— Расскажите мне все, — попросил Дэвид.
На Питера он смотрел подозрительно, будто его обижало и возмущало, что кто-то чужой посмел подружиться с девушками, которых он знал с детства.
И Мэриголд, и Энн пытались говорить одновременно, но Мэриголд, конечно, настояла на своем. Она начала рассказывать, слегка преувеличивая, чтобы произвести более волнующее впечатление.
— Почему ты не сказал, Питер, что она влюблена в тебя?
— Потому что это не так, — возразил художник.
— Ерунда! Она бы не вела себя так, если бы не сходила с ума по тебе. Полагаю, Надин сделает все возможное, чтобы выставить меня вон и рассказать тебе, как я ужасна.
Питер, казалось, был недоволен.
— Я знаю Надин уже много лет, — сказал он, — и если она была резка с тобой, то у меня будет повод поговорить с ней об этом.
— Уверена, никто не сможет долго быть резким с Мэриголд, — мягко вмешалась Салли. Дэвид улыбнулся тому, как вовремя и точно Салли сказала то, что он и сам хотел сказать.
— А теперь я хочу рассказать о своей работе, — начала Энн.
Все с интересом слушали рассказ о Холстед-хаус и о старой герцогине. А когда все начали посмеиваться и поддразнивать Энн за то, что у нее появились связи в высшем свете, Дэвид обратился к Салли:
— А как твои успехи?
— Вот о чем мы все хотим узнать, — подхватила Мэриголд. — Салли не было целый день. Она пропустила обед и появилась за минуту до твоего прихода, Дэвид. Мы еще не успели расспросить ее. Давай, Салли, рассказывай! Хватит секретов!
Салли, сидя на подушке на полу, обвела всех взглядом и улыбнулась.
— Это не секрет. Я тоже нашла работу.
Сестры воскликнули в изумлении:
— Почему ты нам ничего не сказала? Что за работа? Рассказывай, Салли, мы больше не можем ждать!
Салли начала с самого начала. Она рассказала, что всегда хотела ухаживать за детьми.
— Я всегда их любила, — говорила девушка спокойным мягким голосом. — Помните, как мы с папой строили планы моего будущего? Мы решили, что у меня будут три мальчика и две девочки. Это было незадолго до его смерти. Папа всегда говорил, что я хорошо справляюсь с детьми. И твой отец, Дэвид, говорил то же самое. Он часто брал меня с собой, когда нужно было сделать укол какому-нибудь ребенку. Я чувствовала, что работать с детьми — мое призвание, но я не предполагала, что найти подходящее место так трудно.
Далее Салли рассказала, как она обходила один детский сад за другим и везде слышала одно и то же: либо штат полностью укомплектован, либо у нее недостаточно опыта. Наконец она пришла в хорошо известное агентство, которое специализировалось на подборе нянь и гувернанток.
— Я вошла туда с благоговейным трепетом, — продолжала Салли со смехом. — Когда я пришла, там сидели еще две этакие старомодные няни. Они посмотрели на меня так сурово, что я почувствовала себя маленькой девочкой, и мне захотелось поправить волосы и подтянуть гольфы. За столом сидела пожилая седовласая женщина, похожая на паука. Она-то и ведала делами. Эта дама мгновенно распорядилась, чтобы одна няня отправилась на собеседование к какой-то даме на Гросвенор-сквер[4], а другой объявила, что ее ждала некая леди, но она явилась с опозданием. Когда подошла моя очередь, я была так напугана, что даже голос потеряла и еле выговорила свое имя.
— Чем вы хотите заниматься? — спросила матрона, и я объяснила, что хочу работать с детьми. Она расспросила о моей семье, образовании; я даже была готова к тому, что вот-вот она потребует показать мои метрики. Но вдруг распахнулась дверь…
Дальше Салли рассказала, как уверенность покидала ее, и казалось, что шансы получить работу в этом агентстве таяли на глазах, когда в дверях вдруг появилась очень взволнованная высокая женщина. Она подошла к столу, отодвинула Салли и заговорила срывающимся на визг истеричным голосом:
— С меня достаточно, миссис Беллоус!
Миссис Беллоус, которая в это время записывала данные Салли, посмотрела на женщину с удивлением и сказала:
— А, это вы, мисс Харрис. В чем дело?
— Говорю вам, с меня достаточно, — повторила мисс Харрис, ударив кулаком по столу. Салли заметила, что женщина дрожит и едва сдерживает слезы. — Я хотела предупредить вас об уходе еще на прошлой неделе, но вы бы меня не отпустили, уговорили бы остаться, потому что отец ребенка в Париже. Но теперь мне безразлично, будь он хоть в Тимбукту! Я ухожу сейчас же! Весь этот дом ужасен, просто ужасен! Няня балует и портит девочку, а я потом должна возиться с ней! Я больше так не могу! Это действует мне на нервы. Я никогда прежде не работала в подобных условиях и не намерена продолжать. Я поддалась на ваши уговоры, миссис Беллоус, но теперь я отправляюсь домой.
Миссис Беллоус вздохнула.
— Хорошо, мисс Харрис, поступайте, как считаете нужным. Вы, конечно, понимаете, что, не предупредив заранее об уходе, теряете недельный заработок!
— Да я готова потерять годовую зарплату, но в тот дом не вернусь!
— Не знаю, даст ли мистер Данстен вам рекомендации, — сказала миссис Беллоус. — Если даст, я перешлю вам на домашний адрес.
— Спасибо, миссис Беллоус.
Теперь мисс Харрис говорила тише. Она как будто осела, сникла. Дав выход гневу, женщина, видимо, чувствовала себя опустошенной и измученной. Она постояла секунду в нерешительности, теребя ручки своей сумки, и вдруг сказала:
— Я буду рада, миссис Беллоус, если через неделю-другую вы найдете для меня другое место. Я не могу позволить себе остаться без работы.
— Посмотрим, что можно сделать, — последовал ответ. — Я надеялась, что вы сумеете удержаться на этом месте, но, если вы считаете это невозможным…
— Невозможным! Совершенно невозможным! Скажу откровенно, миссис Беллоус, нервы у меня не стальные. Я не могу изо дня в день терпеть грубость и дерзость.
— А, вот оно что, — протянула миссис Беллоус. — Я напишу вам, мисс Харрис.
— Благодарю.
Мисс Харрис направилась к выходу. Салли неожиданно стало отчаянно жаль ее. Девушка поняла, что перед ней уставшая женщина, которая скорее всего недоедает и чьи нервы совсем расшатались. Она казалась жалкой, подавленной и очень трогательной. Салли хотелось пойти за ней и сказать что-то доброе, ободряющее, чтобы избавить мисс Харрис от ощущения страха за свое будущее, но робость удержала ее на месте. Через секунду мисс Харрис скрылась за дверью.
Миссис Беллоус нажала кнопку звонка около стола. Открылась дверь с противоположной стороны комнаты, и появилась еще одна сотрудница агентства.
— Принесите мне папку с делом Данстенов, мисс Лейн, — распорядилась миссис Беллоус и обернулась к Салли. — Боюсь, вам придется подождать, мисс Гранвилл.
