Пока еду на тридцатый этаж подозрительно поглядываю на пакет из аптеки, предназначенный боссу. Почему он закрыт? Там что, тоже прокладки?
Нет, Маша, нехорошо лазить по чужим пакетам! Нехорошо!
Да. Нехорошо. Но я лишь в целях подготовки материала. В конце концов, зачем я здесь? Чтобы собрать как можно больше информации о моем боссе. А пакет из аптеки, еще и закрытый, – это ого-го какая информация!
Так, успокоив себя, выхожу из лифта и захожу за угол. Ставлю свой пакет на пол, а пакет босса аккуратно, подцепляя ногтями скрепки, открываю.
Ого.
Так-так, а босс-то мой будущий тоже рыбак, по всей видимости. В пакете лежат упаковки презервативов. Сколько их? Раз, два, три… досчитываю до тринадцати и плюю. Ясно.
А это что такое? Хм… средство от запора.
Однако.
Нет, я, конечно, подозревала, что беспорядочная половая жизнь приводит к негативным последствиям, но… запор?
Однако.
Надо будет иметь это в виду. На всякий случай.
– Денис, погоди! – доносится откуда-то из коридора. Я сжимаюсь и прислушиваюсь. – Документы по тендеру уже передали?
– Нет еще. Задерживают.
Голоса приближаются.
Я дрожащими руками кое-как закрываю скрепки, хватаю свой пакет с пола и бегу к приемной директора.
– Давай быстрее! – зло шипит на меня Леола. – Руслан Тимурович уже спрашивал о тебе.
– Так я на медкомиссии была же! Пока все не проверили…
– Ой, иди уже, – и она буквально заталкивает меня вместе с пакетами в кабинет босса.
Глава 12
Маша
Дверь захлопывается и вот сейчас я понимаю, что в комнате темнота. Ну, то есть вообще ничего не видно. Хлопаю глазами и кручу головой в попытке хоть что-то увидеть. Постепенно глаза привыкают и я вижу лишь тонкие тусклые полоски света в жалюзи. Но их, конечно, недостаточно, чтобы хоть что-то разглядеть.
– Ау, – почему-то вырывается у меня. – Есть тут кто?
Делаю шаг и в этот момент меня обхватывают за талию и приподнимают.
Пакеты выпадают из рук на пол.
Я не сразу понимаю, что происходит. Пытаюсь обернуться, хотя увидеть кого-то в такой темноте все равно невозможно.
А меня, между тем, несут куда-то и… кладут. Реально кладут. Это, блин, сон, что ли? Как такое вообще возможно.
В полумраке комнаты я могу лишь различить фигуру, склонившуюся надо мной.
– Вы кто? – выдаю я. – Где Руслан Тимурович? Я…
Договорить мне не дают – фигура наклоняется и накрывает мой рот своими губами.
А я… я даже и не знаю, как реагировать. Что за хрень происходит-то? Кто это?!
А чужие губы между тем словно исследуют меня. Впиваются, мнут мои губы.
Чувствую чью-то руку у себя на макушке и пальцы сжимают мои волосы. А вторая рука… она… она просто впивается мне в талию и идет выше.
И вот в этот момент я понимаю, что это все не закончится хорошо.
То есть что? Меня сейчас тут вот оприходуют в кабинете босса? А как же мое задание?
План приходит сразу же.
Я просовываю руку между нашими телами и нащупываю ширинку. Ого. Да мои опасения не напрасны.
Губами чувствую улыбку этого маньяка. Довольную улыбку.
И тогда я приоткрываю рот и со всей силы прикусываю губу мужика. И одновременно впиваюсь пальцами ему между ног. Ногтями. Я знаю, что даже через ткань это очень ощутимо.
И да! Как подтверждение – слышу глухой рык. Хватка ослабевает и я выныриваю из-под него.
Руками ищу хоть что-нибудь. Хоть за что-нибудь ухватиться. Чем отбиваться-то?
И о чудо! Выцепляю в темноте какую-то длинную хрень. Поднимаю ее и начинаю размахивать перед собой. Просто хаотично. Бесцельно. Но зато со всего размаха.
Мужика больше не слышно. Тишину прорезают лишь хлесткие звуки ударов этой длинной хрени. Я понятия не имею, куда попадаю. Просто размахиваю ей в разные стороны.
Но чувствую, что силы покидают меня. Немного торможу. Прислушиваюсь.
Тишина.
И тут вдруг луч света. Не успеваю обернуться, как в комнате загорается яркий свет. Я даже зажмуриваюсь.
– Что здесь происходит? – слышу, как мне кажется, знакомый голос, но очень строго сейчас звучащий.
Оборачиваюсь и только сейчас замечаю свое отражение в панорамном окне.
Боже.
Это я?
У меня боевая стойка – ноги шире плеч. И из-за этого разрез на юбке сзади разошелся почти до попы. Волосы растрепаны. В руках у меня какая-то статуэтка, но без головы. Взгляд сам опускается на пол – ага, голова лежит рядом.
– Я спрашиваю: что здесь происходит? – опять слышу и вспоминаю, что я не одна в кабинете.
Поворачиваю голову и теряю дар речи.
В дверном проеме стоит Руслан. Руки в карманах брюк. Он раскачивается на носках, грозно глядя на меня. Брови сведены.
– Я… – начинаю я. – Погодите, а вы что здесь делаете?
И вот какой-то червь сомнения начинает точить меня. Но я отгоняю дурацкие мысли. Нет, Маша, нет. Мало ли Русланов на Земле? В Москве? В пределах одного офиса? Так, стоп.
А он, этот самый Руслан, лишь усмехается и проходит в кабинет. Уверенной походкой идет к столу и садится на кресло!
– Присаживайтесь, Мария Синичкина, – кивает мне на кресло рядом со столом.
– Стоп, – я выставляю вперед руку со статуэткой. – Вы же не хотите сказать, что… – и не решаюсь договорить.
– Эта статуэтка из Италии, кстати, – говорит он. – Десять лет назад. Была приобретена на аукционе…
Я зажмуриваюсь. Сейчас он назовет цифру, выбивающуюся из моей системы координат.
– Так что же собственно тут произошло? – неожиданно переводит он разговор.
– Меня! Меня тут! Вот тут! – ищу взглядом поверхность, где только что лежало мое тело, и натыкаюсь взглядом на диван. – Меня изнасиловать хотели! Здесь вот! Сейчас!
Замечаю, как на красивом лице уголок губ
