окончательно убедилась, что он придирается ко мне специально.
И всё же нашла способ контролировать свои эмоции. Просто представляла, что это не Даня, а Даниил Львович, неизвестный мне человек. Так меня его поведение задевало намного меньше. Ну, хочется ему срывать на мне плохое настроение — пожалуйста. При этом, я заметила, что чем меньше я реагирую, тем больше он злится. И мне даже стало доставлять удовольствие злить его, не проявляя никакой реакции.
Постепенно его придирки становились каким-то вялыми, без огонька. Видимо, перестали доставлять ему радость.
Был вторник, когда я увидела её.
Глава 9
Она вплыла в офис царственной походкой, словно королева, распространяя вокруг себя аромат дорого парфюма. Остановившись, она вскользь оглядела меня с ног до головы и вальяжно спросила:
— А где Вероника?
— Вероника теперь работает в другом отделе. Чем я могу вам помочь?
— Даниил у себя? — она кивнула на дверь.
— Даниил Львович у себя, но он не один, — ответила я. — У вас назначена встреча?
— Мне не нужно назначать встречи, — презрительно фыркнула девушка. — Я — его невеста.
Ах, вот оно что! Я с интересом посмотрела на неё. Высокая, стройная, красивая брюнетка. Чем-то неуловимо похожая на меня, только модельной внешности: рост под метр восемьдесят, тонкая как тростинка, ноги от ушей. На ней было облегающее короткое платье и шпильки сантиметров двенадцать. Как она только на них ходит?
Конечно, шикарная у него невеста, что уж говорить. А чего я ожидала? В душе почему-то заскребли кошки.
Она плюхнулась на диван и бросила:
— А почему ты мне кофе не предлагаешь?
— Хотите кофе? — спросила я.
— Нет, — фыркнула брюнетка.
Я мысленно закатила глаза. Да они — два сапога пара. Прекрасно друг другу подходят! Я втихаря разглядывала её. Интересно всё же посмотреть на невесту бывшего возлюбленного.
Девушка была не просто красивой, а очень красивой. Будто сошла с обложки модного журнала. Помимо прекрасных внешних данных, она была невероятно ухоженной. Ногти, волосы в идеальном порядке. Аксессуары и одежда стильные и, безусловно, дорогие. Да уж, куда мне до неё. Я вздохнула.
Невеста моего босса периодически бросала на меня высокомерные взгляды, которые я успешно игнорировала. Через минут десять дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышел Антон, безопасник. Он вежливо кивнул девушке и, улыбнувшись мне, покинул приёмную.
Брюнетка встала и, покачивая бедрами, гордо прошествовала в кабинет, плотно закрыв за собой дверь, я даже предупредить шефа не успела.
После пыталась заниматься своей работой и не думать о Дане и красавице в его кабинете. Получалось плохо. В голове мелькали картинки того, что сейчас, возможно, происходит совсем рядом, в нескольких метрах от меня, за стеной. И были они — одна хуже другой.
Хватит думать о нём, как о Дане! Чёрт! Никакой он не Даня. Он для меня Даниил Львович. Нет давно никакого Дани. Даня остался там, в прошлом, среди цветов и звёзд.
Через минут двадцать брюнетка вышла из кабинета, поправляя блузку на груди. Её волосы были слегка растрёпанными, а губы припухшими. При виде такой картины, у меня что-то сжалось внутри, во рту появилась горечь, а пальцы над клавиатурой предательски задрожали.
Я уткнулась в монитор, но ничего не видела и не соображала, из-за захлестнувших меня эмоций. Сердце стучало в ушах. Так, Соня, прекрати об этом думать! Хватит! Я и сама не понимала, почему меня это задело. С какой стати вообще?
Она вышла из приёмной, не попрощавшись. Из кабинета выглянул шеф. Внимательно оглядел моё бесстрастное лицо, словно пытался на нём что-то отыскать. Но я надежно спряталась под защитной маской показного равнодушия.
— София, распечатайте мне отчёт по Екатеринбургу. И сделайте кофе, — приказал он, не отводя испытывающего взгляда.
— Хорошо, Даниил Львович, — идеально безразличным тоном ответила я, стараясь не смотреть на его губы и чуть съехавший на бок галстук.
Он вернулся к себе в кабинет, а я распечатала требуемое и пошла делать кофе. На самом деле, мне совсем не было всё равно! На душе было жутко неприятно. Вся эта ситуация… в груди словно скребло что-то, грызло, царапало. Что-то, от чего было невыносимо больно и хотелось выть. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, попыталась взять под контроль разошедшиеся в край эмоции и успокоить трясущиеся руки.
Я вошла в его кабинет, держа в руках поднос, а распечатанный отчёт зажала между пальцев. Но когда стала ставить на стол чашку, случайно разжала пальцы, и листок бумаги, скользнув по гладкой поверхности стола, сделал крутой виток и улетел шефу под стол.
Я проводила его глазами. Шеф не шелохнулся, чтобы поднять отчёт. Напротив, он вальяжно откинулся в кресле и, сложив на груди руки, заинтересованно уставился на меня. В его красивых тёмно-серых глазах сверкали искорки.
Что делать? Под стол что ли лезть?
— Я распечатаю ещё один, — пролепетала я.
— Бумагу нужно экономить, София. Подумайте о нашей планете, — какая неожиданная забота об экологии.
Ладно, просто нагнусь и подниму листок. Ничего тут такого.
Но просто нагнуться оказалось недостаточно. Стол у него был очень большим, и проклятый листик лежал с левой стороны, довольно глубоко под столешницей. Я, опустившись на колени, потянулась за ним, но он всё ещё был далековато. Тогда мне пришлось-таки залезть под этот чёртов стол.
В тот момент, когда мои пальцы коснулись листка, в дверь шефа постучали. Я вздрогнула и ударилась головой о столешницу. Ну, конечно! Ни раньше, ни позже! Именно в этот момент кому-то что-то срочно понадобилось!
Едва я приготовилась дать задний ход, как услышала бодрое: «Войдите». Что?! Он с ума сошёл?! Не даст мне сначала вылезти? Понимая, что перед вошедшим откроется картина моего зада, торчащего из-под стола шефа, если я сейчас начну вылезать, я, наоборот, залезла ещё глубже под боковую столешницу, прячась от посетителя. По голосу я поняла, что это был Антон.
От зашкаливающей неловкости ситуации, мне захотелось под землю провалиться! Неуклюжее движение, и я чуть не поцеловала дорогущие ботинки шефа. Еле сдержалась, дабы не плюнуть на них со злости! Но понятно, что всё это детский сад, конечно. Ведь кто меня заставлял лезть под стол?
Голос начальника был совершенно нормальным, он разговаривал с Антоном так, словно ничего странного не происходит, и в данный момент под столом не сидит его личный помощник. Бог ты мой, надеюсь, меня не видно! Иначе я просто сгорю от стыда,
