значит…
Я вспомнила криминальную историю, которую мне рассказывала Аида. Она любит всякие байки из прошлого.
Так вот, много лет назад история эта наделала много шума в нашем городе.
Какая-то предприимчивая молодая девица приезжала в новый дом, где соседи еще не знают друг друга, поднималась на чердак, переодевалась в домашний халат и тапочки, свою одежду прятала и обходила несколько квартир. Там она говорила, что она – соседка, что ей привезли заказанные стройматериалы для ремонта, а муж не оставил денег. Просила дать ей в долг сравнительно небольшую сумму, обещая отдать вечером, когда муж вернется с работы…
Не все, но некоторые доверчивые соседи давали денег, входя в ее сложное положение.
Собрав некоторую сумму, аферистка переодевалась и ехала в другой дом…
Такой нехитрый способ обмана принес предприимчивой девушке приличные деньги. А позже, когда ее наконец поймали с поличным, – приличный срок лишения свободы…
Так, может, и тот лощеный господин где-то переоделся в домашнее, чтобы изобразить соседа по подъезду…
Но зачем это ему понадобилось?
Он ничего у меня не просил, ничего не взял – наоборот, оставил в квартире дурацкую музыкальную чайницу. Зачем, спрашивается? Ума не приложу…
Так ни до чего не додумавшись, я приехала на работу.
Фирма, в которой я тружусь пять дней в неделю, самая обыкновенная компьютерная контора, каких в наши дни множество. Наши ребята ремонтируют компьютеры, чистят их от вирусов, устанавливают всевозможные полезные программы. Не подумайте, что я тоже компьютерный гений – я в фирме числюсь офис-менеджером, то есть занимаюсь самой нетворческой работой, готовлю разные бумажки, отчеты и даже слежу, чтобы в офисе всегда были канцтовары, а в кофейном автомате – кофе и сливки…
Вообще-то, для таких дел у Миши есть секретарша Василиса, она же Вася, но она полная дура и ей ничего нельзя поручить, все непременно перепутает, кофейный автомат заправит чернилами для принтера, а ксерокс – сухими сливками, поэтому почти все ее обязанности ненавязчиво переложили на меня.
Вы спросите, почему ее не увольняют?
Нет, с Мишей она не спит, она просто какая-то его родственница, поэтому он ее терпит… Родная кровь, что уж тут сделаешь. Мишу жалеют с тех пор, как стало известно, что она – родственница его жены. Василиса, дура, сама разболтала.
Жену Мишину мы никогда не видели, она не приходит на нечастые корпоративы и даже не звонит по общему телефону. Но Татьяна Михайловна, наш бухгалтер, при ее упоминании делает страшные глаза и говорит одно только слово «Жуть!». Что она имеет в виду, непонятно, но никто не решается уточнять.
Но я отвлеклась.
В общем, я приехала в офис, когда там в полном разгаре была дезинфекция.
Не подумайте, что у нас травили тараканов. Чего нет, того нет. Но наш начальник Миша помешан на безопасности. Он на полном серьезе считает, что какие-то неизвестные конкуренты спят и видят, как бы похитить наши секреты (больше им делать нечего). И поэтому в начале каждого рабочего дня Вадик, наш главный спец по безопасности, проверяет, не появились ли в офисе «жучки». Именно это в нашей конторе и называется дезинфекцией.
До сих пор никаких «жучков» не находили, но Вадик проводит эту процедуру каждый день.
По-моему, это паранойя, но это мое личное мнение, а оно никого не интересует. Если им хочется играть в шпионов – флаг в руки, барабан на шею.
Знаете, как говорят: мужчины те же дети, только игрушки у них дороже… значительно дороже.
Так что я подозреваю, что эту «дезинфекцию» проводили в основном из-за того, что наш Миша купил по случаю очень крутой прибор для обнаружения «жучков». А раз уж его купили – нужно использовать, иначе обидно… Опять же, деньги плачены…
В общем, когда я пришла в офис, Вадик с умным видом ходил по помещению и водил перед собой специальным прибором для обнаружения «жучков».
Раньше, говорят, так искали место для колодца. Только использовали не крутой электронный прибор, а обычную ветку.
Никто на Вадика не обращал внимания – все к этому утреннему ритуалу давно привыкли.
Я и так была жутко злая, поскольку не успела позавтракать, даже кофе с собой не успела прихватить, поэтому прошла на свое рабочее место, не глядя по сторонам. Досидеть кое-как до конца дезинфекции, а потом хоть у Василисы печенья перехватить.
Она вечно что-то жует, и ящики стола полны у нее сухарей, чипсов и дешевых конфет. Я включила компьютер и стала просматривать текущую почту. Точнее, сделала вид, что работаю.
Вдруг прибор в руках у Вадика тревожно запищал. Значит, где-то в офисе появился «жучок»…
Вадик оживился – такое случилось впервые за все время…
Он стал водить прибором в разные стороны, чтобы понять, где сигнал сильнее.
Прибор пищал громче и громче.
Вадик ходил кругами, и эти круги постепенно приближались к моему столу…
Чем ближе Вадик подходил ко мне, тем громче и тревожнее пищал его прибор.
Этот писк уже начал действовать мне на нервы.
– Вадик, – проговорила я, оторвавшись от компьютера, – ты бы занимался своими играми где-нибудь в другом месте. Ты мне работать мешаешь.
Тут у него на лице отобразился праведный гнев.
– Ты что несешь, Грачевская? Как это – в другом месте, если прибор показывает именно сюда? Это получается, как в старом анекдоте – мужик потерял кошелек на темной улице, а ищет его под фонарем, потому что там светлее!
Он опять повел своим прибором из стороны в сторону – и направился прямо к моему столу.
Я насторожилась.
А он с решительным видом подошел ко мне.
Прибор теперь верещал оглушительно.
Все остальные звуки в офисе затихли – никто не работал, все смотрели на нас с Вадиком.
Вадик поводил прибором возле меня, потом – над моим столом и наконец направил свою электронную игрушку на пакет, который я положила на краю стола.
– Ну-ка, доставай – что у тебя там?
Я хотела возмутиться – все же это мое личное пространство, мои личные вещи, – но все взгляды были прикованы ко мне, и Миша уже выглянул из своего кабинета, так что я вздохнула и выложила на стол все содержимое пакета.
– А вот это что такое? – проговорил Вадик, показывая на злополучную чайницу.
– Не видишь – чайница!
– Чайница? – переспросил он.
И открыл жестяную коробку.
Тут музыкальный механизм заработал, и на весь офис понеслись звуки вальса «На сопках Маньчжурии».
Василиса, которая с задумчивым видом стояла у двери Мишиного кабинета, запела тоненьким детским голоском:
– Тихо в лесу, только не спит барсук… уши
