Нельзя этого допустить!
Но, если за лугару в самом деле стоит кто-то могущественный, внушивший им, что те могут дать волю своей жажде крови, всё в тысячу раз осложняется. А тут ещё и Эвелин Линт. Нежная и хрупкая с виду девушка, которая выжила после смертельного для каждого человека укуса. Для обычного человека. Но она особенная.
Почему?..
Он должен выяснить это. Узнать, кто она. Что скрывается за удивительной синевой её глаз. И почему его с необъяснимой силой тянет к ней, а её к нему. Ведь неспроста же это притяжение, от которого его волк дуреет и хочет только одного – поставить ей метку, присвоить, не отпускать.
– Говори! – Эви коснулась его руки и тут же отдёрнула ладонь. – Что ты знаешь про эти нападения?
– Я уже всё сказал.
– Не верю, что всё, – настойчиво проговорила она. Упрямая девчонка! Хорошо, что они уже почти приехали – в присутствии родителей она эти свои вопросы не задаст.
Вот и ворота. Когда автомобиль приблизился, они открылись. Дорога к особняку была освещена фонарями, но вервольфу отчего-то показалось, что он въезжает в тёмный тоннель. Предчувствие чего-то недоброго снова напомнило о себе. Стало сильнее, чуть ли не вопило в его голове громче банши из легенд.
Но ему во что бы то ни стало надо было попасть в этот дом, и Джейд усмирил настырный голос волчьей интуиции. Снизил скорость, подъезжая. Нахмурился и бросил взгляд на свою спутницу.
– У вас здесь всегда столько машин?
– Нет, – настороженно отозвалась она. Ей тоже, кажется, не понравилось то, сколько дорогих автомобилей стояло перед родовым гнездом Линтов – ну прямо как в салоне на выставке. – Похоже, родители позвали гостей...
Внутренний голос зазвучал снова. Тревожно, громко. Волчья чуйка никак не желала успокаиваться.
Особняк смотрел на прибывших яркими глазами светящихся окон, и почудилось вдруг, что это какое-то живое существо, что наблюдает за ними, ждёт и облизывается в предвкушении. Вервольф мотнул головой – померещится же. Глупость какая-то.
Они вышли из машины. Девушка дрожала, словно от холода, заметно нервничала. Крепко взяв Эвелин за руку, Джейден повёл её за собой к парадной двери и сам нажал на кнопку звонка.
Дверь открыла экономка. Во всяком случае, вервольф так решил, увидев благообразную седую даму в тёмно-синем платье с кокетливым воротничком. Её вид внушал ощущение домашнего уюта и покоя, так что напряжение немного отступило, и он даже сумел натянуть на лицо кривоватую улыбку, которой, должно быть, скорее напугал, чем с первого взгляда очаровал пожилую особу.
– Надо же! – всплеснула руками дама. – Мисс Линт! Вы и не представляете, как я за вас беспокоилась! Кто же убегает из дома на ночь глядя? А... это... – покосилась она на мужчину, которого не ожидала увидеть в компании дочери хозяев дома.
– Это Джейд, – взяла его за руку Эви. Ладонь у неё была прохладная и немного влажная от волнения. – Джейден Ридвелл.
– А вам он кто? – насторожилась экономка, пропуская их обоих в холл особняка, такой огромный, что в нём можно было давать рок-концерты.
– Мы... вместе... – выдохнула девушка, и оборотень крепче сжал её тонкие пальцы, которые слегка дрогнули в его руке. – Просто вместе. Он... мой парень.
– Да как же?! – седовласая дама снова всплеснула руками. – Что вы такое говорите, мисс Линт?! Ведь сегодня же вечеринка по случаю вашей помолвки!
– Какой ещё помолвки?.. – растерянно отозвалась Эвелин.
– Нашей, дорогая, – произнёс кто-то ещё, и человек, чьи шаги уже уловил чуткий слух вервольфа, вышел вперёд, подобно актёру, поднимающемуся на сцену.
– Мистер Макферсон... – пробормотала экономка.
– Джозеф... – вторила ей Эви.
Так, значит, это тот самый слизняк. Джейд с неприкрытым недоброжелательством уставился на блондинистого пижона в чёрном костюме со смокингом и галстуком-бабочкой. Ишь ты, как расфрантился. Вырядился в честь помолвки. А помолвки-то никакой и не будет. Джейден не позволит.
