Уоррен опять долго смотрел на него, потом пожал плечами:
– Тебе виднее.
– Точно.
– Однако существует еще кое-что, касающееся письма твоего отца, о чем тебе не мешало бы знать.
– О Боже, еще! А я боялся, что сюрпризы закончились.
– На письме стоит дата трехдневной давности.
– Три дня… – Дэниел содрогнулся, осознав сказанное. – Боже правый, это означает…
– Ты прав, – хмыкнул Уоррен, – твой отец здесь, в Лондоне.
Глава 3
Перед тем как пойти по стопам путешественников, до вас посещавших какую-либо экзотическую страну, внимательно прочитайте их отчеты. Это великолепный способ избежать неприятных сюрпризов.
Спутник путешествующей английской леди
Дорогой мистер Синклер!
Примите мои искренние извинения за откровенный характер этого письма, но меня заверили, что Вы, будучи американцем, не воспримете его как личное оскорбление. Как Вы, несомненно, осведомлены, поженить нас – желание наших родителей. Это послание служит своеобразным представлением, а идея принадлежит моей матери, так как пройдет еще, вероятно, несколько недель до тех пор, пока мы сможем познакомиться лично.
Каждый год в это время моя семья переезжает в Брайтон…
– Категорически не могу этого допустить. – Сара стиснула зубы. – Когда вчера ты сказала, что собираешься снова встретиться с этим человеком, я надеялась, что к тебе вернется здравый смысл.
– Ему незачем возвращаться, он всегда со мной.
– Об этом можно поспорить. – Сара глубоко вздохнула. – Корделия, это не просто вопрос приличия. Мы не знаем этого мужчину. Он может быть опасен.
– Не говори глупостей. – Сидя за туалетным столиком, Корделия рассматривала свое отражение в зеркале и поправляла шляпу. – Он совсем не опасен, очень симпатичный, хотя, возможно, не настолько компетентный, как я могла ожидать от человека на его месте. – Она на минуту задумалась. – Наверное, я просто застала его врасплох, но он не произвел на меня впечатления глупца.
– Мне не важно, если даже он умнейший в мире человек…
– И он, безусловно, достаточно красив. – Она в зеркале встретилась взглядом с Сарой. – Я говорила, что у него совершенно восхитительный шрам над правой бровью?
– Да, ты упоминала об этом.
– Считается, что шрам портит внешность мужчины, но этот, наоборот, украшает, придает угрожающий вид и делает его похожим на пирата. – Она улыбнулась Саре. – Мне всегда нравились пираты.
– Господи Боже мой… – Сара в испуге широко раскрылa глаза.
– Они кажутся мне романтичными и чрезвычайно возбуждающими.
Сара застонала.
– Хотя согласна, их привлекательность – абсолютный вымысел. На самом деле они кровожадные и вовсе не такие уж приятные. Сомневаюсь, что мне понравился бы настоящий пират, если бы я такого встретила. – Завязывая ленты шляпы, Корделия старалась не улыбаться при виде испуганного выражения на лице Сары. – Я бы сказала, что пират – это скорее свойство натуры, а не что-либо иное. Нет, мистер Льюис, безусловно, относится к типу пиратов, описываемых в романах. Слово «пират» применительно к мистеру Льюису характеризует его натуру и придает ему дерзости и привлекательности.
– А как же мистер Синклер?
– Думаю, он, наверное, тоже пират.
– Я не это имела в виду. – Сложив руки на груди, Сара смотрела на подругу. – Я хотела спросить, в том, что ты узнала о мистере Синклере, находишь ли ты что-нибудь, что делает его таким же привлекательным, как мистер Льюис?
– Пока нет, – весело ответила Корделия. – Поэтому сегодня снова встречаюсь с мистером Льюисом. – Она повернулась к Саре: – Вчера я не подготовилась, как следовало бы. Признаюсь, для хитро задуманного плана это сделано скверно. Но сегодня я во всеоружии.
– Боюсь даже спрашивать, что это означает.
– Я составила список конкретных вопросов о мистере Синклере, на которые хочу получить ответы.
– Пожалуй, в этом есть смысл, – неохотно согласилась Сара. – Но мне это совсем не нравится. Если твои родители узнают, что ты встречалась с этим человеком, меня выгонят.
– Ерунда, и ты прекрасно это понимаешь, – усмехнулась Корделия. – Ты член семьи. Ты сама с самого начала настояла на том, чтобы занять место компаньонки, потому что не хотела быть полностью зависимой.
– Мне следовало уйти давным-давно и найти настоящее место.
– Это было бы ужасно и никому не принесло бы ни капли счастья. – Корделия твердо выдержала взгляд Сары, – Если бы когда-нибудь ты так поступила, папа чувствовал бы себя виноватым, мама постоянно тревожилась бы за тебя, а я осталась бы совершенно одна, и неизвестно, что могла бы натворить. А ты, дорогая моя, – она не отпускала взгляд Сары, – ты была бы просто несчастной.
– Да, хорошо, ты права. – Сара, вздохнув, расправила короткую, отделанную кружевом накидку, великолепно подходившую к ее светло-зеленому платью. Светловолосая и кареглазая, она выглядела очень привлекательно. Корделия еще раз поклялась себе что-нибудь придумать для своей скромной родственницы.
– Что ты делаешь?
– А как по-твоему? – Сара подошла, чтобы взглянуть на свое отражение.
– Ты же не собираешься отправиться со мной? – Корделия во все глаза смотрела на девушку.
– Неужели ты думаешь, что я отпущу тебя одну? – усмехнулась Сара.
– Сара, я уже взрослая и могу пойти в книжный магазин без сопровождения.
– Сопровождать тебя – моя работа, – не терпящим возражений тоном заявила Сара. – Независимо от того, принимаешь ли ты мою работу всерьез или нет, я исполню ее как положено. Официально я числюсь твоей компаньонкой и полагаю, что тебе следует считаться с моим мнением и не игнорировать его.
– Не могу представить, чтобы мама или папа когда-нибудь посчитали тебя…
– Ответственной? – холодно перебила ее Сара, застегивая накидку. – Вероятно, нет. Но я полагаю, что они ожидают, что я уберегу тебя от неприятностей.
– И ты прекрасно делаешь свое дело. У меня нет неприятностей, и не предвидится. – Она улыбнулась Саре своей самой ослепительной улыбкой. – Понимаешь, я ведь на самом деле делаю только то, что положено делать послушной дочери.
– Вот как? – удивилась Сара.
– По совету мамы я вчера написала мистеру Синклеру и для быстроты послала слугу отнести письмо к нему домой, вместо того чтобы отправлять по почте. И теперь я только пытаюсь определить, могу ли я уступить желаниям родителей и выйти замуж за этого мужчину.
– У тебя удивительная способность повернуть все в свою пользу.
– Принимаю как похвалу, – улыбнулась Корделия.
– Я не собиралась тебя хвалить, – огрызнулась Сара и, взяв с кровати шляпу, водрузила ее себе на голову.
