего отца, тебе не составит труда уверовать и в мой бурный роман с Ксандром Сэйфином.
— Зачем мне это, Джесс? Я готов поверить, что с Сэйфином вы только коллеги, — неуверенно проговорил Райан.
— И на том спасибо. Главное, не ошибись. Может оказаться, что мне вообще верить нельзя, — резко парировала женщина, застегивая дорожную сумку с вещами.
— Джесс, тебе не нужно никуда уходить, — сказал, перегородив ей дорогу из гардеробной комнаты, Райан. — Останься.
— Нет, — коротко ответила Джессика.
— Почему?
— Я еду домой.
— Здесь твой дом, Джесс.
— Твой дом никогда не был моим, Райан, — бесстрастно констатировала она.
— Чем же он был для тебя, как не домом?
— Отличной смотровой площадкой. Находясь здесь, можно наблюдать чуть ли не весь Сидней, живописное побережье, бухты, пляжи. Но все виды я запомнила наизусть. Пора менять дислокацию.
— Почему именно теперь?
— Потому что я созрела для перемен, — откровенно ответила Джессика.
— Я думал, ты была счастлива со мной.
— Какое-то время так и было.
— Это из-за моего нежелания создавать семью?
— Я не требую от тебя поступаться убеждениями. Тем более, что мне это не нужно, — подумав, прибавила Джессика.
— Ты не хочешь за меня замуж? Это еще почему? — искренне возмутился мужчина.
— Чем дальше, тем больше ты похож на своего отца в отношениях с людьми.
— У меня были тяжелые времена. Да, я хотел получить место председателя правления, играть серьезную роль в семейной компании… Возможно, я был перенапряжен и недостаточно внимателен по отношению к тебе. Все исправимо.
— Но ты не получил свое место в правлении, Райан. Ты уверен, что способен принять подобный исход? Тебе нужно то, чего у тебя нет, и наоборот, ты не дорожишь тем, что имеешь.
— Стараясь обосновать свой поступок, ты ошибаешься в выводах.
— Я так не думаю, — проговорила Джессика Коттер и направилась к двери.
Встретиться с Райаном Блекстоуном в магазине-салоне в утро понедельника оказалось сложной задачей для Джессики Коттер. Она отчаянно скользила взглядом по прилавкам, стенам и витринным окнам, но его лицо настойчиво попадало в поле зрения.
Кругом же все сияло. Бриллианты под стеклами прилавков, изысканная фурнитура, причудливая подсветка — все было готово к представлению новой коллекции. Персонал магазина пребывал в возбужденном состоянии в предвкушении нового этапа.
Райан и Джессика совершали последние приготовления, отдавали последние распоряжения.
— Джессика, ты уже знакома с моей кузиной Даниэллой? — спросил Райан глубоким дружественным голосом, неожиданно подойдя к ней в сопровождении своей двоюродной сестры.
— Да, конечно, мы знакомы, — рассеянно отозвалась Джессика.
— В последний раз мы виделись на похоронах Говарда, — уточнила Даниэлла.
— Совершенно верно, — подтвердила Джессика.
— Простите, мне нужно сделать пару звонков, — ретировался Райан, когда напряженное молчание затянулось. — Ты не будешь возражать, если я займу твой кабинет, Джесс?
— Нисколько, — бросила Джессика вслед Райану. — Раньше ты просила, чтобы тебя звали Дэни, — напомнила она его кузине. — Что-то изменилось? Мне надо звать тебя Даниэллой?
— О, брось! — Дэни махнула рукой и рассмеялась. — В семье меня даже в младенчестве звали Даниэллой. Я же предпочитаю непафосное обращение, — заверила ее девушка. — И прошу тебя, никогда не говори моей маме, что видела меня в строгом деловом костюме, иначе она окончательно уверует в обоснованность своих надежд.
— Каких именно? — полюбопытствовала Джессика.
— Она мечтает, что я образумлюсь, найду положительного парня из хорошей семьи и выйду за беднягу замуж.
— Все мамы одинаковы, — подытожила Джессика. — Не хочешь посмотреть, как выглядят твои работы на шелке и бархате наших витрин?
— С удовольствием, — отозвалась Дэни. — Будь моим гидом, Джесс.
— Твои эскизы восхитили наших мастеров. Но когда мы получили твои идеи воплощенными в металле и камне, то восторгам не было предела. Каждая женщина хотела бы иметь такие украшения в своей шкатулке. Я уверена, коллекция будет иметь успех.
— А что тебе нравится больше всего? — поинтересовалась Дэни, оторвав взгляд от прилавка. — Я имею в виду не только вещи, сделанные по моим эскизам.
— Каждая вещь впечатляет. Но в особенности «Звезда пустыни».
— Но, к счастью, «Звезда пустыни» не продается. Дядя Говард впервые показал мне этот бриллиант, когда я была еще маленькой. Мне кажется, именно в тот момент я поняла, чем стану заниматься. Меня поразил эффект светопреломления. Чудилось, что в застывшей прозрачнейшей слезинке горит радужный огонь. И с возрастом это впечатление не померкло. Каждый раз, стоит мне увидеть этот бриллиант великолепной огранки, я буквально прихожу в экстаз.
— Очень хорошо тебя понимаю, — подхватила Джессика. — Хочешь увидеть его прямо сейчас?
— А это возможно?
— Почему бы нет? — с улыбкой сказала хозяйка магазина, подводя гостью к скрытому от посторонних глаз сейфу.
Джессика Коттер ввела шифр, открыла тяжелую стальную дверцу и извлекла из недр сейфа коробочку из темного бархата. Она открыла ее и протянула Дэни.
— Одиннадцать каратов безукоризненной прозрачности. Выполнен в форме подушки.
— А ведь всего-то, казалось бы, углерод, — усмехнулась Дэни, вынув сокровище из углубления, обтянутого атласом. — Говард был прав, «Звезда пустыни» — ловушка для огня. Если поддаться его великолепию, начинаешь видеть на его гранях разноцветные всполохи. Я знаю и другие работы Аарона Лазара, «Далекое сердце», например, бриллиант тети Урсулы, который ей подарил ее отец, когда она родила Джеймса. Но могу ручаться, что «Звезда пустыни» превосходит все прочие работы Лазара. Великий был ювелир…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