Он эту девушку теперь никому в целом мире не отдаст, а уж такому уроду тем более.
– Откуда ты тут вообще взялся? – разозлилась Эвелин. – Что за фарс? Я ведь уже сказала родителям, что не собираюсь выходить за тебя замуж!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ну-ну, детка, мы решили, что ты тогда просто погорячилась, а, стоит дать тебе время, одумаешься, – вмешалась в беседу ухоженная женщина в возрасте за сорок. Мать Эви? Оправив и без того безупречно сидящее на её стройной фигуре чёрное платье, она бросила высокомерный взгляд на спутника дочери. – Познакомь нас с этим молодым человеком, милая. Правила хорошего тона требуют представлять гостей хозяевам дома.
– Джейден Ридвелл – мой парень, – повторила Эвелин то, что уже говорила несколько минут назад экономке. – Это миссис Линт, моя мама. Я должна была раньше вас познакомить, тогда сейчас не возникло бы... недоразумения.
– Ты называешь это недоразумением? – снова влез в беседу слизняк по фамилии Макферсон. – Миссис Линт, вы обещали, что сегодня мы с вашей дочерью официально обручимся! Гостей полон дом, вы хотите меня перед всеми опозорить?!
– Успокойся, мой мальчик, – царственно взмахнула рукой женщина. – Эви станет твоей женой. То, что она развлекалась с... как вас... Джорданом, ничего не значит, кто по молодости не связывался с людьми не своего круга? А ты для неё самая подходящая партия. Наша договорённость в силе.
– Нет, мама, – твёрдо заявила Эвелин, но пальцы её по-прежнему дрожали, и больше всего в эту минуту оборотню хотелось утащить её подальше от этого места, а доказательства, за которыми он пришёл, получить каким-нибудь другим способом. – Вашу договорённость с Макферсонами придётся отменить. И моего парня зовут Джейден, а не Джордан.
Глава 7
Эвелин смотрела на мать и миссис Мэйс, экономку, кусая губы. Во рту стоял горький привкус. Пальцы нервно дрожали.
Не так она представляла себе возвращение домой. Предполагала, конечно, что родители будут рассержены на неё за побег, может, даже устроят громкий скандал, будут стыдить, взывать к её совести. Но то, что они вот так, за её спиной, созовут гостей и организуют помолвку... Нет, такого даже вообразить себе не могла. Ведь её родители – не какие-нибудь... сутенёры или работорговцы, чтобы продавать родную дочь ради денег и продвижения отцовской политической карьеры. Они современные люди, интеллектуалы. Во всяком случае, были такими.
Эви взглянула на Джейдена, ощутив вдруг желание спрятаться за его спиной. Увидев в его лице не чужого пугающего её человека... нет, не человека даже, а защитника. Того, кто встал между ней и людьми, которые должны были быть самыми близкими, самыми понимающими, а вместо этого предали её.
Но девушка этого не сделала. Она достаточно взрослая, чтобы отвечать за себя самостоятельно. Давно пора. И без того слишком долго слушалась родителей, уважала их волю, принимала их решения касательно её будущего. Даже где ей учиться, и то выбрали они. Хватит. Пора вспомнить, что это её жизнь, ей и решать, а не кому-то другому.
Поэтому Эвелин вышла вперёд и твёрдо заявила в лицо матери, что никакой помолвки не будет. То, что это станет позором, её волновало меньше всего. Пусть сами объясняются со своими гостями. Они это кашу заварили – им и расхлёбывать. Им и Макферсонам.
На Джозефа вообще старалась не смотреть. Один его вид напоминал о том, что произошло тогда, в её подростковые годы. О том, что стало причиной её замкнутости, неуверенности в себе, недоверия к парням, многие из которых наверняка были куда адекватнее, вот только она даже шанса себе не дала это узнать, потому что ни с кем не сближалась. Для него это был всего лишь ничего не значащий эпизод, а ей к психологу пришлось ходить, чтобы отодвинуть в памяти эту мерзость и поверить в то, что отношения и близость между мужчиной и женщиной могут быть совершенно другими. Обоюдно желанными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Надо же, малышка-Эви стала смелой, – усмехнулся Макферсон. Кивнул на Джейда, который стоял рядом, держа её за руку. – Это из-за него?
