набросила на плечи коротенький халатик, едва прикрывавший попу, нанесла лёгкий макияж, даже, несмотря на то что она в принципе не считала себя привлекательной, ей показалось, что она сейчас выглядит свежо и мило. Шоуко тяжело вздохнула и вышла из ванной, почти бесшумно ступая она подошла к сдвижной двери в комнату Ватанабе и остановилась перед ней ощущая, как кровь стучит у неё в висках. Сейчас её отделяла от Такаши только бумажная перегородка. Она негромко постучала и тихо проговорила:
— Это я. Можно мне войти?
— Да, конечно, — отвечал Такаши поспешно.
Шоуко сдвинула перегородку и вступила на ту территорию, где ей сейчас предстояло победить или проиграть. Она не смотрела на Ватанабе, если бы она взглянула на него, то слишком сильно бы смутилась и тогда не смогла бы уже сказать то, что собиралась. Шоуко отлично знала, что у неё красивые, длинные ноги, Такаши всегда засматривался на них. Она отлично помнила, как он смутился, когда она показала ему синяки на своих бёдрах. Теперь на её ногах не было кровоподтёков, её почти полностью обнажённые бёдра были гладкими и белыми. Она знала, рассчитывала на то, что Такаши пожирает глазами её ноги, её тело. «Только щёлкни пальцами и я вся твоя!» — думала Шоуко. Она всё же решилась взглянуть на Ватанабе, он смотрел на неё и в его взгляде она вдруг увидела жалость, ей показалось, что только жалость и ничего больше. И она отшатнулась, так как будто её ударил Аой.
— Что случилось, Канабэ-тян? — спросил её Такаши.
— Прости, — прошептала она, не глядя на него, и побежала в свою комнату.
— Шоуко!
В своей комнате она бросилась на футон и безудержно и горько разрыдалась, закрыв лицо руками.
— Шоуко, что происходит? — Такаши вошёл вслед за ней, но она плакала и ничего ему не отвечала. Тогда он сел с ней рядом и обнял её за плечи. Канабэ прижалась к нему, жалобно всхлипывая словно брошенный котёнок.
— Шоуко, что с тобой? — мягко говорил Такаши гладя её спину, Шоуко отстранилась от него и захлёбываясь рыданиями, заговорила сбивчиво и быстро:
— Тебе жалко меня? Да, я жалкая! Я знаю, что я грязная! Что тебе противно прикасаться ко мне! Но неужели я не заслужила ничего кроме жалости?! Ведь я люблю тебя! Что мне делать Такаши-кун?
Она замолчала, тяжело дыша, словно задыхаясь. Такаши поцеловал её, её губы были солёными от слёз, он впервые поцеловал её сам, до сих пор инициатива всегда исходила от Канабэ, и сразу же вслед за этим он потерял контроль над собой. Такаши совершенно позабыл о том, что это неправильно, о том, что дед спит две комнаты отсюда, он развязал пояс халата и снял с Шоуко ту единственную одежду, что была на ней. Как он и ожидал, под халатиком у неё ничего не было. Он это понял едва она вошла в его комнату, исходивший от неё одуряющее приятный запах кружил ему голову. Шоуко что-то шептала, запустив обе руки ему в волосы, он целовал её тело, плечи, грудь, живот, спускаясь всё ниже. Честно говоря, он уже не думал о том, что для Канабэ сейчас это может быть неимоверно тяжело, он хотел её так сильно, что уже не мог контролировать себя. Какая-то часть его сознания осознавала, что Шоуко изо всех сил старается, чтобы не дать страху овладеть собой, но руки его действовали словно сами по себе. Эти жадные, решительные руки раздвинули её бёдра и Такаши стал ласкать языком сокровенное место Шоуко.
— Такаши! Такаши-кун! — шептала она, но, кажется, Канабэ всё ещё была скованна и зажата, она помогла Ватанабе раздеться. Его член показался ей просто огромным. Шоуко считала, что у Аоя был огромный член, но по сравнению с достоинством Такаши, член её сводного брата был скорее похож на маленький членик младшеклассника. Шоуко пришло в голову, что такой монстр просто никак не сможет в ней поместиться. Она склонилась к его паху и поцеловала член Ватанабе, потом взяла его в рот. Она ожидала, что ей придётся подавлять свои рвотные позывы, как обычно у неё, бывало, когда сводный брат заставлял её сосать у него, но, к её удивлению, сейчас всё было совершенно по-другому. Неожиданно для себя самой Шоуко ощутила сильное возбуждение, боясь ошибиться она, провела рукой у себя между ног, её пальцы погрузились между мокрыми горячими губками, и она едва смогла сдержать стон. Оторвавшись от его члена, Шоуко с удивлением уставилась на свои пальцы, на которых блестел её сок.
— Такаши, — прошептала она, — я намокла! Я никогда раньше не намокала!
Ватанабе попытался опрокинуть её на спину, но Шоуко сказала ему.
— Я хочу быть сверху! Если ты не против!
Когда она оседлала его бёдра его член упёрся ей почти в пупок.
— Твой член просто огромный! — проговорила Шоуко с восхищением. Ей пришлось привстать на корточки чтобы ввести его пенис внутрь. Когда головка его члена раздвинула её нижние губки, Шоуко подумала, что больше ничего не влезет, но к её удивлению, она опускалась всё ниже, а боль, которую она ожидала всё не приходила.
— Он вошёл! — сказала она сама поражённая этим фактом, когда её бёдра, коснулись бёдер Такаши. Ватанабе застонал и Шоуко положив его руки себе на талию, начала двигаться, поднимаясь и опускаясь. Каждый раз, оказавшись в нижней точке, она ощущала себя наполненной и нежные стенки её вагины начинали сокращаться, сдавливая член Ватанабе и вызывая у него хриплые стоны.
— Впервые так! Мне впервые так приятно! Мне первый раз так хорошо! Такаши ты такой классный! Я люблю тебя! — шептала Шоуко глядя ему в глаза. Ватанабе наклонил её на себя, их губы слились, Такаши просунул своей язык ей в рот и Канабэ судорожно задвигала тазом насаживаясь на его пенис всем своим маленьким телом. По её телу пробежала дрожь, её накрыло тёплой волной, накрыло всё её тело от кончиков пальцев до корней волос. Тело Такаши изогнулось под ней и Шоуко ощутила, как его сперма извергается внутри её тела.
— Я, кажется, кончила, Такаши-кун! — проговорила она извиняющимся тоном.
— Прости, Шоуко, я, кажется, кончил внутрь, — растеряно отвечал Такаши.
— Да! — отвечала Канабэ.
Она засмеялась и Ватанабе улыбнулся в ответ. Его член был всё ещё внутри неё, и он был всё ещё твёрдым.
— Тебе не больно? — спросил Такаши.
— Он у тебя большой, но нет, мне совсем не больно! Ты всё ещё хочешь…, — Шоуко смущённо не договорила. Она подумала, что довольно-таки странно смущаться из-за слов, когда член парня находится внутри твоего
