— Значит, таки знал. Все время, — без тени сомнения констатировал Гриффен. Первый стакан опустел подозрительно быстро, и он потянулся за вторым. — Ни разу даже словом не обмолвился.
— Это не моя обязанность, — ответил друг. — Меня не посвящали в планы относительно тебя — что и как. Повторюсь: я мелкая рыбешка и не вхожу в круг избранных. Делал то, что говорили, и не спускал с тебя глаз.
— Так излагаешь, будто в кампусе был только затем, чтобы следить за мной, — сказал Гриффен.
— Примерно так и есть, — кивнул Джером. — Если честно, Шулер, то я старше, чем выгляжу. Ученую степень получил давным-давно. Меня послали в кампус оценить твои возможности и отчитаться перед командой… Могу сказать, что наблюдал не в одиночку.
У Гриффена вновь мелькнула мысль о подружке Май. Вслух он произнес:
— Но зачем, Джером? Допустим, все, что ты сказал правда. Отчего я столь важен?
— Как и у всякой группы с очень древними корнями, у драконов свои легенды и пророчества, — начал объяснять Джером. — О, они не в письменах и не в рисунках на стене пещеры, но их знает каждый. Одна из самых старых гласит о том, что придет однажды Некто, почти чистокровка, и навсегда изменит драконий мир. У слова «изменит» — довольно туманный смысл. То ли к лучшему, то ли к худшему. Конечно, те, кому вполне комфортно при нынешнем порядке, смотрят на перемены недоверчиво, а то и с откровенным страхом. Вероятность, что для них все станет лучше, невелика. Скорее в действительности это разрушит их привычный образ жизни.
В памяти Гриффена всплыли слова дяди Мэла: «Тебя попытаются либо привлечь в союзники, либо убить».
— Может, именно ты начнешь перемены, а может, кто-то другой, — продолжил Джером, — но легенда утверждает, что все, кто кровно заинтересован, будут тебя проверять и пытаться выяснить, как же с тобой работать дальше.
Гриффен покачал головой.
— Давай на этом остановимся, — предложил он. — Ты сказал, что найти меня было легко. Что ты имел в виду?
— Повторюсь. Я вспомнил, что здесь у тебя сестра, поэтому сюда и приехал, — улыбнулся Джером. — Догадался, что захочешь переговорить с ней после того, как тебя просветили. Затем тупо колесил по округе, пока не засек твой «Гоблин». Приятель, если хочешь, чтобы тебя не замечали, придется пересесть на другую тачку. Твоя слишком бросается в глаза.
Понимая, что Джером прав, Гриффен воспринял идею отказаться от любимца «Гоблина» в штыки.
— В общем, ясно, — сказал он. — А каковы шансы тех, кто знает только о машине? Если бы не вспомнил про Валери, искал бы здесь?
Джером запрокинул голову и рассмеялся.
— Дружище, ты не представляешь, с кем имеешь дело. Я же сказал, что наша команда очень слаба и малочисленна. Нечего и сравнивать с тузами. Сейчас примерно обрисую, что может быть. Один из верховных драконов на этом континенте — Стонер. И знаешь, где он проводит все рабочее время? На ключевом посту в министерстве национальной безопасности. Понимаешь, что это значит? Стоит ему захотеть, и тебя — имя, внешность, марку машины — занесут в компьютерную базу как «подозреваемого в пособничестве террористам». «Не задерживать, но докладывать о каждом шаге». И каждый коп и федеральный агент будут за тобой смотреть в оба.
Внезапно Гриффен отчетливо вспомнил патрульную машину, проезжавшую рядом с «Гоблином». И пристальный взгляд полицейского.
— Да, и можно забыть о кредитных картах, — продолжал Джером. — Кстати, ходят слухи, что мобильные телефоны…
— Одну минуту, Джер, — прервал Гриффен. — Ты сам-то знаешь этого Стонера?
— Только понаслышке. — Друг пожал плечами. — Повторюсь, мы вращаемся в разных кругах.
— Как, по-твоему, — спросил Гриффен, — он способен тому, с кем у него возникли проблемы, устроить аварию на дороге?
— Смотря о чем речь, — замялся Джером. — У тебя что-нибудь конкретное?
Гриффен выложил ему подробности утренней стычки на автостраде.
— Не знаю, — задумался Джером после рассказа. — Такие номера не в духе Стонера. Драконы, особенно влиятельные, стремятся избегать открытой конфронтации. Слишком высокий ранг. Кое-что тем не менее предположить могу. — Он наклонился вперед и понизил голос: — Несмотря на то, что, когда просят, административные власти вроде бы должны сотрудничать, они не любят, если кто-то посягает на сферу их полномочий… особенно федералов. Допустим, Стонер установил за тобой, как пособником террористов, наблюдение. Я бы сказал, пятьдесят на пятьдесят, что, пока ребята в форме следуют букве закона, они не будут просить своих парней, даже в отставке, оказать кому-то неофициальную помощь. Тем более на Юге. Старых добрых консерваторов хлебом не корми, дай только поохотиться на террориста… особенно после 11 сентября.
— …и Стонер не похож на человека, сунувшего мне под дверь гостиничного номера карту, — вслух подумал Гриффен.
— Карту? — переспросил Джером. — В смысле, визитную?
— Нет, я имел в виду карту Таро, — сказал Гриффен и вытащил ее из бумажника.
Джером наклонился вперед, изучая карту, затем, нахмурившись, откинулся обратно на спинку стула.
— Не уверен, что знаю точно, — осторожно произнес он. — Очень надеюсь, что это не то, о чем я подумал.
— Так что же? Джером покачал головой.
— Думаю, тебе придется подождать и спросить о карте у Мойса, который знает больше, — твердо ответил он. — Меньше всего мне бы сейчас хотелось информировать тебя неверно.
— Кстати, об информации. Позволь мне задать еще один вопрос, — смущенно сказал Гриффен. — Когда дядя Малкольм впервые объяснял мне про драконов, он что-то говорил о моих вторичных способностях, которые очень скоро должны проявиться. Может быть, именно это и произошло сегодня утром?
— Возможно, — согласился Джером. — Видимо, чтобы выбраться из передряги, понадобились куда более изощренные навыки вождения. Конечно, мгновенные рефлексы и необычайная сила всегда идут к дракону в комплекте.
— Я о другом, — сказал Гриффен. — О хладнокровии. Случилось то, что не должно было случиться. Ехал себе по обочине, мог спокойно выждать, когда их и след простынет. Вместо этого в голове что-то переклинило, и я рванул за ними вдогонку. Что потом, помню смутно. В конце концов один грузовик опрокинулся в кювет на разделительной полосе, второй вернулся, чтобы ему помочь. На меня нисколько не похоже.
— Не знаю, хуже ли, чем у других, драконий нрав, — качая головой, ответил Джером. — Проблема в том, что с их-то мощью они не могут себе позволить, чтобы разум поддавался чувству. Лучше сразу, Шулер, начинай учиться владеть собой. Если начнешь привлекать к себе слишком много внимания, тебе не поздоровится. Одного только никто не хочет — натолкнуть людей на мысль, что среди них разгуливают драконы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
