Читаем без скачивания Последний аргумент закона - Андрей Воронин

— Выскочу, — неуверенно отвечал Феликс.

— Я уже не уверен в этом, — вздохнул Илларион. — Этот парень тебе героин не втюхал, так втюхает кому-нибудь другому. И разойдется партия в розницу. Скольких человек она убьет?

— Одно дело, если к женщине на улице пристают, другое — если идиот отравой ширяется.

— Это то же самое, — Забродов поднялся. — Извини, Феликс, если мои слова показались тебе нравоучением. Если я могу смерть остановить, я ее останавливаю.

— Я не могу во все вмешиваться, — напомнил Феликс. — Ты не представляешь себе нюансы, жизнь на базаре имеет свои законы.

— Для тебя — да. Но я человек свободный — со стороны пришел.

— Куда ты?

— Разберусь с торговцем смертью.

— Если надо, Илларион, я с тобой.

— Я в этом не сомневаюсь.

Во время разговора Забродов не спускал глаз С парня, который приценивался к джипу. Тот ушел далеко, но Забродов умел следить, его натренированный взгляд мог часами отслеживать человека в толпе, даже если тот пытался оторваться. А парень вел себя достаточно неосторожно для человека, торгующего наркотиками.

Забродов внешне ничем не выделялся из завсегдатаев и продавцов на рынке, разве что, имел взгляд абсолютно независимого человека.

— Постой, — негромко окликнул он парня, когда тот с чашечкой кофе и бутербродом в пластмассовой тарелочке устраивался под зонтиком летнего кафе.

Секунд пять парень раздумывал, узнавать Забродова или нет.

Наконец, сделал выбор:

— Твой друг послал тебя договариваться насчет машины?

— Не совсем. Того мужика я даже толком не знаю, случайно рядом с ним тут оказался.

Илларион купил кофе и тоже устроился за столиком. Парень сидел, положив ноги на соседнее кресло, с рифленых подошв сыпался влажный песок.

— Я же говорил, предложение выгодное. Твой приятель пораскинул мозгами и понял, что упускать не стоит.

— Нет, ошибаешься, — покачал головой Илларион. — Он-то как раз остался непреклонен. Честно говоря, я мало его знаю, так, случайный знакомый, не больше. Приехал с ним за компанию кое-каких запчастей купить…

— Если он не собирается продавать, зачем ты здесь?

— Законы бизнеса, — улыбнулся Забродов. — Если двое не могут договориться, то должен появиться третий, который сведет желания и возможности в одну схему.

— Что у тебя есть?

— У меня есть немного свободных денег, — Забродов вертел в руках не зажженную сигарету, искусно изображая волнение.

— Сколько?

— Пятнадцать тысяч, — попытался сходу угадать требуемую сумму Илларион. Я покупаю товар у тебя, а ты рассчитываешься за джип деньгами. Все интересы будут учтены.

Парень пока молчал, неторопливо отпивал кофе — глоток за глотком и, не отводя взгляд, смотрел на Забродова, пытаясь понять, кто же перед ним. В торговле наркотиками парень не был новичком, умел оценивать людей, практически безошибочно выбирая тех, кто может клюнуть на зелье. Так же он умел определять работников спецслужб, как бы они не рядились в покупателей.

Забродов оставался для него загадкой. Он не походил ни на покупателя, ни на опера. Для покупателя не было у него в глазах алчного блеска, а для опера выглядел слишком независимо, свободно. Не может настолько прямо держать спину человек, над которым существует высшее начальство.

— На меня не смотреть надо, — сказал Илларион, — а отвечать — «да» или «нет». Удивляешься, почему у меня не по десять центов в глазницах, а нормальные глаза?

— Ты сам наркоту не употребляешь, — констатировал парень. — И ты не мент, это чувствуется сразу. И не торговец. Кто ты?

— Инструктор, — спокойно ответил Илларион.

— Инструктор чего?

— Жизненных ситуаций. И смотри, если ты намерен время тянуть, я тебе в этом не помощник. Мое время дорого стоит, — Забродов взглянул на часы. — Если не решился сразу, у тебя есть пять минут подумать.

Парень уже допил кофе и, вытянув шею, пять минут разглядывал джип, стоявший в ряду машин. Большой «чероки» возвышался над ним, впечатлял. У продавца героина появлялась возможность уехать сегодня с авторынка на машине своей мечты. И хотелось, и кололось.

— Может, ты так, сгоряча сболтнул? — дожимал парня Забродов. — Если — да, то я ничего в людях не понимаю. С виду ты показался мне мужиком серьезным, который запрягать не станет.

— Пятнадцати тысяч мало, хотя бы шестнадцать дай, и по рукам.

