Впрочем, иногда ей случалось издали видеть людей, больших и маленьких, одетых в пеструю одежду. Ho приближаться она не осмеливалась. Однажды она приметила у ручейка что-то красное и блестящее', она подумала, что это цветок. A подлетев поближе, увидела маленького человека, совсем крошечного, с золотыми волосами и розовым лицом. Ho крошечный этот человечек был все равно очень большим по сравнению с Майей. Он был одет в красное платьице и крепко спал. Он выглядел таким добрым и милым, что Майя чуть не расплакалась от умиления. Она забыла обо всем на свете, любуясь спящим человеком. Да, все, что она прежде слышала о людях, — гнусная ложь! Милый, милый человек, уснувший в тени березки, так кротко шелестящей своими листочками!
Подлетел комар и поздоровался с Майей.
— Смотрите! — воскликнула пчела. — Человек! Такой прелестный и добрый! Чудесно, правда?
Комар посмотрел на Майю, затем — на предмет ее искреннего восхищения.
— Да, это человек! Только что я его куснул! Видите, брюшко мое раздулось от его крови!
Майя прижала ладони к сердцу.
— Он умрет? Вы ранили его? Как вы посмели? Разбойник!
Комар засмеялся и самодовольно пропищал:
— Это совсем маленький человечек! Он называется «девочка». Ничего ей не сделается от моего укуса! A вы что, и в самом деле верите в человеческую доброту? Ни один человек не отдаст комару добровольно хотя бы каплю своей крови!
— Я не так уж много знаю о людях, — тихо сказала Майя.
— Ho пчелы преданы человеку. Они служат ему!
— Я оставила наше царство, — смущенно проговорила пчела. — Мне хочется познать мир…
— Странно! И как это вам пришло на ум? Ho, честно говоря, мне нравится ваша независимость. A служить людям я бы никогда не решился!
— Ho люди тоже служат пчелам! — Майе не хотелось, чтобы ее народ выглядел униженным.
— Возможно! A вы, собственно, откуда родом?
— Из пчелиного царства в замковом парке. Наша царица — Елена Восьмая!
— Завидное происхождение! — комар поклонился. — Примите мое почтение! Кажется, у вас недавно произошла революция? Часть пчел покинула улей. Об этом много говорили. Это правда?
— Да! — с гордостью ответила Майя.
Ей было приятно, что ее род пользуется таким почетом и известностью. Она вдруг остро ощутила тоску по родному улью. Ей захотелось сделать что-нибудь полезное и прекрасное для своей царицы, для всего народа. И, охваченная такими мыслями, она ни о чем больше не расспрашивала комара. Она уже поняла, что он — существо наглое, а подобные существа склонны говорить о других только дурное.
֊ Кусну-ка я этого человечка еще разок, — сказал комар, — а потом — обратно к друзьям!
Майя отвернулась. Ей не хотелось видеть, как насекомое причиняет боль спящему ребенку. И в то же время пчела была поражена: комар кусал человека и не умирал от этого! A ведь Кассандра когда-то предупреждала, что, если ужалишь человека, непременно умрешь! Майе запомнилась эта странная встреча с маленьким спящим человеком. Желание пчелы понять людей окрепло. Она решила смело двигаться к цели.
И случилось так, что желание Майи исполнилось, и действительность оказалась гораздо прекраснее мечты.
Однажды ночью Майя заснула раньше обыкновенного. Ho в полночь внезапно проснулась. Ee маленькая спальня в дупле вся была залита голубым тихим светом. Майя увидела прелестный, серебристо-голубоватый воздух, ощутила странное спокойствие, царившее кругом. Она встала на пороге. Светился лес, словно околдованный. Трава, казалось, была покрыта тонким сияющим покрывалом. Серебрились стволы и листья берез. Голубела даль.
— Что за ночь!
Высоко в небе светился серебряный диск. Это от его сияния так удивительно изменилось все кругом. Полную луну окружали крохотные огоньки, такие нежные, прелестные. Майя не помнила себя от счастья. Луна! Звезды! Она слышала обо всем этом, но видела впервые!
Майя услышала очаровательную мелодию. Нежное щебетание, поток серебристых звуков, они словно рождались из лунного света. Пчела огляделась — кто же это? Никого! Все так таинственно, но все так истинно и прекрасно!
Майя решила лететь. «Если я сама не хочу делать ничего плохого, то ничего плохого со мной не случится!»
Она летела над лугом, залитым лунным светом. И вдруг увидела на листке незнакомое крылатое существо. Вот оно поднялось навстречу луне, приподняло узкое крылышко и принялось водить по нему острой лапкой, будто играло на скрипке. Трепещущие серебристые звуки наполнили ночь.
