Читаем без скачивания Боевой эксперимент - Кирилл Казанцев

Несколько отдельно стоящих модулей были огорожены, выделены в своего рода локальную зону. Между модулями – здоровенная телескопическая антенна. Пункт связи?.. Скорее, нет. Связь расположилась в центре базы, рядом с администрацией. А тут какое-то государство в государстве. Своя охрана, причем ребята по виду вроде как наемники… Но просматривается строгая иерархия и дисциплина. Скорее, небольшое армейское подразделение.

В этой локалке постоянно, практически без выхода за территорию, обреталось несколько человек. Молчаливые, суровые – как будто постоянно чем-то недовольные – малоконтактные. В смысле, не ищущие лишних, на их взгляд, знакомств, старательно держащие дистанцию между собой и остальными обитателями базы. Артем не стал расспрашивать Тома на их счет. А сам тот ничего о них не сказал. Вроде как и не было их здесь, на его территории.

Сейчас охранник, стоящий по ту сторону забора, у ворот локалки, настороженно направил ствол в сторону приблизившегося, по его мнению, сверхдопустимого расстояния Рождественского.

– Спокойно, парень! – Артем осторожно сделал шаг назад и поднял перед собой открытые ладони. – Извини, я случайно.

– Назад! – повторил охранник.

А винтовочку свою он держал профессионально. Ствол не дрожит, как овечий хвост. И в глазах его страха, как у мальчишки-срочника, не было. Опытный малый. По крайней мере, оружия не боится. Подержался за него, судя по всему, изрядно.

– Да не украду я у вас ничего! – Артем отступал спиной вперед. – Сильно мне надо, парень…

Он не себя успокаивал, и не часового. То, что говорил Артем, было всего лишь приглашением к общению. А что такого? Стоит малый долго – часа два, не меньше. Скучно ему и грустно. А тут – ну надо же! – «свободные уши» просто так гуляют…

Вот только капитан наемников не ошибся в своих предположениях – опытный малый. Битый. Ни слова больше не сказал. Только ствол винтовки отпустил и отвернулся с неподдельным равнодушием сразу после того, как Рождественский отошел на определенное кем-то как безопасное расстояние.

«Ну и черт с тобой! – подумал Артем, разворачиваясь и направляясь к жилому модулю, в который его заселили. – Не очень-то и хотелось с тобой разговаривать».

И вообще, пора ложиться спать. Завтра его ожидал непростой день. Впрочем, вряд ли ждут его здесь спокойные дни. До тех пор, пока не уберется отсюда навсегда, не знать ему покоя…

2

Утро принесло новый сюрприз. Не успел Артем выгнать своих бойцов на зарядку, как появился Том. Надо сказать, что перемещался начальник базы чуть ли не бегом, и можно было подумать, что он просто собрался присоединиться к утренней пробежке наемников.

– Эй, парень! – заорал негр издали. – Монк! Погоди! Срочный выезд!

Наемники зашевелились, забормотали что-то между собой. Слово «выезд» они все понимали очень даже хорошо.

Выезд для команды сопровождения – это хорошо. Это возможность покинуть осточертевшую базу, возможность развеяться и – если придется ввязаться в перестрелку – пощекотать нервы. Но, кроме того, это еще и деньги. Оплата наемников включала в себя несколько частей: постоянный и неизменный оклад, относительно небольшой, «капавший» за каждый проведенный в Африке день; и то, что ветераны чеченских войн окрестили «боевыми» – то есть почасовая плата за риск, которому бойцы группы сопровождения подвергались за территорией базы. Дополнительно существовала сложная система бонусных выплат – за командование, за выслугу лет и прочее. Но это – когда еще… А вот выезд – все конкретно. Покинул пределы базы – пошел отсчет часов. Провел колонну, автомашины прибыли на склады и встали под разгрузку – хронометр щелкнул, останавливаясь, и уже через неделю деньги упали на твой счет.

Вот и заволновались наемники. Все знали: массовый завоз (страда для наемников из группы сопровождения) только предвидится – очередное судно в пути, еще приближается к порту назначения. Стало быть, и те, кто за грузами охотится, тоже сейчас автоматы чистят, магазины снаряжают, ну, или черт его знает, чем они там занимаются. Но не у дороги в засаде сидят. И, значит, поездка становится рутинной, совершенно не опасной и не обременительной. Скорее, наоборот – в городе можно будет пробежаться по лавкам, прикупить необходимые бытовые мелочи.

