корыт и дубовых холодильников, от которых одни проблемы. Другое дело – кухня. Подвинуть старое бабушкино кресло-качалку с привычного места у окна – значит разорвать сильную духовную связь. Тем не менее в этом случае удобство перевесило сантименты. Для женщины, проводящей четверть дня на кухне, нет более красноречивой рекламы, чем рассказ о современном холодильнике, плите или раковине, которые удобно использовать и легко содержать в чистоте.
Гигантский толчок этой двадцатипятилетней эволюции от темных, необустроенных, неудобных подсобок к кухне, которую сегодня можно увидеть в журналах, в кино и по телевизору, дали две вещи, не имеющие ничего общего с готовкой и гигиеной, – автомобиль и самолет. Они как ничто другое олицетворяют прогресс. Фактически машина и самолет стали символами научного воображения нации и важной частью ее психологии, задавая тренды и влияя на все покупки людей.
Как вы уже знаете, зайдя через черный ход, промышленный дизайнер заехал в гостиную на маневренном пылесосе, чтобы продолжить и завершить захват дома. Результаты его труда с гордостью демонстрируют как продавец, так и хозяин дома. Двадцать лет назад было невозможно купить хорошую современную мебель и предметы быта массового производства. Сегодня домовладелец с блестящим вкусом легко обустроит жилье товарами из практически любого универмага или каталогов Sears Roebuck или Montgomery Ward.
Домашняя утварь стала настолько привлекательной, что теперь никто не удивится, если муж подарит жене на Рождество или день рождения обвязанный яркой ленточкой пылесос или холодильник. Вы можете себе представить, как наши бабушки находят под елкой метлу или дубовый шкаф-ледник в подарок от дедушек?
глава 6. Повышение уровня общественного вкуса
Я часто слышу, как люди – неважно, снобы или нет – говорят, будто американцы так одержимы материальными ценностями, что культура для них утеряна. Самый дремучий европейский крестьянин, по мнению этих людей, ценит и понимает искусство больше, чем многие американцы. Далее по тексту: он наслаждается оперой и картинами в галереях, и ему не нужен дом, полный технических новинок, чтобы получать удовольствие от жизни.
Считается, что американцы, воспевая комфорт и роскошь, окружили себя таким количеством хитроумных механизмов, что их способность наслаждаться изящными искусствами притупилась или совсем сошла на нет.
С такими людьми спорить бесполезно, так как их точка зрения возникла от абсолютного непонимания того, что происходит в стране. Они не могут оценить, как здесь принято относиться к искусству.
Я убежден, что товары массового производства с отличным дизайном составляют новую американскую форму искусства и лежат в основе новой американской культуры. Эти произведения прикладного искусства – часть американской повседневной жизни, а не просто музейные экспонаты для изучения в воскресный полдень.
Я не вижу принципиальных различий между любителями изящных искусств и теми, кому милы классические образцы прикладного искусства. Ими движет общий порыв – стремление к красоте.
Многие годы искусством могли наслаждаться только привилегированные классы. Помимо церкви, где на деле удовольствие вытеснял благоговейный трепет, обычный человек редко сталкивался не с природной красотой. У него не было доступа к высокопробной живописи, скульптуре, предметам интерьера. Все это было привилегией богачей. По иронии судьбы, в определенный период уровень декоративно-прикладного искусства пал столь низко, что еще большой вопрос, кого считать привилегированным классом: тех, кто в угоду моде окружил себя искаженными формами, или бедняков, которым пришлось наполнить свой дом простыми, недорогими и потому лишенными украшений предметами быта.
Другая часть обличительной критики бескультурных американцев связана с вредом, который якобы несут крупные концерны и выработанная ими система массового производства. Существует, конечно, и обратная сторона медали. Крупные концерны и массовое производство создали множество преимуществ для жителей нашей страны, не последнее из которых – невероятный подъем уровня общественного вкуса благодаря хорошему дизайну потребительских товаров.
Общественный вкус в том смысле, как он понимается в этой книге, – это характеристика неоднородной массы людей, а не определенной группы с конкретным уровнем дохода или образования. Кого-то тронут картины Ван Гога, кто-то испытает восторг при виде обтекаемых форм реактивного самолета. Под впечатлением от прекрасной скульптуры человек, вероятно, становится способен оценить превосходные линии термоса или лампы и наоборот. По этой причине массовое производство товаров в хорошем дизайне имеет колоссальное влияние, ведь в итоге люди, придя в магазин, смогут развить свой вкус. Взаимодействуя с красотой, человек бессознательно начинает лучше и быстрее воспринимать искусство во всех формах.
