Александр. – Да у вас тут просто рай! Сигарет и водочки не хватает, но в целом – рай! Что там за сообщения, как их прочесть?
– Первое – от Надежды Воронцовой, второе – от Ольги Родионовой. Какое воспроизвести первым?
– Давай от соседки, – в третий раз зевнул Смирнов.
На экране появилось знакомое лицо. Даже больше – не просто знакомое, а лицо женщины, которую гвардеец начал считать своей! С которой планировал встретиться и сегодня вечером. И завтра.
– Сашенька, сладенький мой, спасибо тебе! – произнесла мамочка. – Благодаря тебе я, наконец-то, смогла переехать! Ура! Честно – я сама не ожидала столь бурной реакции от тебя, думала, пройдет недели две, но ты просто чудо! Крепко тебя целую! Возможно, еще свидимся!
– Не понял, – нахмурился мужчина. – Что это означает?
– Это означает, что социальный рейтинг Надежды Воронцовой повысился и теперь она смогла переехать в другую квартиру, – пояснила РИСК.
– Постой… – имперец тряхнул головой. – Что значит – переехать?
– Это означает – сменить место жительства, – поучительным тоном ответил компьютер.
– Как раз это я понял. Я другого не понял. Она – что… вот паскудина!
Офицер треснул кулаком по столу. Теперь-то он все понял. Соседка просто воспользовалась пленником! Воспользовалась для поднятия собственного рейтинга. Александр не был для нее мужчиной, объектом вожделения. Мамочка не ставила перед собой цель завладеть сердцем Смирнова, как-то привязать к себе. Вовсе нет! В новом постояльце Надежда видела лишь средство для достижения своей цели. Пусть и приятным для гостя способом.
Все бабы – одинаковы. Что на Луне, что на Земле. Попользоваться мужиком, выжать досуха, и, получив желаемое – выкинуть, как надоевшую игрушку. Так алкоголик выбрасывает пустую бутылку за ненадобностью.
– Ненавижу, – прошипел лейтенант. – А мой рейтинг?
– Ваш рейтинг, с момента последнего запроса, понизился на одиннадцать пунктов.
– Какого хрена? – возмутился пленник. – Я не заметил, чтобы этой потаскухе вчера было плохо!
– Вы испытывали гнев и сквернословили. Обращаю ваше внимание, что ваш рейтинг понизился еще на семь пунктов.
– Так я же у себя, в собственной квартире ругаюсь! – возразил Александр.
– Это не имеет значения.
– Так вы что, падлы, даже дома за мной следите? – язвительно поинтересовался военный. – А в сортире – тоже?
– Да.
– Что – да?
– На оба вопроса ответ «да».
– Твари!
– Обращаю ваше внимание, что ваш социальный рейтинг опустился значительно ниже среднего.
Офицер набрал полные легкие воздуха, чтобы высказать все, что думает по этому поводу. И поднял руку, готовясь рубануть ею воздух, для большего театрального эффекта. Даже на Луне человек имеет право протестовать сколько душе угодно! Да, пусть тихонько, дома, запершись на кухне, чтобы никто, не дай Бог, не услышал протестов. Но право такое есть!
Однако, раздумал. Неизвестно еще, к чему приведет такая форма протеста. Если на воле гражданина обложили со всех сторон, то в здешних тюрьмах, поди, и дышать без разрешения нельзя.
Вместо этого лейтенант решил позавтракать. Тортиком. Крем с него основательно потек, но кое-в-чем бывшая соседка не соврала. Угощение оказалось весьма вкусным. Слишком сладким для военного человека. Но вкусным. Поскольку о столовых приборах никто не позаботился, есть пришлось руками.
Параллельно пленник заслушал сообщение Родионовой. Она тоже была обеспокоена низкими показателями гвардейца и обещала сводить вечером на какое-то мероприятие, которое, по мнению куратора, точно поможет. Правда, забыла уточнить – кому. Гвардеец уже нисколько бы не удивился, если только ей.
