— «Брод, мы в деле! Поставили даже Астерия и Артур! … Играют все, у кого есть креды!» — обрадовал его Саймон. — «Если доведешь до дуэли — сорвем джек-пот!».
На офицера из ОВБ было жалко смотреть. На ней не было лица. На нее напал какой-то ступор, так что она не знала, что сказать. Вмешался куратор Карелий.
— Бродерик Новен, 3 цикла работ в ангаре! — рявкнул он.
— За что, сэр? Я лишь указал офицеру из ОВБ на несоответствие этикету!
— Это для вашей же пользы, иначе вы рискуете получить увечья своему здоровью и попрощаться со статусом в группе!
— Принято, сэр… Хорошо бы, чтоб гостья из ОВБ извинилась передо мной, раз такое дело — уже без улыбки и совершенно серьезно, но не без умысла, выдал Брод.
— Что!? — звонко выпалила Чайка, шагнув навстречу Броду, который все еще стоял на 3 шага впереди общей шеренги.
Ее глаза буквально жгли по нему, словно излучатели. И опять Брод заметил напряжение на лице куратора, который явно хотел замять ситуацию, отделавшись уже выданным наказанием. Однако Чайку уже несло вперед, как крейсер, разогнавшийся до световой.
— Курсант Новен, вы только что прилюдно оскорбили действующего офицера ОВБ!
— Ого! И чем же это я вас оскорбил, сэр!? … Тфу ты! … Мэм! — тут же скорчил рожу наивного удивления и непонимания Брод.
— Ваше вызывающее поведение и срыв моей интродукции уже оскорбительны сами по себе!
— А вы, сэр, зачем-то меня пугаете исключением! Это оскорбительно, учитывая, что ничего дурного я вам не сказал! — тут же парировал Брод.
— Да, как вы смеете! … Надсмехаясь над моим статусом боевого офицера вы вынуждаете пригласить вас на поединок чести, чтоб проучить как следует!
— Что ж! Значит так тому и быть! Вызов принят, сэр! … Тфу ты! … Мэм!
Однако произошедшее далее внезапно вызвало у Брода некоторую тревогу. Чайка сняла пояс с кобурой и бластером внутри и указала курсанту сделать то же самое. «От зараза!». Брод нехотя приготовился к бойцовскому поединку на кулаках, но отчего-то не питал больших иллюзий на сей счет. Растерявшись немного на старте он попытался наверстать упущенную возможность, навалившись на более мелкую Чайку всем телом. Та легко ушла от его выпада, перехватила правую руку, перемахнула ему за спину и ловким движением закинула обе ноги ему за плечи, повалив того на плац. Кисть правой руки Брода оказалась так же в жестком захвате. Она резко крутануло ею до неприятного по звуку хруста. Брод терпел сколько мог, но все же не выдержал и крикнул от боли. Симбионт тут же вмешался, чтоб снизить чувствительность, но захват шеи Брода ногами Чайки с последующим зажимом дыхательных путей быстро нивелировал все дальнейшие шансы на сколько-нибудь приемлемый для Брода исход поединка. Он все еще трепыхался в надежде снять ее с себя свободной рукой, но каждый раз упирался в ноги Чайки, которые мертвой хваткой сдавливали ему шею. Перед тем, как потерять сознание, Брод ощутил стыд.
Пришел в себя он лишь в мед-блоке. Прямо ему в лицо смотрели большие карие и очень грустные глаза темнокожей Ньюты. Брод приподнял голову и осмотрелся. В комнате кроме нее никого не было. Брод сжал кулаки. Обе руки его отлично слушались.
— Зачем ты здесь? — спросил Брод.
— Чтоб поддержать… Тебе это нужно — тихо выдала она.
— Я сам решу, что мне нужно… Мне бы вернутся и побыстрее.
— Да, конечно… То пари… Ты выиграл.
— Ага. Вот только сам поединок я все же проиграл — с грустью ответил Брод.
— Мастерсон, Блюмен, Астерия и Артур злы на тебя. Они сделали новую ставку на то, что ты одолеешь Чайку.
На этих словах Брод догадался, почему его никто из тусовки не навестил. Он привстал и сел, свесив ноги с кровати. От того, что все же выиграл пари, его настроение заметно улучшилось. На столике у кровати стояли песочники, заботливо разложенные на тарелке, и графин с напитком.
