Холт пристально посмотрел на нее:
— Ясно. Полагаю, вы также продумали и дальнейшие действия?
Она утвердительно кивнула.
— Мне кажется, будет лучше, если я пойду одна…
— Выбросьте из головы, Карли. Я пообещал вашему отцу, что не спущу с вас глаз.
Мисс Карпентер подарила ему свою улыбку.
— Возможно, я одна справилась бы успешнее. Я думаю, что если Дженна в последние полгода каждый вторник посещала священнослужителя, то она, пожалуй, могла довериться ему. Однако нелегко будет убедить его поделиться с нами тем, что ему известно. По-моему, разумнее сказать отцу Финелли правду.
— Слишком рискованно, — покачал головой Холт.
Такси остановилось перед фасадом старинной церкви.
Карли под руку с Холтом поднялась по лестнице к двери дома священника. Мужчина, отворивший им, нисколько не походил в представлении Карли на священнослужителя. Сухопарый и жилистый, он больше походил на боксера легкого веса. Священник приветствовал их, тепло и благожелательно улыбаясь.
— Отец Финелли, я Карли Карпентер, сестра Дженны, а это Холт Кэссиди, ее жених.
Улыбка священника слегка поблекла, когда он перевел свой взор с девушки на Холта.
— Проходите. Мне приятно познакомиться с родными Дженны. Она много сделала для моего прихода.
Отец Финелли провел их по узкому коридору в помещение, стены которого с пола до потолка были заставлены полками с книгами.
На письменном столе, заваленном разными бумагами и папками, с краю стояли кофейник и три чашки.
Указав на два кресла, отец Финелли присел на краешек стола.
— Чем могу быть полезен? — осведомился он.
— Мы пришли предложить свою помощь, святой отец, — пустился в пояснения Холт. — Дженна слегла с гриппом, и Карли пообещала сестре, что подменит ее на всех намеченных до свадьбы в пятницу встречах.
Священник не промолвил ни слова, лишь перевел взгляд с Холта на Карли.
— Доктор прописал ей постельный режим, — подхватила Карли. — Вот мы и приходим на встречи, указанные в ее записной книжке. Сегодня у нее в семь часов встреча в церкви Святого Антония. Если вы скажете мне, что делать…
— Делать ничего не надо, — произнес отец Финелли. — Дженна создала такую учебную программу, которая работает сама. Каждую неделю приходят женщины, занятые в различных сферах, и беседуют с нашими девушками.
— Стало быть, вы не ждали появления Дженны? — осведомился Холт.
— Нет, она никогда не присутствовала на беседах, — ответил отец Финелли. — Ну, за исключением одного раза в октябре, когда одна из женщин отменила встречу. Однако мне не хочется преуменьшать вклад Дженны. Без нее не было бы этой программы. Она занималась организационной работой.
— Скажите, пожалуйста, почему сестра занялась этой программой у вас? Она ведь не ваша прихожанка, верно?
— Да нет, это чистая случайность. Мне досталась временная карточка на посещение спортивного зала, где занималась и ваша сестра, у Смайли, — священник сложил руки. — Мы как-то разговорились, и она предложила создать такую программу. То был счастливый день для нашего прихода.
— Скажите, отец Финелли, — промолвила Карли. — В октябре Дженна появилась здесь одна?
— Нет. Нет, не одна.
— Она пришла с мужчиной?
— Простите, но я не уверен… полагаю, вам лучше расспросить сестру.
— Прошу вас вспомнить. Я не могу объяснить вам причину, но нам очень важно знать это.
Священнослужитель сдержанно вздохнул:
— Да, она была с мужчиной.
— Вам известно, кто он? Вы видели его прежде? — спрашивала Карли.
— Зовут его Ланс. В гимнастическом зале мы называли друг друга по именам.
— Он занимался вместе с Дженной? — спросил Холт.
— Мы занимались вместе. У нас был один тренер. Ланс и представил меня Дженне.
— Благодарю, святой отец, — сказала Карли. — Вы нам существенно помогли. И ни минуты не сомневайтесь, будто вы подвели мою сестру.
Когда они подошли к такси, Карли спросила:
— Ну же, что вы думаете?
Холт пристально посмотрел на нее. Глаза Карли возбужденно сияли. Казалось, будто она, подобно солнцу, излучает свет. Неожиданный порыв ветра обдал их снегом. Взявшись за края ее воротника, Холт застегнул верхнюю пуговицу, затем провел рукой по нему, сметая снежинки.
— Я сражен.
Отчего у Карли так громко забилось сердце: от комплимента или от прикосновения его руки? Прежде чем она собралась с мыслями, Холт спросил ее:
— Как вы догадались, что он не все говорит?
— По жестикуляции.
Холт нахмурился:
— Я считал, что его нервозность и смущение были вызваны чувством неловкости из-за того, что он не смог нам помочь, и мы понапрасну приехали.
Карли подавила улыбку.
— Я же обратила внимание на то, что отец Финелли удивился, когда я представила вас в качестве жениха Дженны, и старался поскорее избавиться от нас.
— Я предположил, что ему некогда. Эти огромные папки на его столе…
— Он сварил кофе, однако так и не предложил его нам.
Холт улыбнулся:
— В вас говорит кофеманка.
Мисс Карпентер пожала плечами:
— Возможно. Но отчего бы вам не признать, что я права? Мы могли бы сказать ему правду.
Холт слабо улыбнулся:
— Вы слишком доверчивы, Карли. Неужто вас никто не предавал?
— Нет… ну, быть может, однажды.
Они сели в такси.
— Кто? — спросил он.
— Это длинная история, — пробормотала Карли.
— До спортзала добираться долго, — резонно заметил Холт.
Она встретилась с ним глазами: он ждал ответа.
— Ладно. На последнем курсе я была влюблена в преподавателя. Я так погрузилась в учебу, что не знала ходивших по колледжу слухов. Видите? Я пытаюсь найти себе оправдание, потому что, состоя в любовной связи с мужчиной, даже не взяла на себя труд выяснить, свободен ли он.
У Холта сузились глаза. За сутки она второй раз пробудила в нем ревность. Его обдавало то холодом, то жаром, ему хотелось кого-нибудь придушить.
— Он предал вас и жену. Зачем же взваливать вину на себя?
— Мне не следовало быть такой легковерной.
— Вы были молоды и наивны, а он, должно быть, еще тот бабник.
Теперь его взор был непроницаем. У Карли пересохло в горле. С первой же встречи она поняла, что он беспощаден. Сильный, спущенный с цепи хищник. С первобытными, грубыми инстинктами. В другую эпоху и при ином общественном устройстве он бы пошел из-за нее на убийство.
Эта мысль взволновала ее до глубины души. Она положила ладонь на его руки, а второй рукой провела по щеке. Чтобы успокоить его? Или раздразнить? Она не отдавала себе отчета, не понимала, что с ней происходит. Лишь в одном она была уверена: в его глазах гнев моментально сменился вожделением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
