[Совет Бхишмы]
«Однажды, — так Бхишма повел свое слово, —Убил Джамада́гни, жреца и святого,
Вождь ха́йхаев[15], А́рджуна тысячерукий.Был сын у святого, познавшего муки,
По имени Ра́ма. И вот, гневнолицый,Он тысячу рук отрубил у убийцы,
От воинской касты, без помощи ратной,Очистил он землю семь раз троекратно.
Жрецы, чтобы воины в мире остались,Со вдовами ратных людей сочетались.
Есть древний закон, почитаемый свято:Дитя может быть от другого зачато,
Но отпрыском мужа законного будет,Коль к этому рода продленье побудит, —
И жрец со вдовой ратоборца сходился,Чтоб воинский род на земле возродился…
Вот случай другой: благодатью богатый,Подвижник Ута́тхья был мужем Мама́ты.
Был брат у святого меньшой, Брихаспа́ти:Он силу обрел от ученых занятий.
Наставник богов, он, без жалости к брату,Упорно преследовать начал Мамату.
Сказала она: «Постыдись, Брихаспати!От мужа, мне данного, жду я дитяти.
Растет твой племянник, зачатый в законе,И веды в моем изучает он лоне.
От старшего брата мне радостно бремя, —Иди и другой подари свое семя!»
Так правильно сказано было Маматой,Но жрец не сдержал себя, страстью объятый,
Познал он Мамату в запретное время,И крикнул ему, испустившему семя,
Зародыш, уже находившийся в лоне:«Эй, младший, ступай-ка, ты здесь посторонний,
Я — первый, нет места второму во чреве!»И проклял тогда Брихаспати во гневе
Дитя, что еще пребывало в утробе:«За слово, которое крикнул ты в злобе,
При этом — в чувствительный миг наслажденья,Да будешь во мрак ты повергнут с рожденья».
И вправду, родился Утатхьи потомокНезрячим и назван был: «Житель Потемок».
Жрецу Брихаспати могуществом равный,Сынов произвел сей слепец добронравный.
Сыны, ослепленные жадностью скряги,Решили: «К чему нам заботы о благе
Слепца многодряхлого, еле живого?»На доску отца посадили слепого,
И доску по Ганге пустили жестоко,И плот оказался во власти потока.
Поплыл по теченью слепец белоглавый,И минул он многие страны-державы.
Купался Бали́, царь земли, утром рано.Жреца на плоту он увидел нежданно.
Приблизясь, узнал повелитель слепогоЗаконоучителя, старца святого.
Избрав его для обретения сына,Воскликнул: «Тебя мне послала судьбина!
От жен моих мне сыновей подари ты,Да будут им тайны законов открыты».
Согласьем ответил подвижник безгрешный —Сынов породить от царицы Суде́шны.
Слепца презирая, велела царицаМолочной сестре своей к старцу явиться.
От старца слепого и шудры бесправнойРодился Какши́ван, певец достославный,
А также одиннадцать, мудрых в беседах.Бали, увидав этих сведущих в ведах,
Воскликнул: «Мои они все, не иначе!»«О нет, — возразил ему старец незрячий, —
Мои все двенадцать, — сказал он неспешно. —Отринув незрячего старца, Судешна
Свела старика, оказавшись немудрой,С молочной сестрою, бесправною шудрой».
Бали, ради милости старца святого,Царицу Судешну послал к нему снова.
Подвижник сказал, прикоснувшись к царице:«Твой сын будет равен блистаньем деннице».
И сын у Судешны родился — ученый,Святым изучением вед поглощенный.
От бра́хманов мудрых — так делалось часто —Умножилась доблестных воинов каста…
Мне дороги Бхараты род и наследство,Чтоб род продолжался, скажу тебе средство:
Пусть брахман со вдовами младшего братаДетей породит, — и да ждет его плата».
[Сатьявати с помощью мысли призывает перворожденного сына]
Тогда, со стыдливой улыбкой, смущенно,Сказала Сатьявати стражу закона, —
Был полон волнения голос дрожащий:«Ты правильно учишь, великоблестящий,
Но, царскому роду продленья желая,О грозный, признание сделать должна я.
Ты — правда, ты — благо, ты — жизни защита.Да будет тебе мое сердце открыто.
Однажды, в невинную девичью пору,Я в лодке плыла по речному простору.
К Ямуне-реке, в святожительской славе,Приблизился Парашара́ к переправе.