— Божественно! — воскликнула Майя. Летняя ночь была светла и нежна. Пчела не замечала ночной прохлады, поглощенная новыми впечатлениями. Внезапно существо перестало играть. Сделалось тихо, как никогда.
— Добрый вечер! — поздоровалась Майя. — Простите, если я вас побеспокоила, — быстро добавила она, — но ваша музыка влекла меня.
Незнакомец посмотрел на пчелу широко раскрытыми глазами.
— Кто вы, ползучее существо?
— Я вовсе не ползучее существо, — серьезно ответила Майя. — Я Майя, пчела!
— Пчела! Ho ведь пчелы спят по ночам! Я кое-что слышал о пчелах от ежа. По вечерам он поедает мертвых пчел, которых выбрасывают из улья.
— Да, — тихо подтвердила Майя, — это так! Кассандра мне говорила. Еж приползает в сумерках и ищет мертвых пчел. И вы знакомы с этим страшным животным?
— Мы, полевые сверчки, вполне с ним ладим. C нами ему не справиться! Мы его дразним, кличем «дядюшкой». Что ж, каждому надо как-то жить! Только не за мой счет!
У пчелы по этому поводу были немного иные мысли, но сейчас ей не хотелось вступать в спор.
— Значит, вы сверчок? — спросила она дружески.
— Да. Ho вы отнимаете у меня время. Мне надо играть! Сегодня полнолуние. Чудесное полнолуние!
— О, прошу вас, умоляю! Отвлекитесь на мгновение! Расскажите мне о ночи!
— Летняя ночь — самое прекрасное, что только может быть на земле! Летняя ночь наполняет сердце блаженством. Это вы должны были понять, ощутить, слушая мою музыку! Ho почему вы непременно хотите обо всем знать? Мы, бедные маленькие существа, мало знаем о мире, но все равно можем почувствовать его величие!
И снова полилась светлая, ликующая, серебристая мелодия. Майя тихо слушала и размышляла о жизни.
И все вокруг притихло. Ho вот смолкла мелодия. Сверчок ускользнул.
«Как грустно бывает ночью!» — подумала Майя.
Ha берегу ручья росли кувшинки. Они гляделись в быстрый поток, блестевший B лунном свете, и это было чудесно! Вода тихо журчала, сонные кувшинки склонились к ручью. «Они забылись, потому что они счастливы!» — подумала Майя. Она присела на край лепестка и тоже залюбовалась искристой водой. Вдали, словно усыпанные частыми звездочками, мерцали березы.
«Куда течет этот ручей? Да, сверчок прав. Мы так мало знаем о мире!»
И вдруг она услышала нежный поющий голосок. Чистый и звонкий, он исходил из чашечки цветка и звучал так удивительно, казался таким неземным. Сердце пчелы радостно забилось.
«Сейчас что-то произойдет! Я увижу что-то удивительное!»
Кувшинка слегка качнулась. Отогнулся лепесток. Показалась нежная белая ручка с тонкими пальчиками. Потом Майя увидела маленькую светлую головку и нежное тельце, облаченное в белое одеяние.
Охваченная страхом и восторгом, пчела оцепенела.
Маленькое существо остановилось на краю лепестка и с улыбкой посмотрело в лунную ночь на человеческую землю. Прозрачное тельце дрогнуло, и вдруг раскрылись два светлых, чистейшей белизны крыла.
Человечек стоял, вскинув ручки к небу. Ho вот послышалась песня.
Я дитя добра и света,Я чистейшая краса.И душа моя согретатайным зовом в небесаІИ в моей бесплотной пляске,в лунной радостной тиши,тихо расцветают сказкии мечтания душиІ
И вдруг Майя разрыдалась. Она не могла понять, почему ей так грустно и радостно в одно и то же время!
Маленькое человеческое существо с крыльями обернулось к пчеле.
— Кто здесь плачет? — спросило существо ясным голоском.
— Я… Простите!
— Ho почему ты плачешь?
— He знаю! Наверное, потому, что вы так прекрасны! Кто вы? Могу ли я узнать? Вы — ангел?
— Нет, — серьезно ответило маленькое существо. — Я эльф, дух цветка. Ho ты можешь говорить мне «ты»! Что же ты делаешь, пчелка, ночью на лугу?
Эльф подлетел к Майе и дружески присел рядышком. Она стала рассказывать ему о себе, а его большие темные глаза пристально и серьезно смотрели из-под золотистых волос, сияющих в лунном свете.
Когда Майя завершила свой рассказ, дух цветка погладил ее по голове и посмотрел на нее так ласково, что она невольно зажмурилась от внезапного чувства счастья.
— Мы, эльфы, — сказал он, — живем всего семь ночей. Ho мы не должны выходить из чашечки цветка, иначе мы погибнем. Тот, кто покинул свой цветок, умирает на заре следующего дня.
