В те дни купить в магазине мясо страуса казалось запредельной фантастикой, а для нас это становится повседневной реальностью. Уже появляется на прилавках страусятина, мясо ламы или вместо говядины продают аргентинских буйволов.
В заключение на оставшиеся копейки я приобрел в винном бутылку «Сахры» – кто не знает, это приятное узбекское крепленое вино, светлое и очень сладкое, по вкусу напоминающее виноград.
* * *
Поход по магазинам занял полчаса. Еще полчаса, за которые сварилась эта корявая косточка, я резал овощи. На арабской сковородке, чтобы не пахло салом, я пережарил слегка мелко нарезанный лук, который тоже отправил в борщ, а затем в остатки лука положил пельмени и на подсолнечном масле обжарил пельмени. Короче меньше чем за два часа был готов отличный обед из нескольких блюд. Помидор с огурцом и луком с половиной сметаны стали салатом. Конечно не хватало лаврушки, перца, укропчика и еще кое-каких мелочей, но и то что получилось лишило бедных семитов голоса. Они пытались возразить насчет пельменей, но я достал коронную справку. Арабы покочевряжились было, потом попробовали и полетели эти страусинные пельмени за милую душу, только их и видели.
От вина они тоже поначалу отказывались. Мол, мы правоверные, нам в дневное время нельзя, да и вечером… Но понюхав, подумав, посмотрев как я пью второй раз по чуть-чуть… Короче, слаб человек, будь он хоть крещеный, хоть обрезанный. И улетела «Сахра» вместе с пельменями.
И тут же память, ведомая, одной ей известными законами напомнила еще одну историю. Мы занимались на физкультуре в группе туризма или, если хотите туристической секции. Я записался в эту секцию одним из первых, резонно решив, что рекорды и достижения мне не светят ни в одном виде спорта, идти, допустим в плаванье, это показывать какие-то ркорды, до которых еще добраться надо, а здесь знай броди по округе, рассматривай красоты и расширяй свой кругозор. Будущее показало, что в своих прогнозах я оказался прав, и в течение осени ко мне, а через два месяца я уже считался здесь старожилом, стали переходить и легкоатлеты, и футболисты, и лыжники и все остальные друзья и товарищи услышавшие мои рассказы.
За осень мы прониклись туристическим духом и сходили пару раз в туристические походы в район Кубинки.
Александр Иванович, так звали нашего руководителя, отлично знал ближнее Подмосковье, и если и не каждую тропинку, то уж, наверняка, каждый населенный пункт и дорогу, по которой из пункта А можно было бы пройти в пункт Б.
Зимой он нас на заснеженной местности не мучил. За зимние месяцы мы научились вязать страховочные узлы на репшнуре, а как только тропки и дорожки в лесах и весях просохли мы пошли в походы. Чуть позже началась сдача норм ГТО и БГТО и мы, как вместе с нашим бессменным руководителем, так без него стали принимать зачеты по туризму у различных факультетов.
Как правило, сдача нормативов заключалась в следующем. Мы встречались вместе с факультетом в районе Филей, ехали на электричке до платформы Ильинское, там выходили и «таежными тропами», через лес по свежему воздуху, проходили до станции Усово. Это было приблизительно требуемое для зачета расстояние.
Не доходя до Усово, делали привал, отдыхали, кушали, играли волейбол, затем шли на платформу, садились в электричку и возвращались обратно до Филей, Филевского парка или Рабочего Поселка, кому куда было нужно. Ничего трудного, ничего сложного. Проводились эти походы, как правило, по субботам, и это был просто великолепный субботний отдых.
Так продолжалось весь апрель и май. Потом экзамены, каникулы, а осенью все с начала.
* * *
В ту пятницу мы начали собираться вечером как обычно. Ничего не предвещало каких-то небывалых событий назавтра. Только Николай Ныкин, плотный парнишка почти квадратной формы от распиравших его мышц, вдруг заявил:
– Я завтра с вами никуда не еду.
– Ты чего это, Коля?
– У меня завтра день рождения, друзья соберутся, мы и здесь хорошо отдохнем, – и засмеялся в предвкушении завтрашнего застолья.
И ведь давно известно, что все мальчишники, все торжества без женщин выливаются всегда в самую заурядную пьянку.
Назавтра вечером мы вышли на Рабочем Поселке. Там был неплохой деревенский магазинчик РайСО, тогда еще функционировали в черте столицы небольшие магазины райпотребкооперации, снабжавшиеся по своим каналам со своих баз и складов.
