то, о чем они хотят сказать, — с улыбкой проговариваю, прекрасно понимая на что намекает Демон. И буквально кожей чувствую, как он скалится в ответ.
— У тебя что-то случилось? Выглядишь взволнованной.
А разве он не читает мысли?
— Только некоторые. С тобой все сложнее, Душа.
Устало прислоняюсь к книжному стеллажу, стараясь унять собственные эмоции, рвущиеся из меня, как лава, что извергает вулкан. До сих пор не могу переварить, что со мной произошло!
— Не знаю, как это объяснить, но… Я снова смогла увидеть цвета! Это восхитительно! Подобно глотку родниковой воды после долгого пути в пустыне! Даже и подумать не могла о том, что буду так рада снова увидеть их, понимаете?
— Столько эмоций, Душа. Помедленнее. Я уже не так молод, чтобы понимать все, о чем ты твердишь, — осаждает меня чешуйчатый, сверкая своими яркими глазами. У Вальтера они тоже мерцали. Прямо как у того Зверя из сна, что преследует меня по ночам и неясными обликами наяву.
— Я… У меня проблемы со зрением. После одного… несчастного случая, в котором погибли мои родные. Я долгое время вообще ничего не видела, кроме тьмы. Но со временем зрение начало возвращаться. Частично. Теперь я всего лишь-то вижу все в черно-белых цветах, — эти слова давались мне с трудом, поскольку боль от потери всего, что было дорого, еще не утихла.
— Отобрать у Видящей то, что она почитает больше всего. Понимаю. Как лишенный свободы демон, я могу сказать только то, что всему свое время. Когда-нибудь и твое зрение восстановиться окончательно, и ты сможешь жить как раньше, Душа, — грустно проговорил мой собеседник, отчего мерцание его глаз, мне показалось, даже немного приглушилось. Ему больно находиться здесь.
Не став больше мучить своими историями древнейшего нелюдя, задала так давно интересующий меня вопрос:
— Почему Вы здесь?
Но мой вопрос был проигнорирован. Звякнула цепь, натягиваясь, — Демон приближался. Я постаралась удержать над собой контроль, чтобы не начать пятиться. И когда надо мной возвысилась фигура огромного мужчины в каких-то обносках, руки и лицо которого были полностью усеяны поблескивающей чешуей, я заметила вылезающие из-под распущенных длинных волос его два кривых обрубка, вероятно, от некогда бывших рогов. Спилили значит?
— Скажи ты мне, Душа, что ты видишь в моих глазах, — Демон поддел мой подбородок своими сухими холодными пальцами, поднимая лицо так, чтобы я могла видеть его взгляд. Напряженный, но решительный.
И я увидела. Демона звали Роктарион, возраст его не поддается моему скудному мышления, но точно больше, чем всему предполагаемому существованию человеческой расы в общем.
Я увидела практически все. То, как он устраивал кровавые бойни, только попав в наш мир, как был верен своей империи и любимой. Она была прекрасна: белоснежные волосы, ниспадающие до самой земли, алые губы и хищный взгляд холодных голубых глаз. Императрица. Он был влюблен в свою повелительницу! Но ею же и был предан. Она променяла его на обычного полукровку, которого он должен был сразить в смертельном бою. Я увидела Зверя, что с небывалой мощью возвышался над телом поверженной Императрицы, в которую был совершен смертельный удар Роктариона. Ему было больно, что она закрыла своим телом низшего. Даже не так больно, как после того, как Зверь разорвал его тела по частям. Но демон выжил. Регенерация их тел поистине могущественна. Он смог пережить падение Империи, но не боль от потери любимой. Совершив над собой ритуал, Роктарион стал Заклинателем, именно поэтому его тело покрылось чешуей, превращая в урода среди своих. В их родном мире, что был уничтожен самими демонами, этот обряд был под строжайшим запретом, но ему было уже плевать. Заклинатели могли многое, вплоть до управления чужим разумом. Чтение мыслей — это так, цветочки. Сделал это он для того, чтобы найти Зверя и отомстить. Сородичи на подсознательном уровне не могли допустить того, чтобы предатель, убивший их Императрицу, погубил еще и их нового кумира. Роктариона посчитали безумцем и, когда сумели поймать его, а получилось это не с первого раза, посадили на созданную из специального сплав цепь, что могла удержать даже демонов. В назидание они спилили его рога, чтобы показать, как жалок тот, кто ступает на стезю Заклинателей. И вот теперь он здесь, все так же мучимый болью от своей потери и желанием возмездия. Но Роктарион уже не уверен, стоило ли отдавать так много ради призрачной мечты, ведь Душу, коей оказалась Императрица, вернуть уже было невозможно. У его зияющей бездны пустоты внутри не было дна.
— Вы… — я была слишком ошеломлена тем, что показал мне Заклинатель, что не находила достойных слов, и все-таки смогла разорвать зрительный контакт.
— Я Зло во плоти, дитя, — мрачно подтвердил Роктарион и отступил обратно в свою нишу.
Пытаясь переварить в своей голове все, что узнала, я поспешила прочь из библиотеки. Уже даже не понимаю, какое из сегодняшних событий более яркое. То, что я узнала, что демоны существуют и живут, подумать только, среди людей? Или то, что мне за много лет серости будней удалось ухватиться за соломинку своего выздоровления?
Но на выходе из помещения дорогу мне перегородил тот, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть.
— Ну, ты и долго! Неужели так книжки любишь читать? — с поддельной досадой выдает Киран, усмехнувшись.
— Не твое дело, — пытаюсь обойти его стороной, но он мне не позволяет.
— Есть разговор, малышка, и для тебя же будет лучше, если он состоится без свидетелей, — косясь глазами в сторону стойки регистрации, хищно улыбается парень.
Да что за день-то такой!
— Мне не интересно. Отойди, — хмурюсь.
— А кто говорил о твоих интересах? — снова усмешка, и его глаза, в которых я по-прежнему не могла прочесть ничего, вдруг, замерцали.
Глава 5.2
Ноа
Время пробегало мимо, хотя мне казалось, что оно тащится медленнее самой старой черепахи. Этот день просто не хотел заканчиваться.
Киран, поставив перед фактом, отвел меня в какой-то кабинет, находящийся на самом высоком — пятом — этаже Виственда. В нем нас уже ждал Дарк и какая-то состроившая при моем появлении надменное лицо девушка. Она была счастливой обладательницей длинных волос,
