Я всегда поддерживала и подбадривала Иванку, как могла. Были периоды, когда она хотела бороться. Хотела работать, стремиться к чему-то большему, чем брак с одобренным родителями местным мужчиной. Но потом все снова скатывалось к той же точке. Я искренне сочувствовала подруге, но понимала, что она слишком слаба и податлива, чтобы довести свои стремления до конца. Иванка была хорошей разумной: доброй, светлой, немного наивной, честной. Но эта планета и ее устои ее надломили и пережевали. Как и многих других женщин здесь.
- Ласар и Андей не отвечают на мои гало-звонки, - произнесла я.
Иванка дернулась, как от удара.
- Андей хотел сам к тебе поехать, но его заперли дома, - отозвалась она, - пригрозили забрать документы из академии. Ласар... Там все еще хуже. Кира, мне так жаль... Прости меня, пожалуйста, но я не могу... Отец сказал, что ваша семья в опале. Что никто теперь не хочет быть связанным с Советником Разиным и с... с тобой...
Зитарка подняла на меня заплаканные разноцветные глаза.
- Успокойся, - сказала я твердо, - не страшно, Ива. Я все понимаю.
- Я позвоню тебе, как смогу. Тебе нужны деньги? Я могу хоть что-то для тебя сделать? - Иванка умоляюще смотрела на меня, с болью, с сожалением, с тревогой. Даже при всем том дерьме вокруг она от меня не отказалась. Просто... У нее не было иного выбора поступать так, как поступает. Вот и все.
- Пока не нужно, - постаралась улыбнуться я, - не хочу, чтобы остались какие-то финансовые следы от тебя ко мне, и у тебя были проблемы. Пообещай мне не терять веру в себя и не плакать, ладно? И доучиться в академии.
- Обещаю, - кивнула зитарка и тоже попыталась улыбнуться. Я хотела сказать что-то еще, но связь оборвалась. Перезванивать я не решилась.
***
После того, как наши вещи в квартире были упакованы и часть из них уехала на хранение, я взяла свой небольшой робо-чемодан с самым необходимым и вышла к Советнику Коху.
- У меня предложение, - Советник даже соизволил приподнять уголки губ. Мне это почему-то очень не понравилось.
- Слушаю, - отозвалась я настороженно. Как уже говорила, больше доверия к этому мужчине у меня не было.
- Поживешь временно у меня, - сообщил Кох, изучающе сканируя меня глазами. Этот взгляд... Я его знала. Видела уже неоднократно, но не думала, что так на меня будет смотреть папин друг. Мужчина, возрастом лишь на пару лет моложе отца. Стало мерзко. Словно меня окунули во что-то... Ну, вы понимаете. Сами собой по спине поползли неприятные мурашки.
- К чему такая щедрость, Советник? - я плохо скрыла издевку в голосе, - вы же вроде как теперь знаться не желаете с нашей семьей. И помогать...
- Мы можем помочь друг другу. Я одинок и буду не против компании. Раз тебе все равно некуда идти, - проговорил Советник, окидывая меня скользким взглядом с ног до головы. Мерзкие ощущения внутри усилились. Наружу рвались ругательства и желание запустить в этого мужика чем-нибудь потяжелее.
Короче, мне прямым текстом предложили жить с ним и, видимо, скрашивать собой его одиночество. Во всех смыслах, как я понимаю. Ситуация-то у меня почти безвыходная. Вот урод, сволочь, гребаный... Ух... Как я зла...
- Спасибо, обойдусь, - отчеканила я, ни разу не опустив глаза и сжимая до скрежета зубы.
- Как хочешь, - почти равнодушно отозвался Кох, но в глубине его глаз я уловила злость, - возможно, скоро ты передумаешь.
- Нет, - выплюнула и зашагала прочь из квартиры, высоко подняв голову.
Пожалуй, покидать эти стены было даже больнее, чем здание академии. Здесь за тринадцать лет я, кажется, знала каждый угол, каждый кусочек стен, каждую точку, пылинку... О, космос... Пусть планета Зитар и не стала моей новой родиной, но этот ее маленький кусочек точно за эти годы сделался родным. Хотя без отца здесь все ощущалось каким-то не таким. Пустым. Чужим.
