в своей памяти, пытаясь вспомнить, что за графиня такая. — Сканская… Сканская… Это случайно не жена исчезнувшего графа Амьена? Она же вроде умерла, если мне не изменяет память.
— Это первая жена графа умерла, — фыркнул Бранхан. — А его вторая жена, вполне себе жива и здоровенькая. И мое сокровище является, ее дочерью от первого брака графини.
— А ты уверен, что твоя зазноба пара тебе? — если судить по описанию графини, создавалось впечатление, что это может стать роковой ошибкой брату. Перед лицом явно все признаки мошенничества.
— Обижаешь, брат! — рыкнул Бранхан. — Думаешь, я глух и слеп? И настолько молод, что не смогу определить свою истинность? Про приворотные зелья даже думать не смей! — видя мои сомнения, добавил он. — Сам знаешь, они нас не берут!
— Ладно, — подняв руки вверх, капитулировал я, признавая правоту Бранхана. — Твоя взяла! Не настаиваю.
— Думаю нам пора уже спуститься вниз, — неохотно отозвался брат, вставая на ноги. — Пошли, глянем, что там происходит.
— Чур, только, без подколов! — крикнул я в спину, уже скрывшемуся в коридоре Бранхану.
ГЛАВА 13
Вы когда-нибудь были на балах? Вот и я на них никогда в жизни не присутствовала. Поэтому для меня это было что-то новенькое и невероятно интересное. Правда весь мой запал, и энтузиаст пропал ровно через час, после того, как Диора, поставившая перед собой цель — превратить меня из замарашки в прекрасную принцессу, потащила к себе в комнату.
Вся операция перевоплощения происходила в рамках «совершенно секретно», дабы ни матушка, ни Мариса, ни о чем не узнали. Как Диоре удалось все провернуть, для меня так и осталось загадкой, за семью печатями. Один Бог знал, чего мне все это стоило.
— Красота, требует жертв, — ворчала Диора, нанося специальной палочкой на мои ноги вонючую, и мерзкую, похожую на сгнившую болотную тину, смесь. — Так, что потерпи немного, — и для убедительности зачем-то привязала руки к стулу, а в рот запихала среднего размера шарик, завернутый в кусок ткани. — Это чтобы не кричала, — пояснила она, заметив мое удивление, и накрыла все это липкой лентой.
Слишком поздно я поняла, что не готова к таким кардинальным переменам. Попыталась объяснить, что для удаления волосков можно просто взять бритву и побрить их. Но метаться было уже бесполезно. Нет, я, конечно, пыталась еще сопротивляться, только вот сестрица моего рвения не одобряла и укоризненно качала головой.
— Да чего ты так дергаешься? — искренне недоумевала девушка, а мне, как попаданки в сказку, хотелось послать ее к черту на кулички и рассказать, что степень гладкости ножек никак не повлияет на исход счастливого хэппи-энда.
Я продолжала мычать, слезно умоляя взглядом отпустить меня. Но непреклонная девица решительно дернула липкую ленту, не обращая внимания на мои мучения. Я бы заорала благим матом, но сами понимаете, рот блокировало инородное тело, поэтому только брызг слез и сердитое пыхтение нарушили мою экзекуцию.
— Ну вот, — удовлетворенно улыбаясь, пролепетала мастер по пыткам. — А ты боялась, — и ничего я не боялась! Просто недоумевала, зачем так пытать? — Зато посмотри, какие гладкие у тебя теперь ноги, — будто до этого они у меня все были покрыты густым волосяным покровом. — Сейчас мы смоем эту мазь, — словно несмышлёному ребенку, продолжала говорить тиранка. — И кожа станет бархатистой! Его величеству, принцу Рикхану обязательно понравится их поглаживать.
Чего? Постой, мы так не договаривались! Не надо мне такого счастья! Я так-то домой собираюсь вернуться. Зачем мне какого-то незнакомого мужика еще приплетают? И с какой стати он будет мои ножки наглаживать и бархатистостью кожи восхищаться? У меня, между прочим, там праздник и начальство строгое! Уволят к чертям собачьим, как пить уволят!
Когда Диора наконец-то развязала меня, со всех ног бросилась к двери, но ушлая девица успела перехватить и предотвратить мой побег, цепко схватив за руку. Потащила к уборной и, несмотря на мое явное нежелание продолжить это издевательство, затолкала упирающую меня в небольшую комнатку.
— Ты что, принцессой не хочешь быть? — сердито ворчала она, пресекая любую мою попытку выскользнуть из ее цепких рук.
— Зачем? — кряхтела я. — Зачем мне ею становиться? «Если вы бедная, незнатная девушка, то я только обрадуюсь этому. Принцессы все ломаки», — сквозь зубы процитировала принца из сказки.
— Ну-у, вот еще глупости какие! — покачала головой Диора. — Понимаю, мы иногда ссорились с тобой, но ты не должна на меня за это сердиться. Я всегда желала тебе добра. Вот и сейчас, о многом не прошу. Отплати ты мне добром.
— Э-эм-м, — даже прекратила сопротивляться и зависла, услышав это от Диоры. — Ты что, сейчас процитировала Золушку?
— Прости, что сделала? — девушка даже глазом не моргнула. Быстро стянула с меня одежду и толкнула прямо в ванную, наполненную водой. Потеряв равновесие, я от души плюхнулась на самое дно, успев наглотаться мыльной воды. И когда она только успела ее наполнить и приготовить? — Кто такая Золушка?
— Бедная девушка, — вынырнув и отплевавшись, пояснила я. — Героиня сказки. Добрая, приветливая, милая, очень скромная и трудолюбивая, а также покладистая и доброжелательная красавица. Дочь почтенного и знатного человека, притесняемая злой мачехой. Она жила в собственном доме на правах служанки, безропотно выполняя всю черную домашнюю работу, — по мере того, как я все это перечисляла, глаза Диоры удивленно распахивались, и она то и дело, то ахала, то охала, неодобрительно покачивая головой. — Она чистила котлы и кастрюли. Мыла лестницы и ухаживала за сводными сестрами, которые к слову даже доброго слова ни разу ни сказали, — мне резко стало обидно за бедную героиню любимой сказки. — Еще она спала на чердаке под самой крышей, на колючей соломенной подстилке и молча сносила все обиды, не решаясь никому пожаловаться. А Золушкой ее прозвали за вечно перепачканное золой платье.
— Никогда не слышала о такой сказке, — хлюпая носом, протянула Диора. — Бедная девушка. А что с ней потом случилось?
— Она мечтала встретить прекрасного принца, — тихо вздохнув, заговорила я. — Крестная фея помогла ей попасть на бал, где Золушка и принц наконец-то повстречались. Слушай, — не выдержала, в конце концов, и отняла жесткую мочалку, которой эта девица с силой натирала меня. — Ты, правда, не видишь сходства? — Пересказывать сказку в мои планы не входило.
— Какого