Александр забрал посылку с кулоном – она лежала у двери, упакованная в точно такой же материал, уже знакомый по приборам и бутылке в кафе. Только тоньше и мягче. Интересная штука.
– Сеть?
– Я слушаю.
– А из чего это сделано? – осведомился Смирнов. – Точно не пластик…
– Пластик имеет сложности при утилизации. Практически все предметы краткосрочного и одноразового использования сделаны из водорослей. Их переработка экологически безвредна.
– Ух ты! – изумился офицер.
Эти люди живут под куполами, в мире, отравленном радиацией, и, при этом, заботятся об окружающей среде! Чего проще – выбросить за пределы города, и пускай там валяется себе спокойно, гниет хоть тысячи лет. Все равно в обозримом будущем человечество не сможет жить на Земле без защиты куполов. Нет же – пытаются что-то, стараются, думают.
Лейтенант повесил ромбовидный кулон из пластика, окрашенного под металл, себе на шею. Прибор связи приятно холодил кожу.
– А коробку куда?
– Утилизатор на кухне, рядом с холодильником.
– Да, по поводу холодильника… что это за сопли в нем?
– Это криогель. Позволяет содержать продукты изолировано друг от друга, обеспечивая деление на зоны при охлаждении, выбирая оптимальный режим температуры и влажности для каждого продукта. Кроме того, путем анализа выделения аммиака, определяет оставшийся срок годности продуктов и последующую автоматическую утилизацию при его истечении.
– Ух ты! – изумился офицер. – Круто! У нас такого нету…
Выкинув тару, гвардеец принял душ. Затем заказал обед. Решив, что шаурмы с него достаточно, мужчина выбрал пельмени во фритюре со сливочно-чесночным соусом и пакет лимонада. В ожидании доставки, обновил гардероб и заказал посуду. Все же в приличном обществе не принято есть руками.
– А что, телепрограммы у вас тут есть какие-нибудь? – спросил пленник.
– Могу вывести список наиболее популярных передач.
– Валяй…
Лежа на кровати, поглощая пельмени, стоит отметить – бесподобные, невероятно вкусные пельмени, с натуральным мясом, раскаленные внутри, но в божественно прохладной оболочке сливочного соуса, в меру острого, изучая выбор программ, Александр так и не мог определить – нравится ему здесь, или нет?
С одной стороны – никто не неволил со службой. Не нужно никуда рано вставать. Не нужно рисковать жизнью, подставляясь под пули. Не нужно думать о том, как растянуть жалование до очередной выплаты. Словом, не нужно рвать жопу, чтобы отъесть ряху.
Да и женщины… корыстные, конечно. Как и везде. Зато сами на шею вешаются! Живи, радуйся жизни, радуй других… большего никто не требовал! Но за это можно получить все, чего душа пожелает. В пределах лимита.
А с другой стороны – тотальный контроль. Настоящий цифровой концлагерь, в котором даже в собственной квартире, в собственном сортире, неусыпно следит РИСК. В конце концов, какое кому дело – сколько раз выругался офицер, допустим, стирая носки? Оказывается, и до этого есть дело… и такое вмешательство в личную жизнь крайне неприятно.
Дюжина популярнейших каналов включала в себя передачи по аэробике, фитнессу, шейпингу, уроки танцев на шесте… столько девушек, невероятно красивых, подтянутых, собранных в одном месте, имперец в жизни не видел! И Ольга, которую Александр поначалу счел весьма привлекательной, даже рядом с ними не стояла. Про Анну и говорить нечего. Мужчина и не мог себе представить, что где-то в мире существуют настолько идеальные тела и лица – без единого изъяна. Будто они и не люди, а фарфоровые куклы.
Дальше шли уроки по кулинарии, разведению кошек, какая-то мамаша рассказывала про своего «серунчика», причем не уточнялось – это производное от имени, или основного рода занятия младенца.
Постепенно пленник дошел до
