не задавал. Ну а он в свою очередь не спешил бежать впереди паровоза. Может, приберегал, так сказать, козыри на будущее – чтобы, когда припрёт, было чем торговаться?
Они снова склонились над тетрадкой. На развороте, в окружении осточертевших уже значков и латинских букв красовалось несколько знакомых схем с мировыми линиями и дугами «червоточин». Но кое-что и отличалось: рядом со схемами было довольно точно изображено то, что не могло быть ничем, кроме чертежей «искалки». И эти чертежи отличались один от другого – проволочки каркасов имели разные углы изгиба, чёрные точки коптских «бусинок» расположены неодинаково.
– Это ещё что? – с интересом осведомился Евсеин. Он оторвался от ноутбука, и через плечо Шурика рассматривал схемы. – Выходит, Виктор тоже пытался сконструировать «искалку»? Но откуда он взял саму эту идею?..
Ромка пожал плечами. В самом деле – откуда?
Дискуссию прервал звонок в дверь – громкий, дребезжащий и старомодный, как всё в квартире. Ромка от неожиданности вскинулся, крутнулся на стуле, едва его не опрокинув.
– Чего ты дёргаешься? – Шурик встал. – Это Колян – он звонил четверть часа назад, предупреждал, что скоро будет. Сиди уж, я открою…
Ромка сел. Пепербокс ходуном ходил у него в пальцах. «Фу ты, нервы совсем ни к чёрту…» Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул – и стал запихивать игрушечный пистолетик в карман.
Реконструктор вернулся в сопровождении эксперта. Тот выглядел донельзя усталым и подавленным – тёмные круги под глазами, красные, как у кролика, глаза… Когда Колян сел за стол и взялся за чайный пакетик с «Липтоном», Ромка заметил, что у него дрожат пальцы, да, не только у них троих выдалась сегодня бессонная ночь…
Олежик, циничный, как и полагается медику, на подобные пустяки внимания обращать не стал.
– О, Колян, очень вовремя! Глянь-ка на эти египетские иероглифы – может, чего разберёшь?
Но тот даже не взглянул на пододвинутую тетрадку.
– Некогда сейчас ерундой заниматься. У нас намечаются крупные неприятности. Помните, я рассказывал о склочной бабке, по наводке которой Славка вычислил вашу компанию? Так вот, она, оказывается, не угомонилась…
…Колян умолк, и в комнате повисла тишина. Первым решился нарушить её Шурик.
– Сколько, говоришь, у нас времени?
– Сутки, максимум. – отозвался эксперт. – Домомучительница – так её Славка называл, действительно чем-то похожа на фрекен Бок из мультика – заявилась сегодня с утра в ОВД и всех там поставила на уши. Начальство, натурально, велело разыскать Славку. А когда выяснилось, что он не отвечает ни по домашнему, ни по мобильнику – объявило аврал. Он конечно, студент, и всё такое… – Колян хмуро посмотрел на реконструктора, – но всё же сотрудник ОВД, хоть и временный. Короче, завтра к обеду, самое позднее, его квартиру вскроют, залезут в домашний компьютер и извлекут все подробности о вашей весёлой компании. Сколько-то времени понадобится, чтобы их осмыслить, систематизировать – но послезавтра с утра вас будут отлавливать по одному и расспрашивать с пристрастием. И начнут, надо полагать, с этого адреса.
– Значит, завтрашний день у нас есть?
– Есть-то он есть, а проку с того?.. – уныло спросил Колян. – Ты что, собираешься податься в бега?
Шурик хмыкнул.
– В каком-то смысле – да. Если кто забыл, завтра в шестнадцать ноль-ноль – первая попытка открыть портал. Мы как, успеем подготовиться? Собственно, это только к нам с Олежиком относится, Вильгельм Евграфычу и Роману и собирать-то особо нечего, они возвращаются домой. Ты как, будущее светило психиатрии? Готов к подвигам?