- До встречи, Кира, - бросил мне в спину Кох. Я чувствовала на себе его пронзительный взгляд, кажется, даже через одежду.
О, я надеялась на его помощь? Забудьте об этом. Теперь убежденность в том, что Советник Александр Кох как-то замешан в случившемся с отцом стало ясно, как день. А то, что он мне так почти открыто предложил, говорило о том, что он уверен в своей безнаказанности. И в том, что я в отчаянье соглашусь на его “щедрое” предложение. Интересно, он только сейчас это придумал или... искал подходящей возможности подкатить свои я... к дочери друга и коллеги? Мне кажется, он и раньше смотрел на меня как-то...вот так. Но я была так погружена в учебу, какие-то отношения и свои мысли, что не анализировала эти взгляды никогда. Не обращала на них особого внимания. Очень зря, как оказалось.
***
- Пустишь к себе? - я стояла на пороге квартиры Бараха, своего приятеля еще с тех времен, когда подростком мне хватало смелости и безрассудства гулять на нижнем уровне Алмала.
Я решила, что провести пару дней у этого зитарца будет неплохим вариантом, пока я не решу, что мне делать дальше.
Можно было, конечно, отправиться и в гостиницу, то почему-то делать этого в данный момент мне очень не хотелось. Интуиция или что-то вроде этого.
Барах занимался не особо законными вещами - охранял женщин для развлечений в одном из заведений “низа”. Мы познакомились еще подростками, и парень прикипел ко мне, как к младшей сестре. Всегда заступался за меня, защищал, даже учил драться. Многие его приемчики я до сих пор использую на тренировочных спаррингах в академии. Использовала...
Когда мой подростковый “бунт” закончился, мы продолжили оставаться на связи. Сомнительная дружба для меня, как для будущего безопасника, согласна, но, знаете, хороший специалист по безопасности должен иметь полезные знакомства с совершенно разными разумными. Полутеневыми в том числе.
- Ну, ты же написала. Как я мог отказать. Прячешься? - белозубо улыбнулся зитарец. Как и все представители этой расы он был высоким и крепким, его красный глаз всегда казался чуть уже, чем второй, ярко-голубой. Мне нравилось, что в отличие от многих мужчин Зитара Барах никак не принижал женщин и к традициям Зитара относился ровно, без фанатизма.
- Прячусь, - согласилась я и прошла в его маленькую квартиру, пропахшую зитарскими благовониями.
- Расскажешь, что и как? На гало- ресурсах каких только гадостей про твоего отца сообщили - Барах налил мне кофе и помог усесться на подушки прямо в центре комнаты, которая была и гостиной, и спальней, и столовой, и кухней одновременно.
- Хорошо, - кивнула я, - а ты расскажешь, что там в “низу” про это толкуют?
- Хочешь раскопать правду? - зитарец отхлебнул из контейнера кофе, - не лезла бы ты во все это, Кира. Одной против целой планеты не выстоять. Даже если ты... это ты...
- Все началось три дня назад, когда я пришла домой из академии... - начала я.
***
- Кира, проснись, - тормошил меня Барах.
После нашего разговора мужчина ушел на ночную смену в свое заведение, а я осталась в его квартире переваривать наш разговор.
Слухи про папу среди теневой составляющей Зитара ходили разные. В основном они дублировали то, что озвучивали в гало-новостях. Хотя, как сказал мне зитарец, было немало тех, кто не верил в эти обвинения.
Дело в том, что во время своей деятельности в Совете папа уделял много внимания именно “низу” столицы и его населению. Продвигал разные проекты, запускал какие-то благотворительные компании. Не чурался лично посещать “низовые” кварталы и общаться с местными жителями. Как я уже говорила, отец был честным политиком с добрым сердцем. Он хотел, чтобы его деятельность приносила жителям Зитара реальную пользу. Его обещания были не пустым звуком, он всегда подкреплял их действиями. За это, видимо, и поплатился.
- Что такое? - не поняла я, еще не вынырнув до конца из дремы.
- Собирайся, я посажу тебя на общественный аэролет. Тебе нужно как можно скорее отправиться в Эквил.
- Зачем мне туда?