Заходим в деревянный деревенский дом с печкой и трубой, а внутри полное изобилие. Конечно же изобилие по нашим меркам. Молодой картофель, а в то время картошку из Турции и Египта еще не возили, обходились своим урожаем, поэтому весной никаких свежих овощей на прилавках магазинов еще не было. И молодой картофель был для нас в диковинку. Сельдь бешенка, копченая. Каспийская селедка залом, размером каждая более полуметра. Вот думаем подфартило, вот это ужин у нас получится! Взяли маслица и сливочного, и подсолнечного, взяли картофеля и набрали целую батарею портвейна Агдам – светлого азербайджанского вина, очень приятного на вкус. Прыгнули на автобус, а до общежития минут пятнадцать-двадцать.
В комнате никого. Чистота и порядок. Ребята посидели и все за собой убрали. Ныкин спит на кровати одетый, без задних ног. Ну, что же, пускай себе спит, отдыхает, тревожить не будем.
Селедочку почистили, картошечку прямо в мундире варить поставили. Запах райский. А мы по лесам, по долам нагулялись, есть хочется, слюнки бегут.
Бам-м-м-м! А в комнате ни одного стакана нет! Нас, конечно, этим не остановишь. Мы при необходимости и без стакана справимся. Но зачем такое первобытное варварство, тем паче, что мужики второй год в высотке в столовой подрабатывали и натаскали этих стаканов воз и малую тележку.
Стали Николая будить.
– Коля, друг наш разлюбезный, скажи, не таись, куда стаканы все делись? Не устраивали ли вы здесь игрищ вроде снежков и не бросали друг в друга стаканами?
– Ребята, мы их съели! – и дальше спит. Стаканами мы, конечно, у соседей одолжились. А произошло в комнате на злополучном дне рождения следующее.
Когда все поздравления были сказаны-высказаны по три раза, когда все анекдоты были рассказаны, даже те, которые помнились очень смутно, когда все актуальные темы обсудили, а в тишине пить стало скучно, на подобных торжествах поют обычно песни. Но без женщин песни не клеились, да и слов толком никто не знал. Вот тогда один из присутствовавших мариманов, а там в основном и разговлялись бывшие флотские ребята, служившие на Балтийском да на Северном флотах, решил изобразить необыкновенный фокус. На столе стояли граненые толстостенные стаканы и изящные тонкого стекла. Он прилюдно напоказ встал и демонстративно откусил кусок тонкостенного стакана. Народ в ужасе застыл, ожидая, что сейчас начнется истечение кровью и потребуется самая действенная первая помощь в виде останавливания кровотечений, накладывания повязок и вызывания карет скорой помощи.
Однако, ничего сверхнеобыкновенного не произошло. Не было последних стонов, вздохов и потоков крови, не было ужасных криков, беготни, поиска телефона и гудков «Скорой помощи». Виновник происшествия спокойно запил откушенный кусок порцией Московской и улыбаясь уселся на свое место.
– Главное, – пояснил доморощенный фокусник, – чтобы зубы были абсолютно здоровыми! Ну, и, конечно, нужно все это дело запить своевременно. А секретов никаких нет и такой фокус может проделывать каждый!
Вот тогда и разразилась настоящая вакханалия. Каждый кусал стакан. Кто-то уцепился за два стакана. Продолжалось все это до полного истощения стаканных запасов. Хоть в комнате жили и бессменные работники столовой, но количество стаканов у них было все-таки не бесконечное.
Когда стаканы закончились, в комнате убрались и разошлись, а вскоре уже и мы приехали. Так что бывают и такие удивительные казусы. Хотя на небывалые случаи судьба никогда не скупилась.
* * *
Однажды всей компанией отправились в близлежащий магазин, чтобы что-то приобрести на ужин. Денег было в обрез, сами мы голодные, поэтому хочется всего, но через небольшие расходы.
Основное блюдо было известно и конкурентов ему не было месяцами, если не годами. Это жареная картошечка. Но к картошечке хочется еще чего-нибудь. Может селедочки посолониться, может мясца побаловаться, может еще что-нибудь поинтереснее.
А тут смотрим и удивляемся. Лежит мясо. Целыми брикетами, полосами без жил, жира и костей, и всего по 60 копеек за килограмм. Оказалось китовое мясо. Из рыбы-кита стало быть. Понюхали, рыбой вроде бы не пахнет, да кит все-таки и не рыба, и рыбу он даже не ест.
Пожарили, а потом, я взял болгарский овощной сок «Тангра» называется. В основном там помидоры, конечно, но есть и морковка и перец и лук и все остальное, что хозяйки тушат и режут и в суп или салат кладут. А здесь все почищено, помыто и порезано, мы наше мясо из не приведи чего залили этим соком и хорошенько потушили.