– Нам, казакам нипочём, что бутылка с сургучом… – непонятно отозвался Олежик. – Домой только заеду, возьму кое-что, предков предупрежу. Я их уже второй день готовлю к мысли, что могу свалить в любой момент – на практику, в Германию.
– Вот и хорошо. Мне тоже собираться – только подпоясаться, хе-хе…. Давайте так: сейчас разбегаемся, а к полуночи чтобы все были здесь. Договорились?
– Эй, а обо мне забыли? – голос Коляна звучал обиженно. – Сами, значит, в червоточину, а мне тут за вас отдуваться?
Хронопутешественники переглянулись. Ромка едва заметно пожал плечами.
– Так ты что, с нами хочешь? – осторожно осведомился Шурик.
– А ты против?
– Нет, но тебе же, как я понял, расследование не угрожает. Твоего имени в деле, которое раскручивал Ярослав, нет – или я ошибаюсь?
Колян сжал кулаки. Пальцы у него больше не дрожали, взгляд, как заметил Ромка, был полон решимости. И откуда что берётся?
– Имени моего там, конечно, нет. Но – вы не допускаете, что мне, как и вам, просто хочется отправиться с вами? В конце концов, вы мне обязаны! Если бы не я…
Ромка понял, что пора брать инициативу на себя. В конце концов, главный в этой компании он – а значит, и решать ему.
– Да мы и не спорим, не волнуйся ты так! – он поднял перед собой ладони в успокаивающем жесте. – Если тебе так уж приспичило – пошли, дело тебе найдётся. Ты ж компьютерщик?
Колян кивнул.
– У нас катастрофически не хватает специалистов. Но… – он помедлил. – Ты уверен, что позже не пожалеешь? Никаких гарантий возвращения мы дать не можем, учти.
– Да плевать на гарантии! – Колян вскинулся, едва не опрокинув стул – спасибо Олежику, вовремя подхватил. – Еду! Сгоняю только домой, соберу шмотки – и еду!
…ну вот, подумал Ромка, ещё один энтузиаст, жаждущий приключений. Сколько их теперь, пятеро? Интересно, у портала-червоточины есть какие-нибудь ограничения по пропускной способности? А то, как бы не пришлось кому-нибудь застрять на этой стороне…
VII
Москва,
ул. Гороховская,
апрель 1888 г.
Дядя Юля склонился над маленькими тисочками, прикрученными к столешнице. На голове, поверх редкой седой шевелюры у него красовался обруч с набором луп и крошечным светодиодным фонариком на кронштейнах. Алиса невольно улыбнулась – в таком виде он чрезвычайно походил то ли на постаревшего доктора Эметта Брауна из фильма «Назад в будущее», то ли на фэнтезийного гнома-механика.
Зажатая в тисках «искалка» таинственно поблёскивала медными проволочками. Некоторые были погнуты – результат падения на тротуар. Дядя Юля наклонился, подцепил одну круглогубцами и нажал. Алиса затаила дыхание, но ничего страшного не случилось – искалка едва слышно скрипнула, проволочки выпрямилась, чёрная бусинка, закреплённая в капле припоя, не шелохнулась. Дядя Юля удовлетворённо хмыкнул, выпрямился, и поднял своё стимпанковское приспособление на лоб.
– Ну вот, племянница, а ты волновалась! Принимай работу.
В голосе у старика сквозила усталость. Неудивительно, подумала Алиса, он уже третьи сутки в одиночку разбирает доставленный из будущего груз. Надо поинтересоваться: когда он последний раз ел? Не хватало ещё, чтобы он тут свалился без чувств…
Она вгляделась в переплетения проволочек, сосчитала чёрные, бусинки, закреплённые в узлах искалки. Вспомнить бы ещё, сколько их было до аварии…
– Вы уверены, что тут всё в точности так, как раньше?
Девушка ожидала гневной отповеди – старик не терпел, когда подвергали сомнению качество его работы. Но, к её удивлению, дядя
