— Какие дела? — спросила я.
Папа встал и принялся расхаживать взад-вперед.
— После налета Брэнников и «Ока» на штаб-квартиру Совета, в живых осталось всего пять советников.
— Мы в налете не участвовали! — вскинулась Эйлин. — И «Око» тоже, если уж на то пошло.
Папа остановился как вкопанный.
— Что?
Эйлин в двух словах повторила то, что рассказывала мне накануне вечером: по ее подозрениям, сестры Каснофф сами устроили пожар, чтобы свалить все на врагов.
После ее объяснений папа словно постарел на десять лет.
— Хотел бы я сказать, что это смехотворно, однако после всего, что Лара совершила у меня на глазах… Как бы то ни было, еще трое советников погибли вместе с аббатством.
Я видела, как убили одного из троих, Кристофера. Ужасно было узнать, что Элизабет и Родерика тоже больше нет.
— Из всего Совета в живых остались только два человека — я и Лара Каснофф. От меня толку мало. — Папа жестом указал на свои татуировки. — Кроме того, я умер.
— Что?
— Несколько дней спустя после пожара в аббатстве Торн Лара созвала большое собрание в Лондоне, в доме одного крутого чародея, — ответил Кэл. — Я соорудил себе заклятье невидимости и проник туда. Там были, наверное, сотни экстраординариев. И Лара им всем объявила, что твой папа, Софи, убит боевиками «Ока». При пособничестве Брэнников, — добавил он, мотнув головой в сторону Эйлин.
Она глухо выругалась, а мама опустила голову.
— Так, ясно, — медленно проговорила я. — Слушай, пап, я понимаю, что дело плохо, но разве нельзя тебе взять и объявиться? Мол, здравствуйте, люди добрые, вот он я, живехонек-здоровехонек!
— Это возможно, — сказал папа. — Однако, если сестрам Каснофф почему-либо выгодна моя кончина, что-то мне подсказывает, что «живехоньким-здоровехоньким» я останусь недолго.
— Как ты думаешь, чего добиваются сестры Каснофф? — спросила мама.
Папа посмотрел на нее, потом на меня.
— Запугать экстраординариев до такой степени, чтобы использование демонов показалось единственным приемлемым выходом. У них есть Дейзи. Возможно, Ника тоже изловили. Пока он больше ни на кого не нападал.
В ту ночь, когда сестры Каснофф натравили Дейзи на боевиков «Ока», Ник вырвался на волю и принялся буйствовать. Я до сих пор вздрагиваю, вспоминая об этом.
Я спросила:
— Кэл, а на этом большом собрании Лара что-нибудь говорила о демонах?
Он покачал головой.
— Нет, демоны не упоминались. Лара только твердила, что у них с миссис Каснофф имеется план действий, который позволит разом избавить мир от Брэнников и от «Ока».
— Кстати об «Оке», — вмешался папа. — Софи, ты не получала никаких известий от Арчера Кросса?
Все уставились на меня. Почему-то захотелось спрятаться. Я была уверена, что все мои чувства написаны на лице.
— Нет. Я думала, может, вы… Кэл, ты его не видел, когда забирал папу из аббатства?
Конечно, я не ожидала, что Кэл скажет: «Ага, видел. Вообще-то, он сейчас у меня в кармане. Вот, держи!» Но когда он ответил, глядя мне в глаза, его слова причинили мне физическую боль:
— Когда я пробился в подземелье, в камере был только твой папа.
Тебе и так повезло, строго напомнила я себе. Папа здесь, и Кэл тоже. И Дженна в безопасном месте. Можно ли было рассчитывать, что все до одного к тебе вернутся?
— Дверь была выбита, — продолжал Кэл. — Мы с твоим отцом решили, что Арчера забрали люди «Ока».
Я спросила:
— Пап, а ты совсем ничего не помнишь?
Он печально покачал головой.
— Увы, я был без сознания.
Я сунула руки в карманы.
— Наверное, вы правы. Скорее всего, он в «Оке».
И опять из него захотят сделать дрессированного волшебника, а может, узнали, что Арчер мне помогал, и убили. Так или иначе, мы с ним больше не встретимся.
Думать об этом было больно, и я даже не сразу заметила, что папа еще не закончил говорить.
— …безусловно, исчез не только он.
Эйлин снова прислонилась к притолоке, скрестив руки на груди.
