— Здравствуйте, Степан Васильевич! — Вошедший первым уверенно протянул руку. — Меня зовут Максим Викторович, фамилия Кашин, это Денис, это наш юрист Владимир, а это Галина…
Максим Викторович улыбался, но фальшиво — только губами: остальные мимические мышцы, а главное, глаза в улыбке не участвовали. И губы тоже складывались как-то странно.
— Мы представляем московскую компанию «Консорциум». Возможно, вы о ней не слышали, но это очень серьезная фирма, с большими возможностями.
Коломиец кивнул и, отвечая настоящей, искренней улыбкой, вышел из-за стола и поручкался с гостями.
— Слышал, слышал, как же, действительно серьезная!
Тут он не лукавил и не пытался из вежливости подыгрывать гостям. О предстоящем визите ему напряженным голосом сообщил вице-губернатор, по поручению губернатора, а тому позвонили из Правительства. К тому же, когда навели справки, то оказалось, что несколько лет назад в Тиходонске с «Консорциумом» была связана темная история, в которой стреляли, взрывали и травили ядами. Поэтому на сердце у мэра было неспокойно.
Он усадил москвичей за большой стол для совещаний. Юрист сразу разложил листки схваченных скрепками документов, секретарша раскрыта свой ноутбук, тонкие, с неброским маникюром пальцы повисли над клавиатурой.
«Хорошая штучка, умная, — одобрительно подумал Степан Васильевич. Он сам так и не освоил компьютер, поэтому большой дисплей на столе всегда светился видом рабочего стола. — Интересно, кто ее дерет? Наверное, старший, этот Максим… А может, начальник повыше…» Мэр хорошо знал существо подобных вопросов.
Но вдруг Галина бросила на него острый взгляд, и Kоломиец увидел себя со стороны ее глазами: реликт советского управления в мятом старомодном костюме, пережиток ушедшей эпохи… Кулик провинциального болота. Излишне большой кабинет с ламинатными панелями под карельскую березу, вульгарно накрашенная секретарша, корейская машина местной сборки…
«Ладно, — подбодрил он сам себя. — Какое ни есть болото, а я в нем хозяин! И мы тоже не пальцем деланные. Вон, в бухте, сколько яхт стоит, а коттеджный поселок на горе вашу Рублевку заткнет за пояс, так еще море из окна видно! И дома у меня два новых костюма имеется, не хуже, чем у этих, а Анька завтра же умоется да перекрасится…»
— Чай, кофе? — по-хозяйски спросил Степан Васильевич.
Он почувствовал себя увереннее и даже ощутил некоторое превосходство. Приезжие годились ему в сыновья. Он старше, опытней, да и физически, наверное, посильнее… Во всяком случае, поджарые спортивные фигуры гостей казались мелковатыми на фоне его массивного начальственного тела. Детишки! Усыновить их, что ли? Научить уму-разуму… Да нет, зачем ему такие сыновья. А вот Галку вполне можно бы удочерить… И уже через неделю она бы смотрела на него совсем по-другому!
Степан Васильевич улыбнулся.
— Может, коньяк? У меня французский найдется!
— Давайте сразу перейдем к делу, — предложил Максим Викторович. Когда он перестал улыбаться, бросилась в глаза особенность лица: правый угол рта поднят вверх, зато левый опущен вниз, в результате рот остается прямым, но перекошенным.
— Мы представляем отдел инвестиций и развития «Консорциума». И хотим купить ваш порт.
Судя по всему, он привык брать быка за рога.
— Что?! — У Коломийца отвисла челюсть.
— Придонский порт. Купить. Будем очень благодарны за содействие.
Кашин положил перед Коломийцем блестящий чемоданчик. Рядом Денис положил такой же. Они синхронно щелкнули замками и подняли крышки. Так в новомодных дорогих ресторанах одновременно снимают с тарелок зеркально блестящие колпаки, открывая сочные стейки, политое малиновым сиропом жирно лоснящееся фуа-гра, румяные креветки и прочие деликатесы. Степана Васильевича однажды водили в Москве в такой ресторан, ему понравилось, хотя чувствовал он себя там не очень уютно, потому что не знал, как правильно есть омара. Сейчас он испытал еще большее напряжение: оба чемодана были набиты стодолларовыми пачками.
— Что это?!
— Это наша благодарность вам лично, — доброжелательно пояснил Максим Викторович. Сейчас он улыбался вполне искренне. На правой щеке проявился тонкий белый шрам, изогнувшийся хищной змейкой от скулы к уху.
Коломиец никогда не видел таких денег. На фоне набитых стодолларовыми пачками чемоданов провинциальный апломб мэра приобрел ощутимый привкус дешевых понтов. Когда на кону такая сумма, то жизнь одного, двух, трех, даже десяти человек ничего не значит. Даже если они мэры придонсков, подонсков и задонсков.
