нейтрально.
Неправда. А тут неправда. И это очень хорошо.
— Но как скажете, — продолжает Фролова. — Значит, запись будет получена от вас по процедуре.
— В любое время! Только один момент, — доверительно наклоняюсь через стол. — Вы внимательно прочли мою лицензию?
Это тоже мелкий тест. Вижу по отклику невербалки, что читала. Получается, действительно настолько высокая скорость обработки информации и обращения к ней же.
Так быстро думают, что их мыслительные процессы можно условно считать параллельными. Если она — типичный представитель своего класса, а всё пока именно за это.
Есть над чем задуматься. Есть чего опасаться. Если у них пропорционально работает и память, то жену из чистокровных я, пожалуй, никогда не захочу.
— Настолько внимательно, насколько это сейчас целесообразно. Что я упустила?
— Может, и не упустили. Мой искин имеет сертифицированную вторую категорию. Для выемки вам потребуется верифицированное участие искина первой — на уровень выше двойки идёт единичка.
Здешний нюанс. У человека-менталиста первый ранг — самый низкий, десятый — самый высокий. У искусственных интеллектов наоборот: первый — самое крутое, что можно вообразить. Два, три — легковушка в сравнении с грузовиком.
Искином первого ранга негосударственным конторам владеть запрещено, а на государственном уровне он типа редкость. Скажем, есть не во всех городах (дорого) и к иному члену правительства на приём попасть проще. Будучи бомжом.
— Это барьер, — без паузы констатирует она. — И выстроили вы его скорее всего неслучайно.
— Могу ответить грубо: "Зачем вы сейчас на меня вешаете свои проблемы? Есть закон, давайте соблюдать".
— М-м-м? — она вопросительно изгибает бровь.
— Могу, но не буду. По-человечески: не планировал вообще никаких барьеров. Я ж не вчера строил здание, даже не в этом месяце! И это не барьер, а политика безопасности компании. Вы просто не понимаете в этом бизнесе.
— Да ну? На какую тему я не сильна?
— Вы в курсе, что на своей территории мы разрешаем только лицензионные стимуляторы?
— Предполагала. Приняла к сведению только что. В принципе, так и думала, с учётом вашего размаха и формата. Просто часто клубы декларируют одно, а по факту.
— Не в нашем случае, — качаю головой. — Проконтролировать нелегал на территории любого подобного заведения — это вопрос не внутренней политики. Поверьте, торчки среди клиентов никому не нужны.
— "Вопрос не внутренней политики". А чего тогда это вопрос?
— Технической возможности. Желающие выйти за рамки никогда не переведутся. Если собрались десять человек молодёжи, неважно, вашей или нашей категории — пара из них с вероятностью семьдесят процентов попробуют выпендриться перед другими за счёт употребления вы поняли, чего.
— Внимательно слежу за ходом вашей мысли дальше.
— Искин высокого уровня — единственный по-настоящему эффективный инструмент, чтобы контролировать молодёжь из ваших. — Память предшественника на эту тему в наличии, на удивление до мелких нюансов. — Мы-то своими силами не справимся, если что. Уж вы-то понимаете. А закон чтём свято. Других инструментов контролировать вашего брата эффективно лично я пока не знаю.
Обменные процессы мозга здесь подстёгивают нанодобавками, которые глотают в виде пилюль, капсул. Последние бывают как легальными, так и не очень.
Нелегальные по факту наркота и на менталистов некоторые сочетания действует сильнее, чем на таких, как я.
— Чистокровный уже четвёртого ранга, задвинувшись каким-нибудь комбинированным усилителем с модулятором, способен натворить такого, что и полиция не расхлебает, не то что частная охрана частного же клуба. В таких ситуациях, любой полицейский офицер это знает лучше меня, счёт идёт на секунды.
Фролова молчит.
— Я же не могу видеть, какую часть памяти вы изымете, — заканчиваю пояснение. — Искин — не файлы видеорегистратора, границу по времени не отчеркнёшь. А ваши физиологические возможности для меня запредельны, я даже входить в систему при вас не буду, извините. До соблюдения вами моих законных прав, как гражданина и налогоплательщика. Светлана, давайте по-простому. Мне что, надо уговаривать вас СОБЛЮДАТЬ ЗАКОН?
— Участие искина первой категории, чтобы обеспечить выемку у вас, практически нереально. Такое впечатление, что вы очень старательно сформировали своё игровое поле. Чтоб никому кроме вас на нём не было места.
— Ага, — очень быстро соглашаюсь. — И этих пятерых притащил насильно в пять утра, чтобы они меня овощем сделали. Полное амнезирование и превращение в больного альцгеймером в расцвете сил — моё любимое развлечение.
— Превращение в кого?
— Вырвалось. Атрофия мозга. Тоже растение вместо человека в итоге, но чуть иная механика, чем при воздействии менталиста.
— А как действует ваш искин в описанном случае? Допустим, кто-то в туалете решил дёрнуть дозу, что будет дальше?
— На дверях туалетов стоит рамка, — откидываюсь на спинку кресла.
Эту лекцию предшественник любил рассказывать везде при каждом удобном случае, делал это с удовольствием и в памяти она абсолютно не пострадала (вот что значит здоровый дофамин в связи с личной вовлечённостью, к-хм).
— Что за рамка?
— Нанотеховская, аналог вашего сканера, — указываю на служебный жетон, — только стационарная, потому в разы мощнее. Фиксирует текущие изменения ментального профиля. Если вы зашли нормальной, а в сортире, пардон, приняли, система тут же поймёт.
— Понятно. Чем выше уровень вашего искина, тем шире диапазон противодействия, — она задумчиво барабанит пальцами по столу.
— Раскрою небольшой секрет. Наш диапазон как раз узкий, важнее точность. В обсуждаемом сценарии именно точность должна быть безупречной, диапазон до лампочки.
— Не поняла?
— Описанного персонажа система по протоколу точечно глушит инфразвуком до прибытия охраны. Как именно — секрет, не обижайтесь, но стоящие рядом не пострадают.
— Сейчас же обсуждают запрет инфры? У частников, по крайней мере? Не опасаетесь за перспективу?
— Пока обсудят. Пока договорятся. Или ишак, или хан, или я, — пренебрежительно машу рукой. — Вот если запретят, тогда и будем думать, что дальше.
Пока веду светские беседы с полицией, в голове складываются свои картинки. Точнее, НЕ складываются.
Саша Барласов мог обезвредить тех пятерых ещё на этапе их выдвижения по зданию. Нелетально, не нагребая потенциальных проблем, абсолютно законно.
Вместо этого он предпочёл непонятную мне "дуэль", в которой почему-то сделал ставку вообще на огнестрел.
Где логика?
Пистолетом своим, кстати, он так и не сумел воспользоваться (как и запредельным совершенством охранных систем этого комплекса). Стрелял уже я, не он.
Чего я не знаю? Чего я-нынешний не понимаю? Чего не могу вспомнить? Что не учтено?
— А после
