— И вы знали мою маму? — ошеломленно пробормотала Фиона.
— Еще бы! — невозмутимо ответила Уна. — Я тоже из рода Хей, девушка, и вошла в клан Гордонов, только когда вышла за моего Олея.
Они прошли узким коридором, поднялись по лестнице и оказались в другом коридоре.
— А ты в самом деле стянула коров лэрда? — лукаво осведомилась Уна, открывая дверь в просторную спальню.
— По крайней мере он так считает, — фыркнула Фиона, даже сейчас отказываясь признаться в содеянном.
— Твой дед, царство ему небесное, вряд ли одобрил бы договор, который ты заключила с лэрдом, — откровенно заявила Уна.
— В таком случае ему не стоило лишать наследства своих внучек! — огрызнулась Фиона. — Вместо того чтобы послушаться доводов рассудка, он продолжал до самой смерти воевать с моим отцом, предоставив мне заботиться о пятерых сестрах! И у всех ни гроша за душой, помоги мне Боже! Зато я выдала замуж Энн, Элсбет и Марджери за тех парней, что пришлись им по душе, а теперь могу быть спокойна и за Мораг с Джинни. Я исполнила обещание, данное матушке, и не желаю больше ничего слышать на этот счет, Уна Гордон!
Уна кивнула, ничуть не обиженная резкой отповедью. Зато она узнала все, что хотела. Девушка не потаскуха, которой нужны лишь деньги хозяина. Истинная дочь своей матери. Готова примириться с нелегкой долей ради тех, кого любит.
— Посмотри, какая красота! — воскликнула она. — Тебе здесь будет уютно. Очаг достаточно велик, чтобы повесить котел и нагреть воду для купания. Кажется, Нелли уже взялась за дело. Она моя племянница, хорошая и добрая девочка. Вот только никак не возьму в толк, что из нее выйдет!
Не успели эти слова сорваться с ее губ, как дверь отворилась и на пороге возникла молодая девушка с серебряным подносом, на котором стоял кувшин. Карманы передника оттопыривали два серебряных кубка. На хорошеньком личике сияли круглые голубые глаза, пышные волосы морковного цвета были аккуратно заплетены в толстые косы. Поставив поднос на стол, она вежливо присела.
— Вода уже греется, мистрис У на.
— Молодец, — одобрительно кивнула та. — Вижу, ты и вино принесла? Вот и замечательно. Поздоровайся как следует со своей новой госпожой Фионой Хей.
— Господь да пребудет с вами, леди, — послушно сказала Нелли, снова приседая в реверансе.
— И с тобой, Нелли, — ответила Фиона. Похоже, девушка — ее ровесница, так что скучать им не придется.
— Приятных вам снов, мистрис Хей, — пожелала домоправительница, направляясь к выходу.
— Схожу за лоханью, — деловито пообещала Нелли. — Фу! Как от вас несет конским потом! Долго были в пути, леди?
— Да, от подножия Бен-Хей до замка дорога не близкая, — сказала Фиона, осматриваясь.
Поистине великолепие ее нового дома превосходит всякое воображение! Интересно, у сестер такая же роскошная обстановка? Подобное богатство ей и не снилось! На окнах алые бархатные гардины, кровать под балдахином, с жаккардовым алым с кремовым пологом, подвешенным на блестящих медных кольцах. Однако вне всех похвал, конечно, очаг! В Хей-Тауэр был только один наподобие этого, в парадном зале, но зимой в спальне, расположенной наверху, стоял такой холод, что содержимое ночного горшка к утру замерзало.
— Тебе помочь? — спросила она Нелли, пытавшуюся выкатить из кладовой круглую дубовую лохань.
— Нет, спасибо. Трудно лишь вытащить ее, остальное — сущие пустяки.
Она принялась наливать в лохань холодную воду.
— Сейчас парни принесут еще несколько ведер кипятка, но, пока доберутся с кухни, вода остынет, поэтому я и поставила на огонь большой котел.
