Если мы сумеем наладить взаимодействие в новых формах, включить новые структуры, новых людей, нас поддержит и Запад. Там сейчас смотрят, с кем иметь дело. Поэтому и для внутренних процессов, и для сотрудничества с внешним миром (а оно нам необходимо) все эти вопросы следует решать без проволочек.
Вновь остро на Съезде подчеркнул необходимость безотлагательного прояснения вопроса о нашей государственности. Не проясним его — не решим и другие проблемы: экономические, политические, социальные, научные, межнациональные и прочие. Я убежден в этом. На референдуме люди выразили свою волю, высказались за сохранение и решительное обновление Союза. В ходе ново-огаревского процесса мы вышли на формулу «Союз Суверенных Государств», но и она теперь нуждается в переосмыслении.
Давайте, сказал я, сделаем этот Союз действительно добровольным, чтобы он отвечал интересам всех. Пусть он даст возможность иметь федеративные связи по одним вопросам, конфедеративные — по другим, ассоциативные — по третьим. Формула — «Союз Суверенных Государств» позволяет все учесть. Если мы это сделаем, если Съезд поддержит предложения, которые высказаны в Заявлении, то он выполнит свою роль в этот исторически ответственный момент.
В какой-то мере это был рубеж, даже перелом; в основном, в главном позиция Президента и руководителей республик получила одобрение подавляющего большинства депутатов. Итог Съезда — пакет решений, регулирующих жизнь государства на переходный период. Они закладывают базу для стабилизации, ведения дел в нормальном русле. Между республиками и Союзом согласовано, что сотрудничество будет строиться на новом уровне, всеми вместе, сообща.
Поэтому, закрывая Съезд, я сказал, что доволен проделанной работой. Хотя, честно говоря, были минуты, когда я думал, что мы не дотянем до логического конца.
Нечасто случаются в политической жизни дни и недели, которые в прямом смысле можно назвать историческими. Страна пережила именно такой момент. Она начала отсчет новой эпохи в своем тысячелетнем развитии.
Я верю, убежден: международное сообщество будет иметь дело с Союзом Суверенных Государств. Со страной, где добровольно и равноправно сожительствуют свободные, демократические государства, республики, многие десятки наций, народностей и этнических групп. Со страной, где дружески сосуществуют и взаимодействуют самые различные культуры и почта все известные религии, создавая неповторимое культурное и духовное пространство.
Великая евразийская демократия станет одним из оплотов нового мира, его безопасности, сближения между двумя континентами в строительстве справедливого мирового порядка. Совокупный внешнеполитический потенциал нового Союза возрастет благодаря раскрепощенному и оригинальному вкладу составляющих его суверенных республик. Конечно, все это — впереди. Но мы будем настойчиво и последовательно работать, имея в виду именно эту цель.
Принятая Съездом Декларация прав и свобод человека, документы, определяющие рамки и содержание переходного периода и принципы образования нового Союза, исходят из того, что высшей ценностью нашего общества признаются свобода человека, его честь и достоинство. Это становится и нравственным, и — что я особо хочу подчеркнуть — правовым фундаментом нашего Союза.
То, на что вывел страну Съезд, отнюдь не является чем-то неожиданным, противоречащим генеральному направлению перестройки. Напротив, произошло взрывное высвобождение всего того потенциала общественного, экономического и национального развития, который накапливался в ходе перестройки и был заложен изначально в ее основном замысле.
Поэтому в принципиальном плане все, что раскрылось и происходит у нас сейчас, отвечает самым глубоким моим убеждениям и намерениям.
Оставался один необычайной важности вопрос, решение которого, впрочем, было предопределено итогами Съезда. Я имею в виду проблему балтийских республик — Литвы, Латвии, Эстонии, — которые заявили о своем нежелании подписывать новый Союзный договор и выходе из Союза.
На следующий день после Съезда на первом заседании Государственного Совета эта проблема была рассмотрена. Учитывая конкретную историческую и политическую обстановку, предшествовавшую вхождению Литвы, Латвии и Эстонии в СССР, Госсовет признал их независимость и поручил государственной полномочной делегации провести переговоры и решить весь комплекс проблем, связанных с обеспечением прав граждан, экономических, политических, военных, пограничных, гуманитарных и иных вопросов.
С политической и практической точек зрения и раньше было ясно, что дело идет к уходу трех республик из Союза. События ускорили решение.
Должен, однако, сказать, что я буквально завален телеграммами из Прибалтики. Как-никак, но там из 7 миллионов жителей — 2,5 миллиона некоренного населения. Если возобладают экстремистские настроения, а они есть, если будут вытеснять, выдавливать некоренных жителей, то схлопочем острую ситуацию. Идет дискуссия вокруг законов о гражданстве. Появляются высказывания о делении граждан на несколько сортов. Это будоражит страну, это опасно.
После решения Государственного Совета я беседовал с Рюйтелем, с Горбуновым, подчеркнул, что они со всем вниманием должны относиться к этому вопросу. Но, кажется, в Прибалтике в последнее время стали лучше понимать ситуацию и свою ответственность. Ведь мы собираемся жить и дальше вместе, жить хорошо друг с другом.
До начала 1992 года ничего не собираемся менять в нашем сотрудничестве, в экономических, в том числе финансовых, отношениях. Как и другие, Латвия, Литва и Эстония заинтересованы в том, чтобы экономические ресурсы шли из других частей Союза. Да и у остальных регионов Союза есть такая заинтересованность в отношении Прибалтики. Недаром прибалты принимали участие в работе комиссии Г.Явлинского по подготовке Экономического договора. В дальнейшем наши отношения будут строиться на его базе и на базе соглашений по конкретным вопросам, относящимся, в частности, к использованию портов, коммуникаций, пребыванию войск, энергосетям и т.д.
Уверен, что в рамках переговоров мы сумеем решить все как надо. Надеемся на конструктивность руководителей балтийских государств. Тем более что Латвия, Литва и Эстония уже обрели статус новых самостоятельных участников СБСЕ, стали членами ООН. Ясно, что теперь повышается ответственность и других государств, в первую очередь европейских, за то, как эти страны будут обустраиваться в мировом сообществе, в особенности — какова будет судьба значительных меньшинств в каждой из них. Отступления от критериев Парижской Хартии в этом плане могут вызвать очень болезненную реакцию не только в самих этих странах, но и в России, в Союзе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
