вскочила в седло и поскакала, Дерек и Джули последовали за мной.
Позади нас, скрыв солнце, забурлили черные тучи.
ГЛАВА 3
КОГДА МЫ ПОДЪЕХАЛИ к месту встречи, группа Кэррана пополнилась двумя новыми членами. Барабас, чьи колючие волосы стояли дыбом, играл в карты с Эвелин, одной из скаутов Джима.
Элла посмотрела на Железного пса, перекинутого через мое седло.
— Это не печенье.
Кэрран увидел мое лицо, и выражение его лица ожесточилось.
— Как там мосты? — крикнул Барабас.
— Мостов нет.
Барабас открыл рот и закрыл его со щелчком.
— Когда он придет? — спросил Кэрран.
— Не знаю.
Дерек снял Железного пса с ослицы. Человек Хью выглядел мертвым.
Дерек легонько шлепнул его по лицу.
— Эй.
Ресницы мужчины дрогнули.
Дерек поднял глаза.
— Воды?
Один из наемников передал ему флягу, и Дерек поднес флягу ко рту мужчины.
Заключенный ожил и, схватив флягу, стал пить.
— Не давай много, — сказала я, слезая. — Иначе его вырвет.
— Кто это? — спросил Кэрран.
— Заместитель Хью.
Кэрран долго смотрел на меня.
— Что именно было сказано? — спросил Барабас.
— Я сказала отцу, что он должен вернуть Саймана. Он выдал мне этого мужика в качестве утешительного приза. Роланд приказал ему убить несколько человек. Железный пес отказался, поэтому отец решил пытать и медленно убивать его. Затем отец снизошел до того, чтобы объяснить мне, что когда люди не слушаются, происходят подобные вещи. Я высказала ему, что я думаю об этом.
Барабас на мгновение зажмурился.
— Как он это воспринял?
— Посмотри за мою спину.
Барабас взглянул на бурю, бушующую на востоке.
— Я знал, что должен был пойти с тобой. Это моя вина. Он говорил что-нибудь об объявлении войны или о том, что придет за тобой?
— Нет. Он пытался дать мне пощечину.
— Он что? — зарычал Кэрран. Его глаза стали золотыми.
— Он попытался дать мне пощечину. Я заблокировала ее и сказала, что верну Саймана, мы будем квиты, и тогда ему придется решить, что он будет с этим делать.
— Он сказал что-нибудь еще? — спросил Барабас.
— Нет.
Железного пса вырвало водой на землю.
— Итак, никакого объявления войны сделано не было. Мы можем с этим работать. — Барабас выдохнул.
Да, верно.
— Я не хочу с этим работать.
— Я понимаю. — Оборотень кивнул своей рыжей головой. — Вот почему я бы посоветовал тебе избегать разговоров с отцом, пока мы развязываем этот узел, и, надеюсь, предотвратим погружение города в ужасную войну с массовыми жертвами.
— Да, конечно, это все моя вина.
— Именно, — сказал Барабас. — Все, что тебе нужно было сделать, это зайти туда и просто поговорить с отцом.
Просто?
— Знаешь, чего мне не нужно, Барабас? Мне не нужно, чтобы ты критиковал то, как я разговариваю со своим отцом.
Наемники дружно отступили на шаг назад.
Кэрран положил руку мне на плечо.
— Будь осторожна, Кейт, — сказал Барабас с непроницаемым выражением лица. — Проявляется твоя магия.
— Ты знаешь, где я его нашла? — Я указала на Железного пса. — Я сняла его с креста. Там было еще тридцать таких же.
— Тридцать два, — произнес хриплый голос.
Я обернулась. Железный пес сел, открыв светло-серые глаза.
— Тридцать два человека, — тихо повторил он. — Им потребовалось три дня, чтобы умереть.
— Поскольку он отказался убить их, мой отец заставил его наблюдать. Это то, с чем ты просишь меня вести переговоры, Барабас.
— Именно поэтому нам нужно, чтобы ты вела переговоры.
— Меня тошнит от того, что ты командуешь мной на моей собственной земле.
— Хватит, — сказал Кэрран.
Барабас сделал шаг назад.
— Мы поговорим об этом в другой раз.
Кэрран присел на корточки рядом с сидящим мужчиной.
— Что случилось?
— В пяти милях к югу было поселение, — сказал мужчина, его слова были отрывистыми. — Какая-то религиозная группа. Роланд захотел эту землю. Он не сказал, зачем она ему. Он предложил купить ее, но они отказались продавать. То, что они ему сказали, должно быть, вывело его из себя, потому что он приказал мне взять людей и зачистить территорию. Он сказал, что хочет, чтобы их похоронили подальше от земли, где-нибудь в другом месте. Я сказал ему, что я солдат. Я не стану приказывать своим людям убивать безоружных гражданских.
— А если бы Хью сказал тебе сделать это? — спросил Кэрран.
Железный пес посмотрел на него ясными глазами.
— Он бы не стал.
Ну, да.
— Мне трудно в это поверить, — сказала я.
— Я солдат, — сказал Железный пес. — Не Потрошитель. Солдаты сражаются с другими солдатами.
— Он говорит правду, — сказала Джули позади меня. — Когда Хью требовалась резня, он использовал Потрошителей. Большинство из них сейчас мертвы.
Не взрываться. Взрыв никогда не приводил ни к чему хорошему.
Я повернулась к ней.
— У Железных псов шесть когорт, — сказала Джули. — В первых пяти когортах по четыреста восемьдесят солдат на когорту, разбитую на шесть центурий по восемьдесят солдат в каждой. Шестая когорта насчитывала двести сорок человек и была известна как Потрошители, ударные войска. У каждой когорты был капитан. Хибла была капитаном Потрошителей. Этот человек — Стоян Илиев, капитан первой Когорты. Он был первым капитаном, которого Хью завербовал сам.
Чудненько. Я спасла лучшего дружка Хью.
Стоян повернулся ко мне.
— Я был в Лебедином дворце. Я видел, как ты убила Хиблу. Если ты собираешься убить меня, сначала дай мне меч.
— Успокойся, — сказал ему Дерек. — Ты не можешь держать меч. Ты даже не можешь удержать воду. Она сняла тебя с креста не для того, чтобы убить.
— Это больше не имеет значения, — сказал Железный пес. — Если бы это было не так, было бы что-то другое. Шестая когорта Потрошителей полностью уничтожена, а остальные задействованы менее чем на пятьдесят процентов своих возможностей. Роланд проводит чистку рядов. Все, кто был верен Хью, были убиты или сбежали, а легат Златого Легиона открыто охотится на людей, которых Роланд изгнал. Если ты не собираешься убивать меня, что ты собираешься со мной делать?
Кэрран посмотрел на меня.
— Он твой. Это твой выбор.
Я вздохнула.
— Мы отведем тебя к медику Гильдии. Магия в зените, и значит, наше лекарство поможет. У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы встать на ноги. Покинь город, когда завтра взойдет солнце.
— Я покину, — сказал он.
— Хорошо. Погрузите его. — Кэрран поднялся и подошел ко мне. — Пойдем, поговорим.
Я пошла за ним по дороге.
Он опустил голову и посмотрел на меня.
— Что случилось?
— Он распял семьи, Кэрран. Я чувствовала запах разлагающихся тел. А потом у него хватило наглости сказать мне, что это то, что случается с людьми, которые не повинуются ему.