– Нужен один экипаж, – задыхаясь, сообщил подбежавший Том. – Пять-шесть человек. В город – и назад!

– Когда выезжать? – недовольно спросил Артем.

– Сейчас и выезжать, – заявил Том. – Я же сказал тебе, парень – срочно!

– Тогда… – Рождественский оглянулся на замерших наемников. – Ганс – водитель, Хохол – на пулемет, Дёма и Янош – стрелки. Вперед, экипироваться!

Весьма довольные выбором, названные бросились назад, в модуль. Остальные проводили их завистливыми взглядами. Хохол, правда, задержался и как-то странно посмотрел на командира. Впрочем, ничего удивительного в этом не было – именно с ним Артем сцепился в первый же день.

– Мишарин! – Бывший связист чуть приосанился и сделал пусть едва заметный, но все же шаг вперед. – Остаешься за меня. Продолжать зарядку, далее по плану. Я поеду старшим. Все. Не стоим, наемнички! Побежали, побежали!

Явно разочарованный Мишарин повел нестройную колонну полуголых наемников на пробежку.

– Монк! – окликнул Артема стоящий немного в стороне Том.

– Что?

– Ты свой контракт внимательно читал? – почему-то спросил начальник базы.

– А что такое? – насторожился Рождественский.

– Тебе не обязательно ехать куда-то самому, – напомнил негр. – Твоя оплата не зависит от того, будешь ли ты куда-то выезжать сам или не будешь. Ты получаешь оклад. И, черт возьми, весьма приличный оклад. Почти как у меня. Так что можешь сидеть на этой чертовой базе, плевать в потолок и не подставлять свою шкуру. Ты все равно получишь в два раза больше любого из своих людей.

– Да что-то я засиделся здесь… – ответил Артем. – Заскучал…

Можно было, наверное, попытаться объяснить американцу, что в дальнейшем Артему предстоит планирование боевых операций. И ему придется еще не раз прокатиться по этой дороге, от базы до города и обратно, стараясь не только запомнить каждый поворот и изгиб, но и оценить их потенциальную опасность. Что объединяет диверсантов всех стран и народов?.. Направление мышления. И никто лучше Артема не способен подобрать самое удобное место для засады или установки фугаса. Значит, рано или поздно в эти места непременно придут и «гости». И, кроме того, что он за командир станет, если его солдаты отправятся в бой, а он будет отсиживаться в охраняемом периметре, рядом с санчастью и кухней?.. Вот то-то же.

Но Артем ничего не стал объяснять Тому. Не поймет… Другой менталитет.

Так и вышло.

– Никогда я вас, русских, не пойму, – сокрушенно махнул рукой Том и направился в сторону административного модуля.

Через двадцать минут, когда мини-колонна из двух «Хамви» покидала территорию базы, Артем обратил внимание на то, что зарядка практически сорвана. Наемники медленно стягивались к жилому модулю, покуривая и о чем-то разговаривая на ходу. Значит, Мишарин этот экзамен на командирскую зрелость не выдержал…

А еще Артем не без интереса отметил, что сопровождали они машину с людьми из локалки. И пусть те так же, как и все остальные на этой базе, были одеты в камуфляж без каких-либо эмблем и знаков различия, можно было понять по поведению, что двое – всего лишь охранники, тогда как третий – явно большая шишка.

Но это так. Еще одна небольшая зарубочка в памяти. И Рождественский даже не знал, пригодится это знание ему или нет…

3

– Онобозначился! – волной прокатилось по кабинетам и коридорам ГРУ.

Конечно, не по всем кабинетам, да и число коридоров было весьма ограничено… Однако неожиданное известие произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Обычно принято как считать? Есть разведчик, и есть его куратор. «Алекс – Юстасу». И всё… На самом же деле процессом обеспечения занимается масса народа. Ну, не масса, конечно… Но и не пара человек – это точно. Разумеется, все эти люди многократно проверены всеми доступными способами, имеют положенные допуски, отнесены к числу секретоносителей, им никогда не суждено посетить не только турецкие или египетские пляжи – даже побережье Крыма, оказавшееся украинским, для них закрыто навсегда.

Эти люди не знают и не узнают никогда настоящего имени агента. И – тем более – не увидят его в лицо. Более того, каждый будет обрабатывать только часть получаемой информации, без расшифровки источника ее поступления, без обозначения страны, из которой она пришла. Они – солдаты разведки. И, как каждый хороший солдат, знают только свой маневр. Только то, что положено.