— Спасибо, Нью.
Проблема и решение
Брод с Саймоном снова сдружились. Вот только он это не афишировал в тусовке. То, что его никто ни разу за 2 цикла не навестил в мед-блоке, осталось за кадром. Все как будто вернулось на свои круги. Пока на очередном построении Чайка внезапно не объявила, что Блюмену и Мастерсону выдвинуты обвинения в убийстве гражданина Эдэмии Севано Зайсулы. То, что темные тучи витали над их головами, знали все, и то, что Брод своей выходкой на время отсрочил ход расследования, запущенный Чайкой — тоже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я молчать не буду! Выдам все, что мы учинили в том доме! — разразился тирадой Мастерсон в душевом блоке, где они на этот раз собрались после отбоя.
— Согласен! Развлекались все, значит и отвечать всем! — поддержал его Блюм.
— А вы не охренели, уроды!? — не сдержала себя Астерия. — Кто вас надоумил возвращаться и убивать его, да еще и спустя столько времени, а!? … Стоило оставить на единственный уикенд без присмотра, как вы натворили дел! Идиоты!
Брод с некоторых пор стал тих и немногословен. Ему как-то было все равно, что выкинут Мастерс и Блюм, когда их арестуют. Он был спокоен, как удав. Именно в такие моменты ему чаще всего приходили внезапные идеи. Сейчас все случилось именно так, вот только вписываться за них он как-то не горел желанием. Зато в его участии, как «решалы», нуждались остальные.
— Брод, ты чего молчишь!? Может есть идеи, как помочь ребятам!? — резко хлопнула Астерия его по плечу. — Побольше участия, красавчик, а то от тебя пока одни растраты и потери!
Брод усмехнулся. Он уже знал, что Астерия пошла ва-банк перед поединком, думая, что Брод легко одолеет эту Чайку. Вот только предугадать, что та решится на спарринг вместо дуэли, не смогла. А то, что Брод был далеко не лучшим борцом в группе, знали все.
— Есть у меня одна идея… Тот напиток, что мы забрали тогда у Севано, у вас остался?
Брод стоял у двери в каюту офицера ОВБ. В руках у него был голографический паньет и бутылка гваторийского напитка. Если на счет первого подарка Брод был не очень уверен, то на счет второго — даже не сомневался. Благо Артур тогда додумался прихватить ящик той самой шипучки из дома Севано там на Эдэмии. Сам насильник, напуганный до чертиков, и поведал тогда Броду о его уникальной «особенности», если смешать с малой дозой обычного бытового замедлителя из аптечки.
— Добрый вечер, мэм… Извините за поздний визит. Я не отниму у вас много времени… Я помирится пришел — выдал Брод через нейро-линк и голосом одновременно, применив все свое красноречие, на которое только был способен.
— Заходи.
На панели двери зажегся зеленый значок, и она бесшумно отъехала в сторону. Офицерский кампус на КСП был типовым для всех подобных станций и сильно отличался от таковых комнат для курсантов в академии. Тут внутри было уютно, как в каюте крейсера. Индивидуальная ванная комната, небольшая прихожая, кухонька, стол со стульями, барная стойка с сидениями, пару кресел у дальнего окна и складываемая в стену кровать. Ее Брод по понятным причинам не увидел. Зато уже на входе его встретило строгое лицо Чайки. Она достаточно равнодушно приняла его подарки и сложила их тут же на барную стойку. Голографический паньет внезапно привлек ее более пристальное внимание. Она слегка улыбнулась.
— Может тут есть Везен? — спросила она.
Брод кивнул головой. Узнать, что Чайка родом с планеты одной из звезд Ориона, не составило большого труда. Заметив некоторый интерес к первому подарку он обрадовался в сердцах. «Скучаешь по дому значит. Это хорошо». Чайка, оставив его в притворе комнаты, тут же попыталась закрепить паньет на потолке, но не смогла из-за недостаточного роста. Нельзя было сказать, что она была мелкая, но со своими 169 см ей не хватало все ничего. Ситуацию можно было бы исправить подпрыгнув или встав на стул, но в присутствии курсанта она ожидаемо это делать сама не захотела. Чайка посмотрела на Брода, который все так же скромно стоял в тамбуре ее каюты, готовый уйти по первому требованию. Он уловил конфуз и сыграл на опережение.