Он посмотрел на сопляков, уверенно расположившихся в его кабинете. Чувство превосходство растворилось в исходящих от них волнах могущества и силы. Взрослый опытный мужик, руководитель, хозяин всего города, ощутил неприятный холодок страха. Да что там холодок — душа ушла в пятки! Как у карася в тихом пруду при появлении наглой зубастой щуки… Больше всего ему хотелось, чтобы незваные гости исчезли вместе со своими деньгами!
Казалось бы — чего проще? Грохнуть кулаком по столу и гаркнуть со всей казачьей удалью. Чтобы вся кодла вылетела к чертовой матери из его кабинета, из его города, из его жизни!
Если бы на столе лежали сто тысяч, или даже миллион рублей, он бы так и сделал. Но на столе лежали другие деньги. Владельцев таких денег не выгоняют взашей. Это они выгоняют кого угодно и откуда угодно…
— За-а-чем вам порт? — хрипло спросил Коломиец, хотя это его совершенно не интересовало. У него внезапно разболелась голова.
— Геополитическая и экономическая роль Южного округа повышается, — тоном опытного лектора пояснил Максим. — Черноморские порты перегружены — что Туапсе, что Новороссийск. Суда по десять дней ждут разгрузки. Потом грузы надо вывезти, а железная дорога тоже перегружена. Горный рельеф затрудняет расширение путей. Проблема давно назрела. А придонский порт позволяет ее решить. Потенциально, грузооборот в нем даст оборот порядка двух миллиардов долларов в год…
— Два и семь десятых миллиарда, — заглянув в бумаги, уточнил Денис.
Степан Васильевич помассировал виски. Он никогда не оперировал такими цифрами.
— Ничего себе… При таких доходах кто разрешит его продать?
— Вы и разрешите, — спокойно сказал Максим. — А насчет доходов… Ведь их еще нет. И чтобы они появились, вначале надо понести расходы. Углубление акватории, строительство новых терминалов, комплекса наземной инфраструктуры, реконструкция транспортных коммуникаций. Инвест-проект обойдется примерно в полтора миллиарда долларов, это по самым скромным подсчетам. Ни город, ни область подобными средствами, естественно, не располагают. Финансирование из Центра не предвидится: Придонск не включен в планы перспективного развития…
— Но это федеральная собственность… Я не могу ею распоряжаться…
— Не беспокойтесь, Степан Васильевич, — вмешался Володя. — На первом этапе мы оформим акционирование и долгосрочную аренду. За семьдесят миллионов долларов. Это входит в компетенцию муниципальных властей, но требуется согласие Правительства. Предварительно вопрос согласован, вот, посмотрите…
Юрист положил перед мэром серьезного вида документ, потом второй, третий…
— Когда наступит второй этап — приватизация, вам это не доставит беспокойства: мы все оформим сами. А бюджет пополнится еще на тридцать миллионов!
Коломиец молчал. От этих миллионов и миллиардов у него закружилась голова. Такие суммы не укладывались в сознании. В крутом боевике героический супермен завладел бы этими чемоданами, рванул куда-нибудь на Карибы и жил долго и счастливо… Но это хорошо только в кино. Где они, эти Карибы? Как туда рвать? Как вывозить такие бабки, как их сохранить и не потерять голову? Да и что делать на тех Карибах? Кем руководить? Кому подчиняться? К тому же вся родня, друзья, знакомые и любовницы находились здесь, в Придонске…
— Итак, Степан Васильевич? — спросил Максим, и в голосе его прозвучали требовательные нотки.
Мэр вздохнул и отодвинул чемоданы.
— Я сам не могу решить этот вопрос. Его надо согласовать с руководством.
— Пожалуйста, согласовывайте, — согласился Максим. — Думаю, недели вам хватит?
Коломиец не очень уверенно кивнул.
— Хватит…
— Вот и прекрасно. В следующий понедельник, в двенадцать, мы вам позвоним.
— А сейчас я предлагаю выехать на природу, — без особого воодушевления предложил Степан Васильевич. — Отдохнем, в казаки вас примем. Банька, шашлычок, пиво, раки…
— Раки? Какая прелесть! — восхитился Максим. — Но сейчас не получится. В следующий раз, когда будем обмывать сделку.
Визитеры синхронно встали, быстро собрали документы, ноутбук и чемоданы, без особой теплоты попрощались и направились к выходу. Секретарша шла последней. Приглушенно процокали каблучки. У нее были стройные ноги и круглая, даже на вид упругая попка, видимо, накачанная в дорогом столичном фитнес-центре. А черные колготки в жару выглядели очень сексуально… Многозначительно хлопнула дверь.
