период? Самолеты не летают, птеродактили тоже. А по человеку сразу можно сказать многое, в том числе и об эпохе.
— Ляпота-то какая! — сказал я, рассматривая окрестности.
Панорама захватывала. Величественная река, раздваивающая свое русло и образующее большой остров, невообразимое количество растительности. На острове, в месте, которое я уже присмотрел еще с горы, стояли вековые дубы. Они, казалось укроют меня своими кронами даже от дождя и урагана. Место какое-то… не знаю, вернее, не скажу, так как не хотелось бы плодить мистику или религиозность, не убедившись в том, что они имеют место.
— Хрясь! — хрустнула ветка подо мной, но я успел сместиться к стволу дерева.
Это я так дернулся. Было из-за чего.
— Люди! — радостно прокричал я.
Отметая от себя мысли об столетнем одиночестве, только сейчас понял, что именно это, оказаться одному, сильнее всего пугало. Быть одним… нет, тут лучше попытаться войти в коллектив, или создать свой, привлекая людей. Не получится, так умереть в бою. Но жить в одиночестве я не способен. Человек — он социальное существо. Робинзон и тот нашел себе Пятницу. Мне бы хоть какую симпатичную «субботницу», уже было бы по-проще. 0
Три дня быть одному уже становится мукой. А тут годы, десятилетия. Так что да, я радуюсь! ЛЮДИ!
По реке, дальнему от меня руслу, плыли лодки. Одна, большая, скорее походила на плот, но с бортами, а были еще пять других плавательных средств. Наверное, что-то похожее греки называли, или еще назовут, «моноксилами»- однодерёвками. Создавалось впечатление, что плывет кто-то важный с сопровождением.
Глава 4
Глава 4
Интерлюдия
Севия молчала. Она не проронила ни одного слова с того момента, как ее отец, вождь племени Рысей, чтимый людьми и признаваемый богами, славный лекс Хлудваг, не объявил свою волю. Севии предписывалось стать женой и родить сына Диноклу, лексу сильного племени Огня.
Отец, конечно, не должен был оправдываться или объяснять, он был своем праве. Патриарх самого сильного рода племени Рысей, он распоряжался своими детьми по собственному усмотрению, тем более дочерями. Севия была инструментом в политике лекса Хлудвага. Ему надо было создать основу для союза с племенем Огня, вот лекс и отдает свою старшую дочь, первую красавицу племени, за старого и изуродованного Динокла, о скверном характере которого ходят легенды.
Совия с самого рождения знала, что не принадлежит себе. Темные времена настали для племени Рысей, как и для всех остальных в этих краях. Род идет на род, племена устраивают свару, колесницы постоянно стоят запряженными и ждут боя. Не было так еще пять лет назад. Но идут сильные племена и сгоняют со своих мест слабых.
Несколько десятков извергов, спросившись разрешения у лекса племени Рысей, основали свое селение в землях Рысей. Эти люди бежали от нашествия людей с Северо-Востока.
Динокл имел в своем распоряжении почти три сотни воинов, а так же четыре колесницы, и был, наверное, сильнейшим лексом на десять дней пути по реке. Севия понимала, что союз с таким правителем для ее отца будет важным. У Хлудвага две сотни воинов и две колесницы. Молодых охотников в племени хватает, но охотник, без инициации — не воин. Межу тем потенциал Рысей был сильно больше. Молодое поколение подрастало и вступало с силу, только на это лето планировалось провести инициации для тридцати шести молодых охотников.
Рысей больше, чем людей в племени Огня, но Динокл вел жестокую политику в отношении своих людей. Вся экономика, быт, отношения внутри племени — все для того, чтобы быть сильнее. Рыси могли бы себе позволить и большее количество воинов, но даже у воинственного Хлудвага хватило мудрости понять, что не только войной и грабежами кормится племя, но и рыбаками, охотниками, животноводами и земледельцами. Не все занятия можно отдать на откуп женщинам.
Динокл считал, что только страх может побуждать людей работать. Севию пуще остального, даже внешнего уродства, пугало моральное уродство лекса племени Огня. Динокл узаконил людоедство, как казнь и не только. Но то, что провинившийся человек видит, как едят его конечности!.. Севия разное видела, но подобное считала неприемлемым.
И не только старость и уродство Динокла смущало девушку, а то, что четыре жены Динокла умерли, люди говорят, что не своей смертью. Он забил их за какие-то незначительные проступки.
— Сестра, не молчи! — сказал Норей, брат Севии и наследник лекса племени Рысей. — Ну я тут причем! Ты же знаешь, что идут восточные племена, они многочисленные и с многими колесницами. Говорят у них даже бронзовые топоры есть. Мы сами не выстоим. А на их пути остаются только племена на юге Ниреи [река Сож].
— Вздор! Откуда тут, у нас бронза, чтобы тратить ее на боевые топоры? Только у великих лексов, конугов или жрецов может быть бронзовый топор. И то им никто не воюет, а охраняет, как главную ценность. Наслушаешься старух-ткачих, так они и не такое расскажут. Бездельницы старые, — не удержалась Севия и механически вступила в спор со своим любимым братом.
— Ты женщина! Что тебе может быть понятным? — Норей ухмыльнулся.
— Все! Больше ничего не скажу! — обиженно ответила Севия.
В иной ситуации она могла бы и отвесить младшему братцу подзатыльник, но рядом воины и нельзя ронять авторитет наследника вождя племени. Норей такое точно не простит, а он, наверное, единственный, с кем Севия может свободно разговаривать. Был еще Корн… Но тому только одно и нужно было. А девушке нельзя пускать кровь, так как муж имеет полное право отказаться и она станет опозорена, могут и из племени выгнать. Хотя кое-что Корн получил, перед самым отъездом Севии. И это кое-что девушке не понравилось.
— Сестра, я твой брат и не дам тебя в обиду! — Норей попытался приобнять Севию.
— Ты уедешь, — девушка отстранилась от объятий. — После обряда перед богами, ты уедешь, а я останусь в чужом племени.
— После обряда, племя Огня станет твоим племенем. А наш славный воин Никей не даст тебя в обиду. Цени! Отец наш, чтимый людьми и признаваемый богами, славный Хлудваг, отдал тебе лучшего воина племени Рысей. Он любого победит в поединке и защитит твою честь, — младший брат пытался приободрить сестру.
На самом деле, Севия и Норей были сводными. У Хлудвага, как у уважаемого и властьимущего человека было четыре жены. Севия была от второй жены, Мерсии, ну а Норей был от главной супруги лекса