Ко мне обратился он, робкой и юной:«На землю меня переправь за Ямуной», —
И стал многознающий, в лодке рыбачьей,Меня уговаривать речью горячей,
Исполненной нежности, пламени, страсти…Проклятья страшась и родительской власти,
Величью даров подчиняя свой разум,Ему я не смела ответить отказом.
Могучий, всю землю окутал он тьмоюИ взял — над беспомощной — верх надо мною.
Мой рыбный развеял он запах отвратный,Другой даровал мне — душистый, приятный.
Сказал он: «Родишь мне на острове сына,Но девственна будешь, чиста и невинна».
И я разрешилась, в девичестве строгом,На маленьком острове мальчиком-йогом.
Обрел он, известный делами благими,Двайпа́яны — Островитянина — имя.
Затем обособил он веды четыре,Под именем Вья́сы прославился в мире.
За темную кожу зовут его Кришна, —Повсюду его песнопение слышно.
Подвижник, живущий правдиво и свято,Сынов сотворит он со вдовами брата.
Сказал он: «Какой бы ни шел я тропою,Едва меня вспомнишь — явлюсь пред тобою».
Источником стал он познанья и света,И, если согласен ты будешь на это,
Придет он, к продлению рода готовый,Сойдутся с ним брата умершего вдовы, —
Потомки его да пребудут на светеКак Вичитравирьи законные дети».
Услышав о муже великой науки,Сказал, поднимая молитвенно руки,
Сын Ганга: «Стремятся одни к сладострастью,Другие — к земному богатству и счастью,
Цель третьих — любви и добра постиженье,А в нем — наивысшему благу служенье.
Лишь самые мудрые в том преуспели:Понять и разъять три различные цели.
Твое же стремление — рода продленье,И это есть к высшему благу стремленье.
Ты выход найти наилучший сумела,Я слово твое одобряю всецело».
От Бхишмы услышав: «Сомненья излишни!» —Решила Сатьявати думать о Кришне.
Он мудрые веды читал вдохновенно,Но, матери мысли постигнув мгновенно,
Предстал перед ней после долгой разлуки,И мать, поднимая почтительно руки,
Его обняла, разразилась рыданьем.Всезнающий, движимый к ней состраданьем,
Сказал, окропив ее влагой святою:«Я все, что прикажешь, свершу и устрою».
Хваленья домашних жрецов благосклонноВоспринял певец и блюститель закона.
Сатьявати первенцу-сыну сказала:«С тобой я судьбу государства связала.
Отцу сыновья подчиняться согласны,Однако и матери дети подвластны!
Ты — первый, а Вичитравирья — мой третий,Вы оба, от разных отцов, мои дети.
По матери, в лодке рыбачьей зачатым, —Ты Вичитравирье приходишься братом.
О Вичитравирье скорбеть не устану,И Бхишма и он — оба дети Шантану,
Но Бхишма, обет исполняя тяжелый,Не хочет потомства, не ищет престола.
Ты, память храня о покойнике-брате,В продлении рода ища благодати,
Содействуя Бхишме и мне повинуясь,Волненьем существ беззащитных волнуясь, —
Обязан исполнить мое повеленье,О сын, безупречный в святом устремленье!
Невестки твои хороши, как богини,Но обе остались бездетными ныне.
Потомство от них породи, о беззлобный,Достойное дело исполнить способный!»
А Кришна: «Тебе все законы известны,Земной ты постигла закон и небесный,
О мать, и поскольку закон есть основаТобой изреченного веского слова, —
Твоим повинуюсь желаниям правым:Я тоже знаком с этим древним уставом!
Подобных богам сыновей сотворю я,Умершему брату детей подарю я.
Пусть обе вдовы, для продления рода,Обет исполняют в течение года,
Иначе пускай они ложа не стелят:Нечистые ложа со мной не разделят!»
А мать: «Мы должны, о мой сын, торопиться, —Зародыш скорей да получит царица.
В стране без вождя — нет дождя и цветенья,Страна без царя — есть земля запустенья.
Даруй же скорее стране господина,А Бхишма да будет воспитывать сына!»
А Кришна: «Коль надобно быстро трудиться,Уродство мое да потерпит вдовица,
И запах мой острый, и облик, и тело, —Чтоб семя могучее в лоне созрело».
Добавив: «Готов я к желаемой встрече», —Внезапно он скрылся, внезапно пришедший.
[Дети Кришны от двух цариц и рабыни]
