Читаем без скачивания Терминатор и Дюймовочка - Андрей Бадин

Репутатский вспоминал грациозные, прекрасные движения шансонеток, красоту их форм, великолепные костюмы и музыку. Людмила же неумело изгалялась под Пугачеву, громко подпевала и имитировала ее движения, хотя петь вовсе не умела, да и на сцене никогда не бывала. Ее, конечно, могли пригласить туда, но только в качестве уборщицы.

Вдруг в дверь позвонили. Людмила прекратила песни и пляски и поспешила одеться, а Альфред повернул к себе монитор, стоявший на тумбочке возле кровати и нажал на кнопку. Когда экран зажегся, он увидел суровые, искаженные дверным глазком лица бандитов. Их большие сливообразные носы заслоняли пол-экрана и создавали впечатление, что в гости пришли не люди, а пеликаны. Но в дверь настойчиво звонили «крутые кулаки». Впереди всех стоял их босс Герман Розовощеков по кличке Тыча.

Увидев его звериный оскал, Альфред вскочил с кровати, схватил красивый, с вышитыми драконами китайский шелковый халат и побежал в прихожую. На ходу он кое-как облачился и крикнул Людмиле:

— Быстрее одевайся, дура, да приготовь самое дорогое шампанское и кофе, «крыша» пожаловала!

Дело в том, что Репутатский каждый месяц платил Тыче по сто тысяч долларов — дань за безопасность. Но за текущий месяц задержал выплату на один день, так как ночью напился в казино, днем спал, а потом встречался с танцовщицами. Вот и забыл про плату.

«Теперь предстоят разборки, — с ужасом думал он, — меня поставят на измену, накинут пятьдесят тысяч долларов штрафа и потребуют выплату дани еще и за месяц вперед. В общем, за несколько часов опоздания я влечу на двести пятьдесят кусков. А куда денешься, придется платить, Тыча пунктуальный и опозданий не терпит».

Репутатский открыл толстенную бронированную дверь, и бандиты ввалились в квартиру.

Как только Фома, Дуб, Газила умчались с места драки на милицейском «Форде», они сразу направились к боссу. Оставили машину в квартале от дома, где тот проживал, прошли пешком и, убедившись, что слежки нет, вошли в подъезд.

Фома долго звонил в дверь, но Тыча не открывал. Они знали, что босс наблюдает за ними в монитор видеофона и не спешит впускать. Они примчались без звонка, так как их мобильные телефоны остались в «Навигаторе».

Наконец многочисленные замки поочередно щелкнули, и металлическая дверь плавно отворилась. На пороге стоял личный телохранитель босса по кличке Шаман. Он был под два метра ростом, крепкого телосложения, с огромными ладонями, толстыми, сардельковидными пальцами и лицом, напоминающим ужасный лик Франкенштейна. Он выглядел страшнее, чем Гриня Дуболомов. Шаманом его прозвали за то, что он вечно нашептывал боссу на ухо. Он из каждого пустяка делал строжайший секрет и возводил его в ранг чуть ли не государственной тайны. Когда-то он занимался волейболом, но потом бросил тренировки, потолстел, погрузнел, стал похож на двухстворчатый шкаф, но свой коронный нападающий удар сохранил и бил кулаком сверху вниз по головам провинившихся.

Шамана боялись даже Дуб и Газила.

— Что без звонка? — спросил он первым делом.

— Случилось ЧП, — начал Фома, — нам можно войти?

— Прежде чем войти в дом, подумай, как из него выйти, — лукаво обронил охранник-философ и отошел в сторону, освободив проход.

Братки знали, что Шаман мудрый и хитрый, и не зря его Герман выбрал в свои личники. Он был ему предан, как собака, и готов положить за хозяина не только голову, но и другие, не менее важные части тела. Руки, например.

— Что стряслось? — вновь спросил Шаман, когда дверь за бандитами захлопнулась.

— Двое террористов в масках захватили в заложницы дочку Репутатского, — тихо произнес Фома.

— Ну и дела, — покачал головой Шаман, — а ты куда смотрел? — Он перевел свой тяжелый взгляд на Гришу Дуболомова.

— Они напали внезапно, открыли огонь из автоматов с глушителями, а потом увезли Катьку. Я за ними гнался, но не догнал — они уехали на проржавевших «Жигулях».

— Тебя зачем к ней приставили? — начал заводиться Шаман. — Ты должен был ее…

— Ладно, хватит нравоучений, — вмешался Фома. — Ты бы видел, кто ее в заложники захватил.

— Кто?

— Дед Пихто. Он шире тебя вдвое, а главное, тренированный профессионал. Он один, без оружия, нас троих уделал, и я в него даже выстрелить не успел. Он действует хладнокровно, быстро и расчетливо.

— Я никогда не поверю, чтобы один человек мог завалить троих «крутых кулаков», — заартачился телохранитель.

