Субъектом ответственности за фиктивное банкротство ст. 10 Закона назван сам должник, учредители (участники) должника к ним не отнесены. Вместе с тем у руководителя должника в определенных ст. 9 Закона случаях возникает обязанность по обращению в суд с заявлением должника, в том числе при принятии органом должника решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника. Может возникнуть ситуация, когда органом должника такое решение принято при отсутствии у должника признаков банкротства. Совершенно права М. В. Телюкина,[74] отмечающая, что если указанное решение принято при отсутствии признаков банкротства, то это не обязывает руководителя обращаться в суд; суд может отказать в принятии такого заявления. Соответствующее решение высшего органа юридического лица может быть оспорено как несоответствующее Закону. Однако руководителем на основании незаконного решения органа должника может быть подано заявление должника в суд. В этом случае должник несет перед кредиторами ответственность за убытки, причиненные возбуждением дела о банкротстве или необоснованным признанием требований кредиторов (п. 3 ст. 10 Закона), а учредители (участники) должника неправомерно остаются безнаказанными. Причем для должника наступает полная ответственность, т. е. подлежит возмещению не только реальный ущерб, но и упущенная выгода.
Интересные ситуации возникают при банкротстве ликвидируемого должника. Если стоимость имущества должника – юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов и если эти обстоятельства обнаружены после принятия решения о ликвидации юридического лица и до создания ликвидационной комиссии (назначения ликвидатора), заявление о признании должника банкротом должно быть подано в арбитражный суд собственником имущества должника – унитарного предприятия, учредителем (участником) должника (п. 3 ст. 224 Закона). В случае нарушения данного требования Закона собственник имущества должника – унитарного предприятия, учредители (участники) должника несут субсидиарную ответственность за неудовлетворенные требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей должника (п. 2 ст. 226 Закона). Таким образом, п. 2 ст. 226 Закона размер субсидиарной ответственности определяет как «за неудовлетворенные требования кредиторов», т. е. за все требования по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей должника. М. В. Телюкиной объем субсидиарной ответственности в этом случае определен как требования по денежным обязательствам и обязательным платежам, не удовлетворенные в процессе проведения ликвидации.[75] В то же время п. 2 ст. 10 Закона объем субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника установлен в размере обязательств должника, возникших после истечения месячного срока с даты возникновения обстоятельства – при обнаружении недостаточности стоимости имущества должника для удовлетворения требований кредиторов.
В США имеется целый ряд прецедентов, когда ответственность была возложена на акционеров за грубое вмешательство в дела должника и смешение активов должника со своими активами. Основными факторами, влияющими на возникновение ответственности акционера, выступают: общие руководители, консолидированная бухгалтерская отчетность, смешение активов, финансовая зависимость от акционера, несоблюдение корпоративных правил, вмешательство акционера в управление компанией, участие в сделках с превышением полномочий и др.[76]
Следует учитывать, что субсидиарная ответственность может быть возложена на указанных выше лиц только в случае банкротства юридического лица, т. е. тогда, когда имеется решение арбитражного суда о признании его банкротом, предполагающее его несостоятельность удовлетворить требования кредиторов. Так, при реорганизации должника – юридического лица требования необходимо предъявить к правопреемнику реорганизованного юридического лица в соответствии со ст. 58 ГК РФ. И только в случае неудовлетворения требований кредитора возможно ставить вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности собственника имущества реорганизованного юридического лица.
Таким образом, если на одной из стадий банкротства, предшествующих конкурсному производству, будет заключено мировое соглашение, то привлечение виновных лиц к субсидиарной ответственности даже при наличии оснований невозможно. Кроме того, п. 5 ст. 129 Закона требования к третьим лицам, которые в соответствии с Законом о банкротстве несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с доведением его до банкротства, предъявляются исключительно конкурсным управляющим. При этом Закон не предусматривает какую-либо ответственность к конкурсному управляющему в случае неисполнения им этой обязанности. В связи с этим предлагаем внести изменения в Закон, предоставив кредиторам право предъявлять самостоятельные требования к взысканию с учредителей (участников) должника, вина которых доказана, причиненных доведением должника до несостоятельности (банкротства) убытков.
Иски конкурсных управляющих о привлечении этих лиц к ответственности рассматриваются судами по установленной процессуальным законодательством подведомственности. Предъявление такого иска может служить основанием для отложения рассмотрения вопроса о завершении конкурсного производства (ст. 147, 149 Закона). В тех случаях, когда указанные лица не были привлечены к субсидиарной ответственности в таком порядке, соответствующие исковые требования могут быть предъявлены к ним каждым кредитором или уполномоченным органом (п. 3 ст. 56 ГК РФ).
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
См.: Агеев А. Б. Законодательство о банкротстве: защита интересов должника // Законодательство. 2000. № 3. С. 60; Витрянский В. В. Новое в правовом регулировании несостоятельности (банкротства) // Вестник ВАС РФ. 2003. № 1. С. 7–8; Попондопуло В. Ф. Конкурсное право: Правовое регулирование несостоятельности (банкротства). Учеб, пособие. М., 2001. С. 63; Химичев В. А. Правовое положение участников должника в деле о (банкротстве) // Вестник ВАС РФ. 2002. № 8. С. 57.
2
Аналитическая записка о законопроекте «О несостоятельности (банкротстве)», внесенном Правительством РФ, принятым Госдумой в первом чтении // Информационно-аналитический материал Аналитического управление Аппарата Государственной Думы РФ. М., 25.11.2002. С. 6.
3
Дедиков С. Конфликты интересов сложны, но разрешимы // Бизнес-адвокат. 2000. № 3. С. 17.
4
Витрянский В. Новое в правовом регулировании несостоятельности (банкротства) // Хозяйство и право. 2003. № 1. С. 7–8; Постатейный комментарий Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» // Вестник ВАС РФ. 2003. № 7. С. 84.
5
Телюкина М. В. Комментарий к Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)». М., 2003. С. 16.
6
Лазарева Т. А. Правовое положение учредителей (участников) должника в деле о несостоятельности (банкротстве) // Правовые проблемы несостоятельности (банкротства) / Под ред. С. А. Карелиной. М., 2004. С. 15.
7
Собрание законодательства РФ. 1996. № 1. Ст. 1.
8
Собрание законодательства РФ. 1998. № 7. Ст. 785.
9
См. п. 14 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами ФЗ «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в РФ». Приложение к Информационному письму Президиума ВАС РФ от 02.02.2001 г. № 60 (Информационно-правовая программа «КонсультантПлюс»).
10
Вестник ВАС РФ. 2001. № 5. С. 34.
11
См.: Спор о создании ОАО «Санкт-Петербургские электрические сети» // Юридическая практика. 2002. № 2. С. 114–138.
12
См.: Мамай В. Договор о совместной деятельности – исходная основа формирования состава учредителей // Хозяйство и право. 1997. № 7. С. 137.
13
Билалова Д. Р. Осуществление и защита прав учредителей и акционеров акционерного общества. Автореф. дис…. канд. юрид. наук. Казань, 2003. С. 14–15.
