тут переночевать, — легко решил наболевшую проблему Анвар, — на втором этаже в физио-кабинетах полно свободных лежанок. А уж утром решим, что делать.
— Хорошее предложение, — быстро согласился я, — я только за.
Против никого не оказалось, и мы на этот раз все вместе (нас уже восемь штыков оказалось — пятеро, что изначально отмечали заселение, плюс пацан Толик, врач Анвар и мент Гриша) вернулись на второй этаж главного корпуса. Мальчики заняли палату, выходящую окнами на площадь, а девочки соседнюю, у нее окна на березовую рощу смотрели. И до утра больше ничего интересного не случилось.
* * *
А утром я первым делом посмотрел на экран своего смартфона, но все так же уныло светилось «только экстренные вызовы»… пургу бы хоть не гнали, уныло подумал я, какие нахрен экстренные вызовы, если сигнала нет — святым духом что ли эта экстренная связь питаться будет. А затем я щелкнул выключателем лампочек — нет, и тут никаких проблесков. Выглянул в окно — одинокий милицейский УАЗик все так же одиноко стоял сбоку от Ильича… если бы ему, Ленину, вдруг пришлось перед народом говорить, он бы наверно на крышу УАЗика сейчас забрался бы, со вздохом подумал я.
А тут и остальные начали просыпаться, первыми встали со своих лежанок врач Анвар и мент Гриша.
— Не, ничего не наладилось, — сказал я им обоим сразу, увидев, как они щелкают своими мобилками. — Все то же, что и вечером.
— Жрать охота, — признался мент.
— В столовке наверняка много чего осталось от вчерашнего дня, — на сотню человек готовили ведь, так что восьмерым-то найдется что-нибудь.
— Мы поднимем остальных ребят, а ты буди наших подруг и пошли завтракать, — предложил Анвар.
— Але, гараж, — крикнул я приоткрытую дверь кабинета, куда ушли Ирина с Верой, — подъем, утренняя гимнастика и завтрак.
— Сейчас, — раздалось в ответ, — пять минут.
Ладно еще, что столовая не запиралась, вход хоть в обеденный зал, хоть на кухню здесь был абсолютно беспрепятственным.
— Вообще-то это самовольные действия и нарушение частной собственности, — сделал попытку притянуть за уши законы Гриша, — но в связи с форс-мажорными обстоятельствами я, как представитель законной власти, разрешаю всем вам принятие пищи из доступных продуктов.
— Во завернул, — с восхищение сказал Игнат, — я бы так не смог.
— Послужи с мое, еще и не так сможешь, — парировал его выпад Гриша.
И мы все вместе прошли в кухню с целью набрать себе чего-нибудь из доступной пищи.
— А почему ни работники столовой, ни врачи, ни обслуга до сих пор не пришли? — задала логичный вопрос Ирина. — На часах половина восьмого уже, время завтракать для первой смены.
— Есть у меня одно предположение, — ответил Анвар, проглотив холодную котлету, — тут всего одна дорога от нашего санатория к остальному миру. Возможно, ее завалило — вот они и не смогли пройти… такое уже было пару лет назад.
— Но есть же еще окольный путь к этому… — вспомнил я, — к Погуляю, где Пятерочка стоит.
— Точно, — почесал голову врач, — надо проверить, что там и как.
— Сейчас доедим и проверим, — заверил его Афоня.
За пятнадцать минут мы управились — посуду мыть уж не стали, потому что вода из кранов тоже не текла… хотя водопровод от электричества вроде не питается, подумал я, но оставил эту загадку на потом.
— Значит так, господа-товарищи-граждане, — заявил мент Гриша, когда мы собрались все вместе на улице возле памятника, — делимся на три группы. Первая едет со мной по дороге к Подгородцу, вторая разведывает, что там с Погуляем, ну а третья остается здесь и проверяет все доступные здания и сооружения, вдруг еще кто-то найдется.
— Я тут остаюсь, — сразу же вылетело из Ирины, а к ней присоединилась Вера, — и я тоже… не люблю волков.
— Я пойду к Погуляю, — сказал врач, — дорога знакомая, кто со мной?
Я вызвался помогать Грише, Афоня согласился составить компанию Анвару, а остальные сказали, что будут помогать девушкам.
— Отлично, — подвел итог нашему летучему заседанию Гриша, — собираемся здесь через… — он посмотрел на часы, — через час. Ровно в девять ноль-ноль. Дальнейшие действия по обстоятельствам.
— Да, — вспомнил я одно обстоятельство, — а чего там с этим расследованием убийства-то? Удалось что-то узнать?
— Вообще-то это тайна следствия, — сурово сдвинул брови он, — но в связи с форс-мажором так и быть, расскажу… подозреваемый у нас нарисовался — тот самый гражданин, фоторобот которого я показывал вчера. Установили даже его фамилию и где живет. Сейчас он скрывается где-то в окрестных лесах, — и он обвел рукой по полу-окружности.
— А кого убили-то? — сделала круглые глаза Ирина, — и зачем?
— Убитый врач из санатория, Николай Растеряев, — ответил Гриша.
— Колька? — изумился Анвар, — я же вчера вечером его видел возле грязелечебницы, как же он убитым-то ходил и разговаривал?
— Обознался, наверно, — вежливо ответил ему мент, — а мотив убийства пока неясен, предполагается ревность, но это неточно.
— И к кому же ревновали? — мигом заинтересовалась Вера.
— К одной медсестре, Тамара ее зовут…
— И Томка тут завязалась? — вторично удивился Анвар, — ну кто бы мог подумать, на вид такая скромная девица…
— Хорош базарить, — перешел на более приземленные обороты речи Григорий, — дело надо сделать, а побазарим потом.
И мы разошлись в разные стороны, девушки с Игнатом и Толиком отправились к бассейну, врач с Афоней ушли направо в ржавые ворота, ведущие к Погуляю, а я сел на переднее сиденье УАЗика, а милиционер включил зажигание, прогрел мотор, и мы не торопясь тронулись по боковой аллее к стеле с названием санатория…
Глава 8
Неожиданные открытия
Неожиданные открытия
— Твоя машина? — спросил Гриша, когда мы проезжали мимо Кашкая.
— Точно, — подтвердил я, — как догадался?
— Да видел вчера, как ты подругу эту подвозил…
— Аааа, — не нашел я сказать ничего другого. — Как УАЗик-то, не ломается?
— Бывает, — скупо обрисовал он ломкоемкость вверенного транспорта, — ладно, что запчасти копейки стоят и найти их нетрудно. В отличие от твоего Кашкая.
— Что