— В следующий раз поедешь с нами и увидишь. Он тебя переломит на две части, как тростинку, — теперь начал заводиться Фома. Голова у него сильно болела, и в животе крутило. По дороге его дважды чуть не вырвало, и теперь он не хотел тратить время на объяснения телохранителю шефа сути происшедшего. — Зови босса, я ему все расскажу.

— И что ты мне хочешь рассказать? — из соседней комнаты послышался недовольный голос Германа. — Что вас троих отколбасил один супермен?

Босс вышел в прихожую и окинул злым взглядом бойцов.

— И это еще не все. Они нам накостыляли и смылись на нашем новом джипе «Навигаторе».

— Как же вы допустили, что они вас ухайдакали? — спросил босс.

— Я уже сказал, — продолжил Фома. — Один из них очень крутой профессионал — нам не чета.

— Надо было его пристрелить, и дело с концом. Пуля дура, но нам подруга.

— Я хотел это сделать, но даже прицелиться не успел — он меня вырубил.

— Ладно, джип найдем по пеленгу, а вот что с девчонкой делать? Вы уже сообщили Репе о захвате?

— Нет. Мы сначала к тебе — за советом.

— Это хорошо, что сначала ко мне. Он мне уже как три часа дань задолжал, так что будет повод к нему наведаться. Поехали.

Братки уселись в два «Мерседеса SL 600» и помчались на Сретенку. По дороге Фома рассказал, как им пришлось вырубить гаишников, на что Герман только покачал головой:

— Надеюсь, вы их не замочили, а то уголовка начнет розыск и придется опять вас от ментов отмазывать, а это большие деньги.

Тыча оставил Газилу и Дуба в машине, а сам в сопровождении Шамана и Фомы поднялся в квартиру Репы. Позвонили в дверь, и тот незамедлительно открыл.

Герман стоял перед Альфредом как матадор перед быком — сопел и разве что пар из ноздрей не пускал. Для того чтобы смягчить реакцию Репы на известие о захвате дочери, он решил сначала начать разговор о долге.

— Ну что? — с порога начал Тыча. — Я ждать не люблю, ты знаешь.

— Извини, деньги есть, и сегодня я их тебе отдам. Я вчера задержался на работе, сильно устал и поэтому спал больше обычного, — начал оправдываться Репутатский. — Сейчас я возьму ключ от депозитной ячейки, мы поедем в банк, я выну из сейфа деньги и отдам тебе. Мне еще надо до завтра два миллиона в Америку отправить, а то тесть заподозрит неладное и новую партию джипов не пришлет. Я ему обещал деньги за машины еще на прошлой неделе перевезти, но не получилось. Дашь мне несколько своих охранников, чтобы лавэ в аэропорт доставить? Ну, в общем, как обычно.

— Вернешь долг, договор остается в силе. — Герман щелкнул пальцами, что означало — гони монету. — Охрану тебе обеспечу. Как обычно.

— В течение часа деньги будут у тебя. — Альфред подошел к письменному столу, достал оттуда шкатулку и извлек из нее большой резной ключ от сейфа. Он вышел из гостиной, прошел в спальню, а оттуда в кладовую. Там отодвинул шкафчик и с улыбкой взглянул на свой большой бронированный сейф. В нем хранились ценные бумаги, деньги, пистолет, банковские пластиковые карточки и ключи от депозитных сейфов в «Инкомбанке».

Репутатский поднес ключ к замку и хотел его вставить в замочную скважину, но тот почему-то не входил. Репа внимательно осмотрел ключ, выполненный в форме стержня, со множеством бороздок по краям, а затем снова попробовал всунуть в паз.

«Что за черт, опять, что ли, Катька перепутала ключ от входной двери с ключом от сейфа?»

Катя однажды, впопыхах, перед уходом на прогулку их поменяла. Альфред целый час не мог оформить одну важную сделку, так как ключа от сейфа у него не было. Он ждал, пока она вернется, а потом, сгоряча, надавал ей оплеух. Катя плакала, клялась, что это произошло случайно, но Альфред все равно ее наказал.

Репа, помня оплошность дочери, ключ от сейфа теперь прятал в шкатулку и запирал в стол. Но наутро он приехал из казино пьяный и, вывалив все содержимое карманов на стол, пошел спать. Похожие по форме, цвету и размеру ключи оказались рядом, и Катя, естественно, их перепутала. Теперь очень важный, очень ценный для Репы ключ от невскрываемого сейфа болтался на шее его дочери.

«Второго ключа от сейфа у меня нет, так что придется ждать, когда она придет с гулянки, — с горечью подумал он. — Вернется, устрою ей крутую взбучку. Она у меня вообще на улицу ходить не будет. Будет дома сидеть и день, и ночь», — так решил он.

Репутатский вошел в гостиную мрачнее тучи.