Читаем без скачивания Приговоренный - Валерий Еремеев

Достав сигарету, Юлий немного подождал. Пять минут, десять. Ничего не происходило. Тогда он решил позвонить матери.

– У тебя есть на примете хороший адвокат по уголовным делам?

– Один из самых лучших, – ответила она. – А что?

– Пасечника убили. Помнишь такого? И моего бывшего начальника. Меня могут заподозрить. Во-первых, есть мотив, во-вторых, тело последнего парится в багажнике автомобиля, прямо под моим домом.

Раньше он никогда не замечал у матери столь радостного возбуждения.

– А он точно мертв? Ты уверен? – уточнила она с некоторым беспокойством.

Юлий вздохнул: как всегда, судьба сына волновала ее куда меньше, чем появившаяся призрачная возможность вернуть отнятый Пасечником бизнес.

– Мертвее не бывает. Сегодня рано утром я выезжал на место преступления и видел его труп своими глазами.

– Рано утром! И ты звонишь мне только теперь!

– Твоего сына могут заподозрить в убийстве, или ты меня не услышала?

– Ну почему, услышала. Правда, мне не совсем понятно, почему это тебя напрягает. По-моему, все складывается удачно.

Ох уж эта женская логика!

– Ничего себе удачно. Повторяю: труп полковника Лапова, с которым совсем недавно я сильно поссорился, под окнами моей квартиры.

– Зато теперь тебе не придется бросать службу.

О Боже! Похоже, она просто не в состоянии понять, что, если против него откроют дело, его службе в органах – конец.

– Недавно ты утверждала обратное.

– Утверждала. Но раз теперь ты участвуешь в расследовании убийства Пасечника, думаю, тебе лучше остаться на службе. Ненадолго. Сможешь и дальше снабжать меня информацией.

– Ты не понимаешь: если меня заподозрят, то ни к какому расследованию не допустят.

Мать подумала.

– В самом деле. Это мне как-то в голову не пришло. Ладно, действуем по первоначальному плану. Забивай на службу и приезжай ко мне.

– Что мне с шефом делать?

– Ничего не делать, – сердито ответила она. – Как стемнеет, отгонишь машину в другое место, и все. Почему я должна объяснять тебе элементарные вещи?

Отогнать машину? Ну уж нет. Если он вляпается, потом точно не отмажется. Юлий набрал Сыча. В той ситуации это было самое оптимальное.

– Возле моего дома припаркован автомобиль Ивана Семеновича, – сообщил он майору.

На том конце раздался явный выдох облегчения.

– Фу, а я уж в самом деле переживать начал. И что там полковник?

– Откуда я знаю? Я говорю только про его машину.

Облегчение снова сменилось напряжением, напряжение настороженностью.

– Да. И почему ты решил позвонить мне?

– Потому что никогда раньше его автомобиля я тут не видел. Потому что его задний бампер выпачкан чем-то, что напоминает кровь. Конечно, если вы мне скажете, что минуту назад разговаривали с шефом по телефону, то мне не останется ничего другого как извиниться за причиненное беспокойство.

– Не скажу. И давно машина там стоит?

– Не могу знать. Лично я наблюдаю ее минут пятнадцать-двадцать.

– А почему сразу не позвонил?

– Да? А вдруг Иван Семенович завел себе любовницу в моем доме? А кровь осталась от зверя, которого он завалил на охоте?

– Его не было на охоте, – прохрипел Сыч. – Это уже установлено. Мне удалось связаться с приятелем шефа – Юрцышиным, первым заместителем мэра. Он тоже охотник. Юрцышин сказал, что в назначенный час Лапов не явился. На телефонные звонки не отвечал. Жди, я скоро буду.

Сыч приехал вместе с Богомазом и еще одним незнакомым молодым человеком, даже не взяв на себя труд представить его Юлию. У незнакомца был ноутбук без сумки, который он держал просто так под мышкой.

– Шеф так и не появился? – спросил майор и, услышав отрицательный ответ, кивнул спутнику: – Приступай.

Присев на корточки перед джипом, парень открыл ноутбук.

– Готово, – через несколько секунд сказал он.

– Так быстро? – удивился Сыч.

Парень пожал плечами и быстро и незаметно исчез. Как растаял.

Сначала убоповцы проверили салон, после заглянули в багажник. Чуда не случилось: перед ними предстало скрюченное в позе зародыша тело полковника. Одет Лапов был как положено охотнику. Именно так, как был одет во сне Юлия. Только теперь защитный камуфляж был перепачкан грязью и кровью.

– Мать его ети! – побелев, прошептал Богомаз. – Слушай, а это точно он?

Вопрос был не праздный. Лицо трупа представляло собой сплошное сине-красное месиво.

– А что, есть другие кандидатуры?

– Тарас, вызывай опергруппу, – приказал Сыч. – Только предупреди, чтобы не болтали лишнего. А то посмотреть на мертвого начальника УБОПа полгорода соберется.