— Я твоего товара еще не видел, не взвешивал, не пробовал. Вдруг у тебя не героин, а подделка? Если у тебя то, что меня устроит, могу и пятнадцать с половиной заплатить. Больше у меня нет, извини.

Илларион подозревал, что парень работает не один. Если уж тот завел речь о партии героина, то наверняка где-нибудь неподалеку устроился его дружок, щупленький с виду. На него и не подумаешь, что при нем наркотики.

«Это только в кино, — подумал Забродов, — курьеры для перевозки грязных денег, наркотиков — амбалы с пушками за поясом. Обычно деньги перевозит какой-нибудь недомерок в потертых джинсах, и самая выразительная деталь в его образе — дешевые очки „велосипед“ на бесцветном лице. Пачки же с банкнотами лежат в дешевенькой сумке, а не в кейсе с кодовыми замками».

Парень полез в карман куртки и вытащил небольшую рацию. От Иллариона не скрылось то, что его собеседник пытается держать ее как телефонную трубку.

«На публику работает, — подумал Илларион, — „крутого“ из себя строит, словно „сотовик“ у него в кармане».

— Ваня, жди меня на выезде, через пять минут буду. И не один.

Забродов, стараясь не привлекать к себе внимание, осмотрелся по сторонам. Нигде поблизости не было видно человека второго с рацией в руке.

«Машина, наверное, на стоянке, — решил Илларион. — Сильно ему в душу автомобиль Феликса запал!»

— Пойдем, — парень поднялся и двинулся к выходу с рынка.

«Пейзажи здесь просто фантастические,» — думал Илларион, глядя на торговые ряды. Казалось, что до самого горизонта штабелями выставлены автомобильные покрышки. В том, что ни Илларион, ни продавец героина не интересовались именами друг друга, ничего странного не было. Когда находишься не в ладах с законом, лучше не знать, кому продаешь и у кого покупаешь.

— Мужик с машиной твой друг?

— Нет, — ответил Илларион, — так, случайный знакомый. Ты рисковал, когда с ним о товаре говорил.

— Я в людях не ошибаюсь, сразу вижу, кто заложит, а кто нет.

— А я? — усмехнулся Забродов.

— Ты не из тех, кто закладывает.

— Ты не ошибся. Свои проблемы я привык решать сам, но и отвечать за решение приходится самому.

На выходе, возле рекламного щита, притормозила новенькая «Волга». Когда-то такая машина была мечтой каждого советского гражданина, но теперь она ни на кого не производила впечатления.

— Садись, — бросил парень и плюхнулся на переднее сиденье.

Ваня оказался не совсем таким, как представлял его себе Илларион толстый, большой. Глядя на такого мужчину, не сразу скажешь, сильный он или толстый слабак, не понять, что скрывает под собой одежда — жир или мышцы. «Волга» набирала скорость, уносясь к шоссе.

— Зачем далеко ехать? — спросил Илларион.

— Не буду же я здесь товар держать!

— Я надолго с рынка уезжать не собираюсь.

— Надолго никто и не предлагает, — в присутствии Вани парень вел себя жестче, чем до этого.

«То ли ему прибавило уверенности в себе то, что он сейчас не один, подумал Илларион, — то ли у него с Ваней отношения натянутые».

Нутром Илларион чувствовал, что героин находится не в этой машине.

— Деньги у тебя с собой?

— Я тоже не дурак их при себе носить. Если меня все устроит, получишь их в течение часа.

Ваня чуть сбросил скорость, но взглядом сидевший с ним парень показал: «Езжай, я за все отвечаю». Машина свернула на узкую асфальтированную дорогу, идущую вдоль забора рынка. За обочиной простиралась вечная стройка, выкорчеванные с корнями старые тополя, кучи гравия, песка, застывшая без движения, тронутая ржавчиной техника.

— Расширять рынок хотели — до кризиса, но не успели.

— Куда едем? — изобразил волнение Забродов. Надежнее, когда противник думает, что ты слаб духом, когда считает, что ты боишься его.

— Скоро, — и словно в подтверждение слов «Волга» свернула в проселок. Загудел мотор, машина взбиралась по грунтовке к березовой роще, покрывавшей довольно крутой холм.

«Теперь ясно, — подумал Забродов, увидев среди светлых, казалось, подсвеченных изнутри, березовых стволов короткую, словно обрубленную „ниву“. Однако их будет четверо, — насторожился Илларион».

В его планы не входило такое количество народа. Каким бы умелым ты ни был, всегда существует критическая масса противников, способных с тобой справиться. Штук восемь подростков всегда сумеют одолеть сильного тренированного мужчину, если доберутся до него и повиснут на нем.