Свет утреннего солнца, лившийся из высоких стрельчатых окон, вдруг сменился потоками вязкой тьмы. Та, поначалу расплескавшись по полу, секундой позже принялась собираться в центре комнаты, постепенно формируя обнаженную женскую фигуру.
— Ниликато! — Маркус, торопливо упав на колени, принялся отвешивать сгустку тьмы земные поклоны.
— Да… — богиня открыла глаза — ослепительно белые, словно вобравшие в себя свет всех звезд. — Ваше дело благое, и посему я, Ниликато, Царица ночи, Провожатая мертвых и Управительница светил, благословляю вас. — Ниликато обвела внимательным взглядом всех присутствующих. — А теперь можете задавать вопросы.
Глава 4. Аномалии и артефакты
На закате третьего дня космодром «Рудный» принял еще три корабля — «Искандер» с запасными частями, «Дайсон» с зенитными танками, и «Химеру» — последний научно-исследовательский корабль в армаде. Люсинда, ознакомившись с инцидентом, приказала обеспечить посадку любой ценой, не считаясь с затратами. В итоге авиагруппа экспедиционного корпуса выработала две полных заправки, научная секция лишилась еще трех разведботов, а полковник Тигль обзавелся еще десятком седых волосков.
Впрочем, только это позволило адекватно прикрыть базу с воздуха — странные летучие твари, казалось, только вошли во вкус. В первый же день воздушную тревогу приходилось объявлять каждый час, зенитные турели «Карамболя» расстреляли весь боекомплект, сбив всего одного монстра. Остальные чудовища оказались на диво сообразительны, предпочитая ошиваться вне зоны досягаемости ПВО, поплевывая огнем издалека. Особого вреда это не приносило, но раздражало неимоверно.
Увы, окончательно решить вопрос защиты до прибытия «Дайсона» было нечем — все переносные комплексы полковник передал майору Ка. Тот должен был завершить похороны погибших на «Василиске» и обеспечить эвакуацию уцелевшего оборудования.
— Надеюсь, полковник, вам этого хватит, — желтые глаза адмирала, казалось, засасывали полковника, заставляя того против воли вытягиваться по стойке «смирно» и напрочь выметая все желание перечить. Впрочем, Флигг была права — она действительно выделила наземной базе максимум того, что могла. Следующие подкрепления Тигль получит только после завершения постройки. — Конец связи.
* * *
Когда богиня, наконец, решила покинуть заседание, на улице уже стемнело. Маркус, не спрашивая разрешения, наколдовал себе запотевший кувшин, из которого тут же отпил половину.
— Полегчало? — осведомился настоятель, когда клирик, переводя дух, оторвался от глиняной посудины. Смотреть на хлещущего свежее пиво послушника было невыносимо: безумно хотелось пить, пересохшее от беспрестанных разговоров горло нещадно саднило, так что только многолетняя выдержка Таннера спасла нарушителя от заслуженной кары.
— Да, — счастливо выдохнул тот. Секундой позже он сообразил, что второй раз за день нарушил правило — не колдовать в кабинете настоятеля. — Он, простите…
— Богиня простит, — вздохнул Таннер. — В искупление твоего греха поручаю — спустись на кухню и распорядись насчет ужина нам прямо сейчас, и праздничного обеда для остальной братии — завтра.
Как только дверь захлопнулась, настоятель легонько прищелкнул пальцами, и перед каждым, кроме дроида, появилась пузатая глиняная кружка.
— Просто вода, — с улыбкой пояснил Таннер. — Нам еще многое нужно обсудить.
* * *
Экспедиция в золотой рудник завершилась ничем. По уверениям майора Ка, на момент высадки добыча драгоценного металла шла полным ходом, но сейчас в полузатопленных галереях не было совершенно ничего — ни рудокопов, ни их трупов. Связь тоже барахлила, и майору пришлось расставлять своих людей цепочкой, только бы не заблудиться в сложном лабиринте штолен — если и существовала карта подземелья, она благополучно сгорела в подожженном десантниками здании.
— Ну, майор? — мрачно осведомился полковник. Он еще помнил вопрос адмирала на самом первом совещании, и небезосновательно боялся, что Люсинда выполнит свое обещание — заставит солдат заменить рудокопов.
— Обе кабинки были внизу.
— А рабочие где?
— Внизу… наверно, — Ка изо всех сил пытался сохранять спокойствие.
— Мне нужен точный ответ. Вы доложили, что рабочие продолжали добычу, как будто не заметив десанта. Это соответствовало действительности?
— Так точно.
— В свою очередь, отмечу: с момента прибытия «Карамболя» не было зафиксировано ни единой попытки покинуть рудник. Я так подозреваю, потому, что все, кто хотел сбежать, это уже сделали. Пока вы там отсыпались на травке.
— Но обе клети были внизу!!!
— Майор! — в голосе полковника прорезался опасный холодок. — Разделите своих людей на смены. С завтрашнего дня вы своими силами возобновите работу на руднике. Нормы добычи вам сообщат. Всего хорошего.
Экран погас. Ка, ругаясь про себя последними словами, упал в кресло. Он отчаянно не хотел возвращаться в холодные сырые штольни, где даже от штурмового прожектора не было толку. Тем более ему не хотелось копаться в мокрой грязи, добывая «полезные ископаемые». Золото для майора существовало только в одном виде — на витринах ювелирных магазинов, и узнать, откуда оно берется на самом деле, Ка совершенно не желал.
— Сволочи, — майор представил себе картинку: перемазанные в земле рабочие, посмеиваясь, неторопливо тянутся мимо безмятежно дрыхнущих десантников. — Хорошо еще, что хоть из оборудования ничего не пропало. По крайней мере, у меня…
Майор подскочил, как ужаленный и снова принялся ругаться — теперь уже вслух. Он еще мог объяснить, почему ничего не пропало у него самого — сон сморил Ка аж за складом, его вполне могли пропустить. Но у остальных… Майор довольно потер руки — до срока, назначенного полковником, еще целых десять часов. Вполне еще можно успеть посетить ближайший городишко и поискать там знакомые лица.
* * *
Праздничный обед затянулся заполночь. Сытая и пьяная братия немелодично орала песни, позабыв о благодати умеренности. Благо, повод действительно выдался исключительный — последний раз Ниликато посещала мир смертных триста лет назад.
Гном, к великому сожалению остальных, решил воздержаться от выпивки. Дроид, как выяснилось, вместо богини увидел странный желеобразный сгусток, бешено излучавший в радиодиапазоне. Если верить анализу видеозаписи, пространство в центре комнаты вдруг исказилось, словно перед штурманом повисла компактная гравитационная линза. Только они могли, оставаясь полностью невидимыми, так преломлять свет — но случись такое на самом деле, все незакрепленные предметы в комнате втянуло бы в линзу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