Предостережение не помогло. В помощь опергруппе пришлось вызывать отряд омоновцев, чтобы отгонять слетевшихся на свежую кровь представителей прессы. Но журналисты – еще полбеды, если бы в дополнение к ним, в самый разгар этого праздника жизни или, вернее будет сказать, смерти не появился еще один персонаж. Одетый в дорогое кашемировое пальто, стройный, хотя и с несколько одутловатым лицом, в котором присутствовало нечто азиатское, с цепкими самоуверенными глазами. Уже упомянутый Юрцышин Вадим Мирославович. Первый заместитель мэра города. Еще один близкий друг Лапова. Да и Пасечника тоже. Как-никак именно Пасечник финансировал прошлогоднюю предвыборную кампанию в высший законодательный орган страны. Юрцышин, правда, пролетел как фанера, но так уж карта легла.

Преодолев, пользуясь своим статусом, оцепление, подав для пожатия ладошку попавшемуся на пути Николаю Богомазу, с остальными здороваться не стал и за очень короткий промежуток времени развил такую деятельность, что очень многие успели весьма быстро пожалеть, что убили только двоих из троих близких друзей. Без конца задающий вопросы, делающий, не дожидаясь ответов, выводы и раздающий ценные указания, Юрцышин и сам не представлял себе, насколько он был лишним. Исполняющей обязанности прокурора города Людмиле Даниловне Солнцевой стоило немалых трудов сдерживать его порывы.

Судмедэксперт констатировал переломы почти всех ребер, кисти правой руки, нижней челюсти, носа и, главное, несовместимую с жизнью травму затылочной части черепа. Точнее пообещал сказать после вскрытия. При трупе не обнаружили ни денег, ни документов. Охотничье ружье и патроны лежали на месте. Зато на поясном ремне висели пустые ножны. Сам нож отсутствовал.

– Переломы! Гематомы! – визгливо выкрикивал Юрцышин, потрясая кулаками. – Его словно собаки рвали. Надо же быть таким отмороженным уродом! Ничего, я этого так не оставлю! Я хочу, чтобы мне немедленно составили список всех, кто отвечает за охрану правопорядка в этом районе. Этих раздолбаев надо немедленно сместить с должностей. И я лично прослежу, чтобы в моем городе они не смогли никуда устроиться. Только ассенизаторами! Надо же так, чтобы сразу двух хороших людей, за одну ночь! Подонки!

Лицо Юрцышина было красным, как железная печка. От него пахло водкой и дорогим парфюмом.

– Надеюсь, протокол не я буду составлять, – проворчал Сыч себе под нос.

– Что ты сказал?!

– Я говорю, мне убийц искать надо.

– А я о чем! Ищи! Ищи! Надо немедленно прочесать весь район. Потрясти все злачные места и притоны. Всех подозрительных задержать. Уверен, если сделаем это быстро и грамотно, уже через пару часов мерзавцы будут в наших руках.

Солнцева заметила, что полковника убили более пятнадцати часов назад, но Юрцышин ее не услышал, всем своим видом показывая, что сам готов немедленно возглавить поиски негодяев, с правом немедленного линчевания любого, кто вызовет у него хоть малейшее подозрение.

– Хорошо, Вадим Мирославович, организуем, – кивнула Людмила Даниловна, лишь бы не спорить.

Сыч наклонился к ней и почти прошептал на ухо:

– Кажется, я знаю, как было организовано убийство.

Но у Юрцышина оказался очень хороший слух.

– Объясните, – потребовал он. – Я хочу это слышать.

Никакого права находиться на месте преступления у Юрцышина не было. Все, что здесь происходило, подпадало под тайну следствия. Но это только с юридической точки зрения. Де-факто же Вадим Мирославович входил в первую пятерку самых влиятельных людей города, с которыми лучше не спорить.

Руслан Петрович посмотрел на Солнцеву. Та чуть заметно кивнула.

– Ивана Семеновича убили не здесь, – начал майор. – Уверен, это случилось возле его дома. Преступник знал его привычки. Знал, что Иван Семенович отправляется на охоту. Подкараулил и напал. Лапов пытался отбиться. Для этой цели он, возможно, использовал свой нож. Убийца ударил Лапова по руке чем-то тяжелым и сломал кисть. Этим же орудием разбил ему затылок. Спрятав труп в багажник, он на этом же автомобиле отправился домой к Андрею Германовичу Пасечнику, который, несмотря на поздний час, не спал, потому что ждал Лапова. Охранник Пасечника был предупрежден о визите, поэтому, увидев знакомый автомобиль, открыл ворота. Тот же самый человек, который убил Ивана Семеновича, теперь расправился с его другом. Рисунок протекторов колес автомобиля Лапова совпадает со следами шин, обнаруженными у дома Пасечника. Майор Голобобов сегодня утром предположил, что убийца и охранник могли находиться в сговоре. Полагаю, что эта версия ошибочна. Убийца физически очень сильный человек и мог просто запугать охранника, чтобы тот указал ему месторасположение пульта управления камерами наблюдения, прежде чем убить его самого отобранным у Лапова ножом.