в кресле. Кончились батарейки… Всю жизнь доверяла только Александеру, а теперь довериться некому. Будь покойный муж здесь, я бы наверняка с ним поделилась.
Этот череп может принадлежать одному-единственному человеку…
1977
Линда счастлива. Работа ей нравится, с Джин они постепенно становятся близкими подружками, вместе шутят и смеются. Есть лишь один не самый приятный день на неделе – понедельник, когда у няни Хьюз выходной. Сегодня как раз такой день, и он не сулит ничего хорошего. Девочка с самого утра беспокоится, покрикивает. Линда занимается своей работой и все же не может не поглядывать на мать. Та безуспешно пытается успокоить ребенка. Наверное, зубки режутся, отвечает она на очередной взгляд Линды. Похоже, мать ошибается. В подобных случаях дети ведут себя совершенно иначе: плачут, капризничают, а у малышки, судя по всему, лихорадка – вот она и не унимается. Линда не осмеливается лезть с советами. Не ее это дело.
Проходит несколько часов. Мать нервничает все больше, ребенок отказывается от груди и по-прежнему беспокоится. Линда набирается мужества.
– Хотите, позвоню няне Хьюз?
– Нет! – резко отказывается мать, только что испортившая очередной подгузник. – Я и сама прекрасно могу присмотреть за своими детьми.
Мальчик заходится криком в своей кроватке, в детской царит жуткий беспорядок. Няня Хьюз такого никогда не допустила бы.
– Разве вам нечем заняться? – добавляет мать.
– Конечно, миссис Берджесс, – покорно отвечает Линда и вдруг замечает на бедре малышки красное пятно.
Мать следит за ее взглядом.
– Это просто потница. Сейчас успокою дочку и немного подремлю, так что попрошу не хлопать дверью, когда будешь уходить.
Она кладет девочку в кроватку рядом с братом.
– А теперь – тишина, – обращается женщина к детям, словно к сознательным школьникам. – Мамочке тоже требуется отдых.
Дети кричат не переставая, однако мать уже не обращает на них никакого внимания. Линда задумывается: не позвонить ли хозяину дома или семейному доктору? Еще бы знать их номера… В итоге она берет трубку в коридоре, набирает няню Хьюз и слушает бесконечные гудки. Никто не отвечает, и Линда бежит наверх. Ей не хочется уходить, пока дети плачут.
Мальчик наконец затихает, и Линда берет на руки капризничающую девочку. Ребенок тяжело опускает горячую головку ей на плечо и быстро успокаивается. Линда горда собой. Неплохо бы проверить, что там за пятно у малышки на ноге, однако мать надела на нее пижамку. Снимать рискованно – разбудишь… Линда кладет ребенка в кроватку, осторожно расстегивает три верхние пуговки и приоткрывает окно. Свежий воздух девочке не повредит.
Помня о просьбе хозяйки дома, она тихо затворяет за собой входную дверь и направляется домой. На душе тревожно. Что будет с девочкой? Впрочем, Линда сделала все, что могла. Проявишь инициативу – лишишься работы.
Она уже поворачивает ключ в дверном замке своей комнаты, когда ее хватают за шиворот. Отец! Он дергает ее на себя, затем швыряет внутрь. Линда растягивается на полу и тянется рукой к свалившейся со стола сковороде. От папаши пахнет спиртным.
– Как ты меня нашел?
– Тоже мне сложность!
Сложность, да еще какая! Кто для него Линда? Голодный рот, который вечно просит кушать? Должно быть, зачем-то она папаше потребовалась.
– Ты должна сидеть дома и присматривать за малышами! Забыла, где живешь?
– Я не вернусь!
Мужчина бьет ее в лицо, и у Линды от боли перехватывает дыхание. Он заносит кулак еще раз, но из соседней комнаты выскакивает мистер Пебворт. Сосед выталкивает пьяницу за дверь.
– Я еще приду! – кричит тот с лестницы. – Еще заставлю тебя вернуться!
– Пошел ты! – вопит в ответ Линда и захлебывается накопившейся во рту кровью.
Сплевывает, и вместе с алой жидкостью на пол падает выбитый зуб.
Как бы там ни было, на следующий день она возвращается на работу. Если не улыбаться, дырку на месте зуба никто не заметит. Заинтересуются синяками на лице? У Линды готов ответ, научилась у покойной мамы. Джин ничего не выспрашивала, просто аккуратно вытерла ей кровь с лица.
– Ничего, все наладится, – успокоила она подругу, и Линда увидела в ее глазах неподдельное сочувствие.
Добравшись до работы, она заходит в дом, словно ничего не случилось – совсем запамятовала, как худо было несчастной малышке. Впрочем, стоит ей войти на кухню, и воспоминания о вчерашнем дне оживают. Хозяин сидит у стола в одних пижамных брюках, и Линда не знает, куда девать глаза. Ее синяков мужчина не замечает, лишь смотрит пустыми глазами и произносит:
– Малышка Ханна умерла…
Он плачет навзрыд, и Линду охватывает страх.
Она продолжает выходить на работу – и завтра, и на следующий день. Ведь ее никто не увольнял. Няня Хьюз тоже на месте.
– Кто-то ведь должен заботиться об Оливере, – объясняет она.
Интересно, кого няня имеет в виду – хозяин дома дал сыну свое имя. Мальчика назвали в честь отца, а девочку – в честь покойной тети.
– Уже не первая трагедия в семье, – со слезами на глазах бормочет няня Хьюз, покачивая малыша, и показывает Линде фотографию Оливера-старшего с сестрой. Ханна выглядит значительно моложе брата. – Представляешь, подряд потерять сестру и дочь…
Линда ведет домашнее хозяйство, однако в доме все переменилось. Мать целыми днями лежит, запершись в спальне, а муж теперь сам не свой. На службу не ходит, сидит за письменным столом и рисует в блокноте ужасные вещи. Проводит долгие часы в шезлонге на лужайке, уставившись на поливочную машину.
Словно в морге работаешь, честное слово…
Вновь возвращается отец Линды – первый раз она замечает его на одной из улиц и вовремя вжимается спиной в ближайший дверной проем, избегая встречи. Второй раз папаша появляется у самого дома, когда она возвращается с работы, и выкрикивает в ее окно грязные оскорбления. Линда успевает спрятаться, потом несколько часов бродит по городу и подходит к дому уже затемно. Отца нет, однако она сильно напугана.
Вдруг он выяснит, где работает дочь, и устроит там сцену? Ее наверняка уволят без рекомендаций. Может быть и хуже: не дай бог, папаша причинит вред кому-то из домочадцев… Он на это способен.
Надо отсюда уезжать, но сперва следует придумать, как сделать, чтобы отец ее не разыскал.
Детектив Энди Уилтон
Энди покупает себе ланч. Он завел девушку, а это значит, что теперь приходится соблюдать дневную норму калорий. И все равно подружке не нравится его «пузико». Он слегка оскорблен подобными замечаниями, однако что делать? Постоянной подруги у него не было со школы, так что выбирать не приходится.