Мы обнаружили это, когда работали над двумястами пассажирскими вагонами – одним из наших проектов для Нью-Йоркской центральной железной дороги. Когда были готовы сметы, появилась необходимость пересмотреть бюджет, чтобы снизить стоимость. В первую очередь отказались от зеркал на перегородках в обоих концах каждого вагона. Мысль об этих пустых зонах не давала нам покоя, и мы задумали закрыть их качественными репродукциями великих произведений искусства. Мне показалось, что представители железнодорожной компании просто решили потешить мое воображение, разрешив нам превратить роскошные новые вагоны в подобие художественной галереи. Но они позволили нам собрать необходимые четыреста репродукций и оформить целые выставочные поезда, в которых демонстрировалось искусство нескольких эпох – от Рембрандта до Пикассо. Мы тогда не понимали, во что ввязываемся. За первую неделю после запуска вагонов мы получили более тысячи хвалебных писем от довольных пассажиров, многие из которых спрашивали, где можно приобрести такие же репродукции.
Проходили недели, писем становилось больше, и в конце концов представители железнодорожной компании, которым скрепя сердце пришлось примерить роль знатоков искусства, выпустили информационную брошюру с достаточно громким названием «Искусство на колесах».
В последние несколько лет американцы проявляют небывалый интерес к живописи. Тысячи людей, которых раньше почти не привлекало искусство, узнали о Рембрандте и Сезанне. Это в значительной степени заслуга журнала Life, который регулярно печатает репродукции выдающихся произведений живописи, фотографии скульптур, соборов, гобеленов и тому подобного, встречая живой отклик своей разнообразной аудитории. Этот интерес только возрастает. Доктора рекомендуют живопись как терапию при повышенном кровяном давлении. В каждом большом городе найдется группа бизнесменов, которые рисуют для удовольствия. В конце концов, почетные граждане и Лондона, и Вашингтона по выходным занимаются живописью. Люди стояли в очереди за билетами, чтобы посмотреть коллекцию известных произведений европейского искусства, отправленных в мировое турне. На обложке одного из самых популярных номеров журнала Ladies Home Journal была репродукция «Подсолнухов» Ван Гога. Известные работы показывали по телевизору с комментариями компетентных критиков. Примечательно, что телезрителей не возмущает, когда сперва демонстрируют бесценные объекты, например кубок Роспильози, а парой минут позже – автомобиль или холодильник в хорошем дизайне.
Многие удивятся, что в 1954 году музеи Нью-Йорка посетило практически столько же людей, сколько побывало на главных спортивных аренах города.
Посещаемость музеев:
Американский музей естественной истории 2 218 565
Бруклинский музей 429 797
Клойстерс 702 857
Коллекция Фрика 131 843
Метрополитен-музей 2 131 418
Музей города Нью-Йорка 135 293
Музей современного искусства 528 807
Музей Уитни 99 456
Другие городские музеи 201 050
Всего 6 579 086
Посещаемость спортивных мероприятий:
Мэдисон-сквер-гарден 3 409 000
Эббетс Филд 1 022 581
Поло Граундс 1 155 169
Янки-стэдиум 1 475 171
Всего 7 061 921
Известно также, что при случае американцы слушают хорошую музыку. Приблизительно три миллиона человек еженедельно слушают симфонический оркестр NBC по радио – это больше людей, чем смогли бы послушать его в Карнеги-холле за сто лет. У радиопередачи Telephone Hour четыре миллиона слушателей. Когда оперу Менотти «Амал и ночные гости» показывали по телевизору, ее посмотрели примерно двенадцать миллионов зрителей. Четырнадцать радиостанций по всей стране(главные из которых – WQXR в Нью-Йорке, WFNL в Филадельфии, WGMS в Вашингтоне, WEW в Сент-Луисе, WEAW в Чикаго, KIXL в Далласе, KEAR в Сан-Франциско и KFAC в Лос-Анджелесе) целыми днями транслируют классические и популярные симфонические произведения. Радиостанции договорились обмениваться записями, которые недоступны публике.
Постановку «Гамлета» в трансляции от Hallmark Playhouse TV посмотрели предположительно шестнадцать миллионов зрителей.
Можно припомнить, что во времена зарождения радио были опасения, что люди перестанут ходить на концерты, если смогут послушать те же симфонии дома бесплатно. Тем не менее, судя по кассовым сборам концертных залов, радио приучило огромную аудиторию к хорошей музыке. Есть основания полагать, что телевидение, особенно цветное, так же повлияет на развитие искусства, литературы, образования, истории и ремесел. Талантливые критики и учителя уже ведут неискушенную публику в эти дебри. Посмотрев получасовую видеоэкскурсию по музею, зритель может узнать о богатстве искусства, которое месяцами