Не успела она договорить, как в дверь постучали. В комнату ввалилась целая толпа мужчин. Каждый нес по два тяжелых ведра.
Фиона залюбовалась лоханью. Такая высокая, и скована железными обручами. Дубовые клепки гладко обтесаны как внутри, так и снаружи.
Несмотря на то что Фиона мылась утром, затекшие ноющие мышцы требовали долгого отдыха. Ей неимоверно хотелось поскорее залезть в воду, Наконец последнее ведро опустело. Нелли выпроводила мужчин и плотнее прикрыла дверь. Фиона сняла берет.
— Я помогу вам, мистрис, — сказала Нелли. — Заколите повыше волосы, пока я добавлю кипятка. Вам погорячее?
— Да, — кивнула Фиона, немного стыдясь стоять обнаженной перед незнакомой девушкой. Но Нелли, ничего не замечая, обернула тряпочкой ручку котла и, с трудом приподняв, осторожно опорожнила его.
— Ну вот, все и готово, — облегченно вздохнула она, подавая руку хозяйке. Фиона осторожно поднялась на ступеньки и наконец погрузилась в горячую воду.
— Ах, Нелли, девочка, как чудесно! — с наслаждением пробормотала она. Нелли хихикнула:
— Вы раньше никогда не сидели в седле?
Фиона покачала темной головкой:
— Лошади — ужасно жесткие создания, а у меня слишком нежная задница.
— Вот и мне больше по нраву ходить по земле своими ногами, — согласилась служанка.
Послышался стук открываемой двери, вышивка, висевшая на стене, заколыхалась, и в комнату вошел лэрд.
— Добрый вечер, дорогая, — приветствовал он Фиону. — Ты можешь продолжать, Нелли.
Откинув полог, он уселся на кровать.
— Милорд! — заикаясь, едва вымолвила Фиона.
— Что, девушка?
— Неприлично мужчине находиться в спальне незамужней женщины, да еще когда она моется, — горячо запротестовала Фиона. — Пожалуйста, немедленно уйдите!
— Девушка, — насмешливо напомнил лэрд, — ведь ты моя любовница, а мужчины обожают наблюдать за любовницами во время купания, и я ни за что не откажусь от такого удовольствия.
Он растянулся на постели, подложив под голову подушки, и взял кубок, протянутый ошеломленной служанкой.
— Спасибо, Нелли.
Вспыхнувшая до корней волос, Нелли присела и почти подбежала к лохани, где сидела Фиона, обжигавшая лэрда яростным взглядом.
— Мыло так чудесно пахнет вереском, — тихо шепнула горничная, принимаясь намыливать хозяйку. Вымыв прямые плечи, шею и грудь, девушка пробормотала:
— Придется высунуть ноги, миледи, сначала правую, потом левую, иначе мне не справиться.
Фиона с мрачным видом последовала указаниям горничной.
— О, леди, как вымыть все остальное? Вам необходимо встать, а это невозможно, пока он здесь. Глаза Фионы и лэрда встретились: ее — негодующие, его — насмешливые. Издевательски усмехнувшись, он отсалютовал кубком, и, хотя ни слова не было произнесено, девушка почувствовала молчаливый вызов. Набрав в грудь побольше воздуха, она спокойно поднялась.
— Поспеши, Нелли, здесь прохладно. Когда ты закончишь, я еще немного понежусь в воде, а ты тем временем согрей мне рубашку.
Нелли судорожно сглотнула, но беспрекословно подчинилась. Она услышала тихий смешок лэрда, однако тот больше не поднял кубка в знак признания не только красоты, но и неукротимости будущей любовницы. Лицо же Фионы было абсолютно бесстрастным, хотя, если сказать правду, она доселе не испытывала большего унижения. Ее безумно смущала собственная нагота: настоящий скелет, да и груди что твои зеленые яблочки! Вряд ли они когда-нибудь станут пышнее!
