Вместо нее ответил виконт. Глядя прямо в глаза миссис Теннет, он проговорил:
— Каждый мужчина — загадка для всех, кроме Создателя. Думаю, и вы не знаете, что происходит в душе другого человека.
— О, моя дорогая Люси, — вмешалась Джулия Блайт, стараясь смягчить ситуацию. — Поверьте мне, ни одна жена не может знать все мысли своего мужа, как не может предвидеть все его поступки. И какой скучной оказалась бы жизнь, если бы было иначе.
— И ни один супруг не может знать, что именно управляет поведением его жены, — раздался с другого конца комнаты голос маркизы. — Но это весьма полезно для семейной жизни.
Последняя фраза маркизы вызвала смех, и напряжение в гостиной спало. Люси с облегчением вздохнула. Мэрион же нервно обмахивалась веером.
Лорд Ричмонд вопросительно взглянул на Люси, потом наклонился к миссис Теннет и что-то тихо проговорил ей на ухо. Она густо покраснела и утвердительно кивнула.
Люси чувствовала какое-то странное разочарование и ругала себя за это. Она ведь вовсе не собиралась овладеть вниманием самого желанного мужчины на приеме. Пусть Мэрион Теннет владеет им. Ясно было, что она не пожалеет для этого усилий.
Поговорив несколько минут с миссис Теннет, лорд Ричмонд подошел к трем джентльменам, стоявшим чуть поодаль; судя по всему, они говорили о скачках и об охоте. Чтобы не смотреть в их сторону, Люси повернулась к Джулии Блайт; она старалась не подавать вида, что отсутствие лорда Ричмонда ее огорчает. «Действительно, не стоит мечтать об изысканных блюдах, когда у тебя нет денег даже на хлеб», — говорила она себе.
Время от времени Люси все же поглядывала в сторону виконта и всякий раз ругала себя за это. Минут через десять он вернулся к ней и спросил:
— Вы ведь не видели замечательные вазы миссис Моррис? Хотите посмотреть? — Виконт предложил ей руку, и у Люси перехватило дыхание — ей показалось, что от его руки исходит нестерпимый жар.
Когда они подошли к витрине, за которой стояли античные вазы, Люси наклонилась к ним, делая вид, что внимательно рассматривает эти произведения искусства. И совершенно неожиданно для нее прозвучали слова виконта:
— Скажите, это правда, что ваш муж никуда не уходил в тот вечер?
Люси взглянула на него с удивлением:
— Он уходил только в свой клуб, где играл в вист. Именно так он сказал мне.
— А может, Мэрион все-таки не лжет?.. — спросил виконт в задумчивости. — Или она просто хочет вам досадить?
Люси нахмурилась. Она пыталась убедить себя, что ей следует уйти, что нельзя доверять этому человеку. Мать всегда ей говорила, что она слишком уж доверчивая.
— Милорд, я этого не знаю, — ответила Люси. — Полагаю, вам лучше расспросить миссис Теннет.
— Вы так быстро устали от моего общества? — Он взглянул на нее вопросительно.
— Видите ли, поведение миссис Теннет… Мне кажется, от нее всего можно ожидать. Вам, наверное, лучше вернуться к ней, пока она не устроила скандал.
— Не беспокойтесь, — ответил виконт. — Я сказал миссис Теннет, что нанесу ей визит, если она не будет больше устраивать сцен на людях.
Его уверенность в том, что Мэрион примет такие условия, казалась Люси дерзостью. Но когда она украдкой взглянула в другой конец гостиной, то увидела, что миссис Теннет мирно беседует с другими гостями.
— Рада слышать это, — кивнула Люси. Неужели этот человек полагал, что может манипулировать любой женщиной? — Но если она так жаждет вашего общества…
— Вот, смотрите — перебил ее виконт, и сейчас он явно говорил для окружающих. — Смотрите, какая чудесная ваза.
Он поднял руку, как будто показывая что-то в витрине, и прикоснулся к ее руке Люси почудилось, что в нее тотчас же проникла внутренняя сила виконта, и проникла легко, без всяких усилий с его стороны Она прекрасно знала, что у него весьма скандальная репутация, знала, что не должна реагировать на его прикосновения и даже на его слова. И конечно же, ей следовало побыстрее уйти, но… Внезапно она сообразила, что виконт что-то ей говорит, и теперь его слова не имели совершенно никакого отношения к антикварным вазам.
— Зачем мне искать общества острой на язык мегеры, если рядом со мной такая очаровательная леди?
Люси внимательно посмотрела на него:
— Вы смеетесь надо мной?
— Неужели вы так мало цените свою красоту? Несколько мгновений они пристально смотрели друг на друга. Его глаза были глубокими и темными, как озеро в полночь, и Люси казалось, что эти глаза видят ее насквозь.
— Каким же глупцом был ваш супруг, если он не смог оценить вашу прелесть и доброту? — неожиданно прошептал виконт.
— Но вы не… вы не должны, — пробормотала Люси.
— Да, не должен, — согласился виконт. На его губах вновь появилась циничная усмешка. — Но нам предстоит еще многое обсудить, моя дорогая миссис Контрейн. Вы завтра будете дома во второй половине дня?
— Вы же не собираетесь зайти ко мне? — Ей очень захотелось, чтобы он пришел, и это не на шутку испугало ее.
— Да, у меня есть такие намерения Видите ли, я все еще хочу задать вам несколько вопросов о вашем муже.
— Если вы будете задавать такие же оскорбительные вопросы, как в прошлый раз, я не смогу…
— Сможете, — перебил виконт. — Мне придется рассказать вам всю правду.
— С этого и следовало начинать, — проговорила Люси довольно резко. К ней вернулась уверенность в себе, и она боялась снова ее утратить.
— И кроме того… — Он взял ее за руку, и она тут же ощутила дрожь во всем теле. — Кроме того, вам следует знать я не могу поцеловать вас в губы, когда столько глаз смотрят на нас. — С этими словами он поднес к губам ее руку и поцеловал кончики ее пальцев.
В горле у Люси пересохло. В какой-то момент ей показалось, что она вот-вот задохнется. Наконец, сделав над собой усилие, она проговорила:
— В таком случае, милорд, я приглашу сотню гостей, чтобы быть уверенной, что этого не случится.
Глава 4
На следующее утро Николас отправился в Чипсайд — именно в этом районе жила Люси. Дом ее был небольшой и явно неухоженный — последнее сразу же бросалось в глаза.
Возможно, Стэнли Контрейн так же плохо заботился и об остальном своем имуществе.
Николас нахмурился, вспомнив события минувшего вечера. Удивление, с которым миссис Контрейн восприняла его попытки флиртовать, заставило его предположить, что в замужестве Люси не была любимой и муж совершенно ее не ценил. А ведь она на редкость привлекательная женщина… Женщина, излучающая тепло. И конечно же, она была верна своему мужу.
Но почему он думает о ней? Ведь прошлое миссис Контрейн не имело к нему никакого отношения. Ему следует думать о своих собственных проблемах — о своем погибшем друге, о подозрениях, которые все еще мучили его, и, разумеется, о поручении, возложенном на него принцем. Да, он должен был во что бы то ни стало найти драгоценность. Почти год он пытался найти ключ к этой тайне, и теперь, когда у него наконец-то появились доказательства против Контрейна, он обязан был докопаться до истины. А то, что это испортит настроение вдове Стэнли, не должно его останавливать.
