— А, так ты об этом знаешь… — Билл махнул рукой и улегся на любимый валун. — Готов спорить, это Кей Си всем растрепала. Так и рассказывать-то неинтересно.
— Интересно-интересно, — скандировала я, разгоняя руками непослушные звезды. — Расскажи еще. Е-ще! Е-ще!
— Эк тебя вставило-то с одной затяжки, — усмехнулся он. — О, да все давно уже угомонились. Иди спать, Джа. Завтра я буду преподавать вам первый урок цинизма. Набирайся сил.
Он уполз в палатку и вскоре захрапел, а я еще долго лежала у погасшего костра, глядя в звездное небо и терзаясь догадками.
Да, кстати, это именно с тех пор, с легкой руки Билла, меня и прозвали Джа.
* * *
После обычной утренней пробежки под разыгравшейся непогодой Билл велел нам взять оружие, и мы направились к новому стойбищу. Палеопитеки поселились внутри каменного нагромождения, оставшегося после прохода ледника, и еще не успели обжить его, как следует. По правде сказать, их прежнее место было гораздо удобнее — и пещера надежнее, и озеро рядом. Но никто из нас почему-то так и не предложил перейти на новое место, чтобы «обезьянки», заметив наше исчезновение, смогли вернуться.
— Я не случайно взял вас именно в древний мир, — менторским тоном начал Билл. — Как видите, здешние «homo» еще не развиты до настоящих «sapiens». К ним вполне можно относиться, как к животным. Убивать животных вы уже научились. Теперь, — он строго оглядел нас, враз притихших, — попробуйте убить человекообразную обезьяну.
— Они уже не обезьяны, — несмело возразил Пол.
— Но пока еще и не люди. Начинать сразу с людей не всякому под силу, а потренироваться вам все равно нужно. Приступайте. Выберите себе по цели, и вперед.
Никто не шелохнулся. Билл взял в руки короткоствольный «узи» и предупредил:
— Четыре жертвы — или я расстреляю их всех.
— Зачем? — не выдержала Энн. Ветеран чуть усмехнулся.
— Часто повторяют, что если бы в свое время кто-нибудь пристрелил одного человека, миллионам стало бы намного проще жить. Вы согласны?
Все угрюмо молчали. Дождь лил с капюшонов.
— Я расцениваю молчание, как знак согласия. У сегодняшней тренировки есть определенная цель. В отношении палеопитеков рассматривайте меня, как опосредованный негативный фактор. Вам в любом случае придется выбрать и отсеять четверых — можно больных и слабых — чтобы я не тронул остальных. Пусть благополучно живут себе дальше, пока не задерут хищники или не сожрут блохи, а то и собственные соплеменники.
— Мы убиваем животных только ради еды или защиты, — снова возмутился Пол, и остальные тихо поддакнули. — Люди нам не мешают.
— Ладно, — обманчиво-мягким тоном произнес Амброс. — Похоже, вы еще не поняли. Вы думали, вам просто дадут попутешествовать на халяву, поглазеть на иные миры, поиграть там во всемогущество, и за это ничем не придется платить? Вынужден разочаровать: TSR — точно такая же мышеловка, как и любое из известных вам агентств разведки. Не нравится — возвращайтесь прямо сейчас, отправляйтесь в медицинский отдел, вам зачистят память, удалят чипы — и убирайтесь. Нам не нужны разборчивые мечтатели с фарисейской моральной позицией.
Мне стало не по себе. Перспектива навсегда забыть фантастическую работу-мечту и вернуться к прежней неопределенно-однообразной жизни вдруг показалась хуже жалкой первобытной участи палеопитеков. В голосе Билла зазвенел металл:
— Запомните: для вас здесь не существует иной воли, кроме моей. Мои задания всегда выполняются, приказы не обсуждаются. Раз вы поставили под сомнение мое распоряжение, задача меняется на противоположную. Выбрать цель так, чтобы своим выстрелом нанести стаду максимальный ущерб. Никаких больных и слабых. Уничтожать самых сильных и молодых.
Все почувствовали, что от любых возражений может стать еще хуже, и окончательно притихли. Мне вдруг с удивительной ясностью вспомнился вчерашний разговор об искусственном отборе кланов. Вот значит, какими методами нам придется работать? Словно услышав мои мысли, Билл протянул мне крупнокалиберный пистолет.
— Иди сюда, Анерстрим, покажи пример остальным, — я колебалась, и он презрительно фыркнул: — Надо же! То предлагала разнести всю Землю ядерной войной, а теперь слабо прострелить безмозглую башку одной обезьяне?
— Мне плевать на обезьян, но ведь в этом действительно нет необходимости, — пробормотала я. — Зачем их убивать? Давайте потренируемся на волках. Они подходят все ближе с каждым днем, скоро обнаглеют и попробуют напасть на лагерь.
— Это слишком просто для вас, — возразил Билл. — И в этом действительно пока нет необходимости. А в моем задании — есть.
И тут кусочки мозаики в моей голове встали на место.
— Билл, скажи-ка, а итоги нашей сегодняшней тренировки будут потом каким-то образом оцениваться в будущем этой утопии?
Если бы Амброс был котом, он бы сейчас точно замурлыкал.
— Потом? А кто тебе сказал, моя дорогая, что они не оцениваются уже сейчас?
— То есть, сейчас кто-то еще заброшен в эту утопию к потомкам, и отслеживает последствия? — удивленно уточнила Энн.
— Логично мыслите, — помедлив, согласился он. — Так что, кто начнет первым?
Все по-прежнему сомневались, но уже не так отчаянно. Билл смотрел на меня, чуть улыбаясь. И вдруг шагнул вперед и тихо произнес мне в самое ухо:
— Я поставил на тебя, Джа. Что именно ты сможешь выстрелить первой. Точнее, это Чарли на тебя поставил, и меня подбил. Не подведи нас.
Краска бросилась мне в лицо, да так, что холодный день в одночасье стал жарким. Билл снова подал мне пистолет и иронично добавил:
— Если оправдаешь наши ожидания, похлопочем, чтобы тебя поставили в парочку недельных рейдов с Уокером. Он, знаешь ли, любит обучать перспективных стажерок.
А я-то думала, что краснеть уже некуда…
— Давай, Джа. Все равно вам всем придется пройти через это, чтобы впоследствии однажды выжить, и не раз. Тебе сейчас сложнее всех, но идущий первым всегда прокладывает дорогу остальным.
Как в тумане, моя рука сама потянулась к оружию.
— Выбери цель, — продолжал Билл. — Это важно. У тебя только один выстрел, потом эти твари разбегутся. Помни — дома ждут результата, и он должен быть заметен.
— От исчезновения одного палеопитека?
— А ты правильно выбери цель.
Я присмотрелась к толпе чумазых разномастных созданий, прячущихся от холодного дождя. Они не видели нас, сгрудившись под огромными нависающими глыбами. Одна лишь мысль о том, чтобы прицельно отстреливать тех, кто не может защищаться, вызывала нешуточный внутренний протест. Но тянуть было уже некуда, и мне пришлось отмести эти мысли в сторону и сосредоточиться на задании. В конце концов, не я, так кто-нибудь другой все равно это сделает. А может… и правда кто-нибудь другой?..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
