успокоилась и стала задремывать. На стене приятно пощелкивали старинные ходики, за окном шелестел черемуховыми листьями ветер. В какой-то момент сквозь сон она услышала, как очередной «посетитель» робко зовет Володю. Буркнула ему что-то нелицеприятное, повернулась на бок и снова стала задремывать. Посетитель ушел. Но тут опять раздался шорох: на этот раз в сенях. То ли там топтался кто-то, то ли щенок чудом вылечился и обследовал территорию. А может, звук шел вовсе не из сеней, а доносился через кухонное окошко из конюшни, в которой содержался целый зоопарк. В любом случае, в дом шум проникать не спешил, и никем не потревоженная девушка провалилась в глубокий сон до самого утра.
Глава 3. Микола и Андросий Кузьмич
Разбудил ее солнечный зайчик. Он больно слепил правый глаз, просачиваясь прямо сквозь веко. Аня чуть отвернула голову, но подлый зайчик передвинулся и снова принялся сверлить ей глаз. Тогда она чуть отползла. Но зайчик и тут последовал за ней. Пришлось все-таки сесть и посмотреть, что же это так отсвечивает с утра пораньше.
«Отсвечивал» один малолетний наглец с зеркальцем, все так же сидящий на крыше противоположного дома. Обнаружив, что жертва проснулась, очень обозлена и желает превратиться в хищника, он тут же прекратил свою преступную деятельность и, хихикая, шмыгнул в чердачное окошко. Полшестого, чего ему не спится? Жаворонок в джинсах, блин. Солнце, правда, давно уже встало, умылось чистейшей бирюзой небес и теперь вытиралось пушистыми перистыми облаками, обещая теплый денек, так что выходка соседского мальчишки почти не испортила Ане настроения.
Она потянулась, с удовольствием похрустев косточками, сладко зевнула, да так и замерла с открытым ртом: в сенях кто-то явственно кашлянул. По-мужски так кашлянул, мигом обрисовав в ее воображении широкоплечий корпус высотой этак под метр восемьдесят – метр девяноста.
- Да что за проходной двор? – возмутилась девушка и принялась одеваться. – Ни днем, ни ночью покоя нет.
Она двинулась было в сторону сеней, чтобы откинуть крючок, открыть дверь и высказать посетителю все, что она думает о ночных визитах всяких там забулдыг, но спохватилась, что чуть было не вышла из дома без маски. Вернулась в зал, открыла новую упаковку, надела одну штуку и только тогда пошла защищать частную собственность от посягательств.
В сенях ее пыл резко поутих. «Посягательство» было ростом даже не метр девяносто, а все два с гаком! Ширину плеч имело такую, что за ними могло спрятаться три Ани, размер ноги – достойный галош в ограде, а размер черепной коробки – сравнимый с крупным арбузом. Оно мирно дремало, свернувшись калачиком на расстеленных тут же древних зипунах, и занимало практически все пространство сеней. Подле его живота пригрелся на удивление живой и бодрый щенок. Содранная с головы шкура за ночь чудом приросла на свое место, и о вчерашней трагедии напоминал только длинный жуткий шрам. Из шрама что-то торчало через равные промежутки. Присмотревшись, девушка с удивлением опознала швы. Щенок уже проснулся и при виде старой знакомой радостно завилял хвостом и чуть ли не всем телом. Стало понятно, что и с нервами у него все в порядке. С каких это пор всем желающим бесплатно предоставляется ветеринар с выездом на дом? Чудеса, да и только!
В первое мгновение растерявшись, Аня все-таки быстро взяла себя в руки. Если этот человек позаботился о собаке, то, наверное, не так уж он страшен, как выглядит.
- Эй, мужчина, - она потыкала его носком туфли в спину. – Мужчина!
Гора мышц шевельнулась, разворачиваясь на звук. Аня едва успела отскочить.
- Хм? – нахмурился гигант, сонно оглядываясь в попытке сообразить, что происходит. Лицо у него было под стать фигуре: крупное, малоподвижное, с маленькими, не слишком умными глазами.
- Что вы тут делаете? – храбро спросила девушка, одновременно чувствуя, как у нее вдруг задрожали коленки.
- Сплю, - просто ответил человек и потер глаз кулаком размером с Анину голову. Кулак был немного мохнатый и с подозрительными синеватыми пятнами на пальцах – то ли следами от въевшегося когда-то в кожу пороха, то ли старой татуировкой, какие в советское время делали в тюрьмах.
- Это я вижу, - не сдавалась девушка. – Но как вы сюда попали?
- Зашел, - ответил он.
- Зачем?
- Спать.
Они уставились друг на друга. Разговор явно зашел в тупик. Аня с ожесточением потерла лицо, надеясь, что все это ей только снится. К сожалению, после сеанса улучшения кровоснабжения в глазных яблоках видение не исчезло: гигант все так же лежал в сенях, приподнявшись на локте, и выжидательно глядел на хозяйку дома.
- Так, давайте еще раз, - сказала она, встряхнувшись. – Вы кто?
- Микола, - таким же спокойным и слегка безразличным голосом ответил гигант.
- Приятно познакомиться, - без всякой радости сказала девушка. – А я – Аня. Но не суть важно. Почему вы спите здесь?
- Тут тепло, - пожал плечами Микола.
- Но где ваш дом? – не сдавалась девушка.
- Тута, - гигант обвел ладонью сени.
Аня потерла виски, в которых от напряжения запульсировало. Что вообще происходит? Она еще могла бы понять, если б заявились какие-нибудь внебрачные отпрыски дяди Володи и стали требовать долю в наследстве. Но вот так запросто разлечься в чужом доме и назвать его своим – это перебор.
Пока она раздумывала, что делать дальше, гигант зевнул, поднялся и двинулся на выход. Щенок двинулся следом, добродушно виляя хвостом.
- Э! Вы куда? – помчалась за ними девушка, поняв, что движется гигант вовсе не на улицу, а в глубину ограды.
- Управляться, - все так же немногословно ответил Микола, надевая калоши.
- Чё? – не поняла девушка, но до нее тут же дошло. Управляться с животными! Так вот, кто выпустил корову! Вот, кто наварил мешанку и насушил травы для кроликов! Но неужели он правда тут живет? И что теперь делать? Как выгонять? И выгонять ли?
- Простите, а дядя Володя вам кем приходился? – уточнила девушка, семеня за ним следом и кое-как успевая за огромными шагами.
- Хозяином, - просто ответил Микола, отворяя ворота к овцам. Те повернули к нему морды и обрадовано заблеяли, узнав родного человека.
- Вашим? – уточнила Аня.
- Хозяином дома, - поправил ее гигант, принимаясь раздавать животным еду. Действовал он ловко и быстро, явно по привычке.
- А вы ему кем приходились? – не сдавалась