— Значит, мальчишка Кросс пропал, и ведьмы Каснофф заодно, — подвела она итог, загибая пальцы. — И демоны тоже.
— И остров Греймалкин, — прибавил Кэл вполголоса.
Я решила, что ослышалась.
— Погоди, что ты сказал?
— Школа исчезла вместе с островом, — сказал папа.
— Как это может быть? — спросила мама.
Папа посмотрел на нее, и снова между ними что-то промелькнуло.
— Никто не знает, — ответил наконец папа. — Через несколько дней после того, как сгорело аббатство Торн, остров словно испарился. Только что был, и вдруг — ничего, лишь океанские волны. Я думаю, на самом деле остров на месте, но сестры Каснофф его скрыли.
— Думаешь, они там? — спросила я, когда ко мне вернулся дар речи.
Мне вспомнилось то странное чувство в день, когда мы с Кэлом и Дженной уезжали из школы: будто мы никогда не вернемся. Меня пробрала дрожь.
— Это логично, — сказал папа. — На острове Греймалкин сестры вызывали демонов. Для Анастасии он много лет был родным домом. Трудно представить, чтобы они так просто его бросили. И…
Папа умолк, протирая глаза. Шагнул к дивану и пошатнулся. Мама вскочила, подхватила папу под руку, с другой стороны его поддержал Кэл. Общими силами папу усадили.
— Путешествие его доконало, — сказал Кэл. — Я навел защитные чары, но он все равно очень слаб.
— Не надо разговаривать обо мне так, как будто меня здесь нет, — вмешался папа, но в голосе было больше усталости, чем раздражения.
— Хватит на сегодня! — сказала мама.
Я заметила, что она не убрала руку с папиного локтя.
Эйлин кивнула.
— Пойду расскажу Финли, что происходит. И перемолвлюсь парой слов с Торином. — В уголке рта у нее дергался мускул. — Вы оба можете переночевать здесь. Утром обсудим, что делать дальше.
Судя по плотно сжатым губам, решение позволить папе и Кэлу остаться далось Эйлин нелегко. Наверное, папа тоже это заметил.
Он вежливо наклонил голову:
— Спасибо, Эйлин.
— Пусть спят в палатке, — сказала мне Эйлин.
Я и забыла про эти странноватые брезентовые конструкции, где размещали излишки Брэнников, когда они еще были живы, эти излишки. Хотела намекнуть насчет коек в подвале, но, по всей вероятности, Эйлин просто не могла стерпеть такого количества экстраординариев под своей крышей.
Эйлин ушла, Иззи поплелась за ней. Как только они удалились, папа откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.
— Останься лучше здесь, — посоветовала мама. — В палатках жить почти невозможно, а ты и так измучился… — Она запнулась и прокашлялась. — Не нужно вам сегодня ночевок на природе.
Папа кивнул, не открывая глаз.
А Кэл пожал плечами.
— Я привык спать на воздухе. К тому же вам, наверное, хочется, э-э… Побыть вместе, своей семьей.
Он повернулся к двери, но папа вдруг сказал:
— Софи, покажешь Кэлу, где тут что? Мне нужно поговорить с мамой с глазу на глаз.
— А-а… — Я сунула руки в карманы. — Ага, ладно.
В прошлый раз, когда мы с Кэлом остались наедине, он меня поцеловал. Безусловно, все происходило под лозунгом: «Возможно, мы сейчас умрем, так хоть попрощаемся» (или что-то вроде того), и тем не менее… Формально Кэл считался моим женихом — понимаете, экстраординариям мало своих странностей, так они еще и заключают браки по сговору. Помолвка только добавила сложностей в наши с Кэлом отношения.
Кэл быстро глянул на меня. Не могу поклясться, но мне показалось, что на секунду его взгляд задержался на моих губах. Я чуть не поперхнулась. Кэл вышел из комнаты, а я побрела за ним.
ГЛАВА 10
Мы молчали всю дорогу до палаток. Я завернула в кухню, прихватить электрическую лампу на батарейках — их у Брэнников, кажется, был неисчерпаемый запас. Наши тени тянулись впереди, почти переплетаясь, хотя мы шли не вплотную друг к другу. Занятая мыслями об Арчере, я не заметила стоявших полукругом палаток, пока мы на них не налетели.
