пятам.
— Вик, давай не будем гнать волну! Все образуется… Я с Миланой поговорю, эта блажь пройдет, вот увидишь. Я давно тебе говорил, твои родители балуют ее, вот и результат.
Я резко разворачиваюсь в его сторону:
— А тебя, подлец, кто разбаловал? Ты совсем за собой никакой вины не чувствуешь?
Муж шагает ко мне ближе, понизив голос.
— Вика, я долго продержался. Милана постоянно передо мной дефилировала. В твое отсутствие. То грудь засветит, то попку, а потом… когда под одеяло ко мне нырнула, все, разум отключился! Я оступился. Всего лишь с ней. Но если ты дашь мне шанс…
— Обалдеть! — шепчу я. — Твоя подлость и мерзость просто не знает границ. Думаешь, я вот так глаза закрою и все? Моя дочь от тебя беременна. Вот и отвечай за содеянное! Женись и воспитывай вашего ребенка.
— Но я… Я не люблю ее! Это просто… эго… Потребности мужские! Вика, если уж на то пошло…
— Молчи! Ты, мужик, которому скоро будет сорок! И кляузничаешь на восемнадцатилетку, обвинив ее в том, что она тебя соблазнила! Самому от себя не противно?
— Вика… — выдыхает.
— Довольно. Ни слова больше не хочу слышать. За оставшимися вещами приеду позднее. Надеюсь, к тому времени ты разберешься с проводкой, умник!
Кто-то скажет, что я сбегаю.
Может быть, так и есть…
Но хуже всего то, что я не получила желаемого. Не знаю, зачем я позвала родителей? Пристыдить хотела? А ничего не вышло. Стало только хуже… Тонна презрения и негодования вылилась на мою голову. Во всех грехах обвинили меня, как ту, что дурно воспитала Милану, и я сама себя тоже в этом корю, поэтому каждое слово обвинения падает в благодатную почву.
***
Мне пришлось поехать к подруге, Яне. Иных вариантов поздним вечером не нашлось, к тому же она была не против спаниеля.
Немного омрачало ситуацию то, что Яна — жена Андрея, друга Саши…
И, разумеется, Андрей уже был в квартире в момент, когда я приехала.
— Привет… — смотрит, как я разуваюсь.
— Андрей, иди, — выпроваживает его Яна. — У тебя там матч начался, все самое интересное пропустишь.
— В записи посмотрю, — отвечает, не моргнув.
Андрей смотрит на мою сумку, спрашивает совсем бестактно:
— Все-таки решила разбежаться с Сашком?
Наша ситуация его совсем никак не касается, но я все-таки отвечаю, ведь скрывать больше нечего.
— Да, а что?
— Ничего, — пожимает плечами. — Просто Сашка — мужик надежный, бабы его любят.
— И что? — холодно спрашивает Яна. — Вика — красотка! Посмотри на ее фигуру! Как будто и не рожала!
— Допустим. Только мужик и в пятьдесят пользуется спросом среди женского пола, а женщинам после тридцати намного сложнее личную жизнь устроить…
— Хватит демагогию разводить, Андрей, — устало вздыхает Яна. — Все уже поняли, что в вашем клубе козлов Сашка сейчас — герой!
— Ты кого козлом назвала?! К маме своей на выходные сама поедешь, поняла?
— А ты и не хотел к ней ехать, только и ждал повода, чтобы отказаться! Не переживай, без тебя справимся!
***
Спустя несколько дней
— Признайся честно, Саш! Ты нарочно затягиваешь! — восклицаю в сердцах.
С тех пор, как я съехала из квартиры, прошла примерно неделя. За это время я сняла квартиру, теперь на работу добираюсь с пересадками, но зато удалось снять квартиру, в которой можно жить с питомцами.
С соседкой мне повезло. В кои-то веки. Гуляла вечером во дворе, узнала, что у нее тоже спаниель, девочка. Она, узнав, что Джеку придется весь день скучать взаперти, сама вызвалась за ним присматривать днем. Тем более, она любит гулять с собачками, и приятная добавка к пенсии ей не помешает.
Вот все-таки мир не без добрых людей, но…
Ситуация с Сашей продолжает оставаться непростой. Живя с ним, я и не подозревала, что его спокойствие и положительные черты — лишь до поры до времени, а маска слетит со временем, и потом оттуда полезет гниль, иначе не скажешь.
Когда я заикнулась о том, чтобы выкупить его долю в квартире, он заявил, мол, давай половину рыночной стоимости! От возмущения у меня дыхание перехватило, он всего лишь треть стоимости добавил, с какой радости я должна уступить ему целую половину?
Мне стало ясно, что легким разводом здесь и не пахнет, отправила заявление на развод в суд. Может быть, хотя бы там получится отстоять свои права!
Но помимо этого Саша начал мотать нервы еще и по другому поводу. Проводка перегорела, он заявил, что надо менять ее всю, целиком, и не спешил ничего делать.
— Вик, ты сама посуди. Какого черта я буду пузо надрывать, делая ремонт в квартире, которую ты у меня отсудить хочешь! Хочешь ремонт делать? Давай скинемся, честно все пополам поделим… — завел шарманку.
Мне кажется, он назло делал все, чтобы осложнить мне жизнь.
— Ни копейки я в эту квартиру не потрачу, до решения суда.
— И я не потрачу! — отвечает он тем же.
***
Про общение с остальными родственниками даже думать пока не хочется… С Миланой я не разговариваю, она сама не звонит. Но мама регулярно ужасается, что я сама не тянусь к дочери.
— Мужиков много, а дочь у тебя одна! — сетует она.
Каждый раз одно и то же, одно и то же…
Заметив в очередной раз звонок от нее, просто перевожу телефон на беззвучный.
Усталость к концу недели колоссальная. Из-за того, что добираться намного дольше, я встаю раньше, чем обычно, и возвращаюсь домой позднее.
Сегодня нет желания плестись на остановку, я решила заказать такси, тем более, знаю, что уже завтра банк отправит зарплату на карты работника.
***
Водитель попадается то ли небрежный, то ли неопытный. Меня начинает подташнивать от того, как он лихо тормозит и дергается с места на старте.
Именно его небрежность и разговоры по телефону становятся причиной аварии. Он начал перестраивать слишком поздно и едва не влетает в машину, стоящую впереди.
Резко жмет по тормозам, машина дергается, встает, как вкопанная, и через
