голос Тима.
— Мы дома или снова заблудились во времени?
— Я не знаю! Я к родителям хочу! — Злата уселась в своём красивом платье прямо на серую пыльную дорогу, обхватила колени руками и заплакала.
— А это точно наше время? — вкрадчиво уточнил парень, присев рядом с подругой.
Ракурс камеры немного сбился. Теперь мы видели только руку Тима на волосах Златы. Они просидели так очень много времени. Парню даже пришлось включить ускоренную перемотку. Пошёл дождь и буквально за минуту ребята вымокли до нитки.
— Судя по дождю это совсем не тот день, — Злата заревела ещё громче.
— Ты не переживай, главное, — Тим убрал свою мокрую руку с мокрых и сбившихся волос подруги по несчастью, — успокойся, вдохни по глубже и попробуй ещё раз.
Девушка старалась, как могла. Она громко дышала. Закрывала и открывала глаза, щурилась и часто моргала. И вот, наконец, она сдалась.
— У меня ничего не получается. Я не могу переместить нас. Возможно, парные путешествия забирают много сил. А может, я что-то делаю, не так, — её слёзы смешались с дождём.
— Ладно, расслабься, — подбодрил её Тим, — нечего сидеть в луже, пойдём уже. Постараемся узнать побольше об этом месте. Ну или хотя бы о том, какой сейчас год. А ещё поищем укрытие от дождя. Ещё заболеть не хватает.
Они шли долго. Дождь успел закончится. Однотипные серые пейзажи навивали тоску даже на меня. Разговор у ребят явно не клеился. Они шли медленно. Злата периодически вздыхала. Парень снова перемотал несколько часов. Это было очень правильное решение, если учесть, что часы уже показывали час ночи, и мне очень хотелось спать.
— Может, отдохнём? — прервав молчание предложила Злата, когда уже совсем стемнело.
— Ты шутишь, — напустился на неё Тим, — здесь нет ни одного подходящего для ночлега места. А останавливаться прямо здесь… Мы не знаем, даже насколько это может быть опасно.
— Ты же летун. Может взлетишь и посмотришь ближайшее место для ночёвки, — предложила Злата.
— Ты предлагаешь нам разделиться? — парень пару раз подпрыгнул, стараясь взлететь, но не смог, по этому, тяжело вздохнув, парировал, — погода видно не лётная. Влажность воздуха. Да и ветер так резко стих. Да и вообще не думаю я, что разделяться — это хорошая идея. Смотри, там вдалеке дым, Возможно там есть и люди.
— Через какое-то время ребята дошли до небольшого домика, из трубы которого валил дым.
— Ну что, испытаем удачу? — уточнил Тим.
— А то ж можно подумать, у нас есть варианты? Кто знает, может, это дом единственный на 100 а может даже и на 1000 км. А я устала. Есть и спать хочу.
Тим, как истинный джентльмен, постучал в калитку. Через какое-то время на пороге появилась женщина неопределенного возраста с ног до головы обмотанная в лохмотья.
— Кто вы и чего вам надо? — уточнила она, окинув с ног до головы незваных гостей тяжёлым взглядом.
— Мы бы хотели попроситься к вам на ночлег, — дрожащим голосом ответил Тим, — мы очень устали. Весь день идём, а за всю дорогу нам попался только ваш дом.
Женщина смотрела на него молча, то ли стараясь понять, представляют ли они для неё опасность. то ли просто оценивая их внешний вид. Не каждый день увидишь леди и джентльмена в такой глуши. Как не старалась, а всё же не смогла она сдержать своего удивления.
— Вы откуда прибыли? — уточнила она, широко раскрыв глаза.
— Всё зависит от того, какой сейчас год, — улыбнулся Тим, — может из прошлого, а может и из будущего.
— Десятый год, это если считать со дня окончания магической войны, — но поняв, что это название ребятам ни о чём не говорит, женщина пояснила, — война закончилась в 2117 году. Так что по старому стилю сегодня было бы 1 сентября 2127 года.
— Когда мы улетали из 2127 года никакой магической войны ни в настоящем, ни в прошлом не было, — замотал головой Тим.
— Кто хоть против кого сражался. И чем дело кончилось? — уточнила Злата.
— А то ж из названия не ясно, что маги против не магов сражались. Но проиграли и вынуждены были бежать и прятаться. За голову Мага до сих пор золотом платят, — улыбнулась, а может оскалилась женщина.
— Кажется, нам пора, — заторопился Тим, поняв, что сказал этой незнакомой женщине много лишнего, а голова его ему ещё была нужна.
— Да ты не переживай. Мы с тобой на одной стороне. Ты думаешь, я живу здесь одна, потому что мне так хочется? Просто прячусь. Я и моя голова тоже стоит немалых денег. Во время войны я была одним из предводителей, — женщина запнулась, — что это мы стоим в дверях? Заходите в дом. Ну, конечно, если не желаете ещё пару суток бродить в поисках следующего дома.
Тим повернулся к Злате, и она что есть сил замотала головой, давая понять, что продолжать путь на голодный желудок не намеренна.
Парень, слегка помялся, но всё же переступил за порог. Огляделся по сторонам. Внутри домик казался ещё меньше, чем снаружи. По центру стояла печь. Был деревянный стол и лавка в углу. Пара деревянных стульев и сундуков. Возле входа, опершись об стену, стояло ружьё. Кто знает, было ли оно заряжено или просто стояло для того, чтобы пугать незваных гостей.
— И для чего магу ружьё? Чтобы напугать не мага? — улыбнулась Злата заметив эту деталь интерьера, — неужели в этом тебе не помогут твои волшебные способности?
— Думаю, вы проголодались. Давайте, сейчас поедим, а потом поговорим, — предложила хозяйка.
Ребята переглянулись, и я их прекрасно понимаю. Несмотря на столь короткий разговор, информация, совсем не располагала к дружбе, и даже к доверию.
— Мы останемся, хотя бы для того, чтобы поесть, — после минуты молчания согласилась Злата, — какая разница? Казнят ли нас, сожрут ли дикие звери или мы сами умрём от голода и холода, так и не найдя следующего дома.
— Это правильно, — улыбнулась женщина, и в этот раз Тиму, да и мне, наконец, удалось разглядеть хозяйку дома.
Её лицо, обезображенное шрамами, когда-то было весьма привлекательным. Лет я бы ей дала не меньше пятидесяти. Из печи она достала котелок с какой-то жижей.
— Это что за похлёбка? — скривилась Злата, — ты нас отравить решила?
— Ну, чем? Это всего лишь крапивный суп. Как знать, может в вашем мире такое и не едят, а в нашем вот так и питается большая часть народа. Не голодают, наверно, только толстобрюхие правители. А мне — беглянке и за это сказал Всевышнему спасибо можно. Ведь я ещё жива и даже почти здорова, — женщина сняла с
