в эмигрантской печати началась полемика об испанских событиях. 19 июля 1936 г. руководители РОВСа и РЦО объявили о своей поддержке восстания националистов[116]. Правые и центристские издания также безоговорочно поддержали выступление. Даже такой осторожный в своих суждениях человек, как А.И. Деникин, пожелал успеха восставшим, но порекомендовал эмигрантам воздержаться от участия в испанских событиях.
Вскоре, по аналогии с Россией времен Гражданской войны, испанских левых стали называть красными, а восставших – белыми. С легкой руки журналистов Русского Зарубежья эти названия закрепились и в европейской прессе.
1 августа 1936 г. с гневной критикой в адрес восставших на страницах «Новой России» выступил А.Ф. Керенский. В своей статье «Испанские Корниловы» он провел аналогию между испанскими и русскими событиями, сравнив выступление Франко с мятежом генерала Л.Г. Корнилова. Другие эмигрантские издания левого лагеря пошли еще дальше и начали травлю испанских националистов. Особенно преуспел в этом печатный орган Союза возвращения на Родину.
Откликнулся на испанские события и Н.В. Шинкаренко – в августовском номере журнала «Часовой» была опубликована его статья «Привет испанским “Корниловцам”». В ней автор высказал свое отношение к восстанию националистов и провел параллели с белой борьбой в России: «Знаю или, точнее, чувствую, – и каждый из нас, Русских военных, вероятно, знает и чувствует тоже, – что за все 16 лет, истекших со дня нашего поражения, еще никогда, ни в какой точке земного шара не пришлось белому и красному снова сплестись в столь трагическом поединке.
И – есть все-таки такое ощущение, что может на этот раз одолеет белое. Наше. Дай, Боже! Дай, Боже! Дай, Боже!..»[117]
А.Ф. Керенский
Два месяца спустя на страницах белградского «Царского вестника» была опубликована эмоциональная статья А.А. Керсновского «Никаких испанцев!»[118], в которой автор гневно обличал «Общее дело» испанских правых и русских белогвардейцев, негодуя, что испанцы не прибыли в Россию на помощь белым[119]. Отповедь военному писателю на страницах того же издания дал герой Великой войны генерал-майор М.Ф. Скородумов[120]. В отличие от Керсновского, он считал, что «…русский офицер должен быть рыцарем всегда и всюду и, будучи убежденным антибольшевиком, должен уничтожать большевиков в любой испанской, французской, немецкой и других территориях…»[121]. Позже в полемику с Керсновским вступил видный публицист русского военного зарубежья В.Х. Даватц, назвавший выступление историка «смердяковской моралью»[122].
А.А. Керсновский
Генерал Скородумов еще раз затронул тему Испании в отдельной листовке «Что такое большевизм?»: «Не все ли равно, по какому месту бить большевиков: по морде, по затылку или по пятке, т. е. бить ли в России, в Испании или в Японии. Главное, бить и не дать опомниться! Где высунется красная морда, там и трах по морде»[123].
«Последние новости» П.Н. Милюкова старались сохранять объективность, но бывали и перегибы. Так, в январе 1937 г. была опубликована статья М. Александрова «Ложная аналогия». В ней автор говорил о недопустимости отождествления белых русских и испанцев: «Русские эмигранты, белые офицеры, побежденные, унесли с собой одно право – именовать себя русскими патриотами. Они восстали против унижения страны, которой стали торговать большевики… Оскорблением для них и для их павших товарищей является сближение с испанскими изменниками… Бунт генералов не имел никаких патриотических мотивов, это они стали распродавать Испанию немцам и итальянцам»[124].
Таким образом, в прессе русской диаспоры бытовали различные мнения о событиях в Испании, которые, как правило, основывались на предвоенных политических пристрастиях.
Географическая близость Испании и Франции позволяла русским эмигрантам, обосновавшимся на французской территории, быть в гуще испанских событий. Особенно много внимания уделялось испанским событиям в 1936–1937 гг. Так, в конце сентября 1936 г. в русском клубе «Свободная мысль» в Париже состоялся доклад В.М. Волина «Что происходит в Испании?». От инициативы левых не отставали и центристы: 8 октября 1936 г. в парижском помещении РЦО состоялся доклад С.С. Ольденбурга «Борьба в Испании». Спустя 18 дней на собрании «Новой России» Д.О. Гронским был прочтен доклад «Шесть недель гражданской войны в Мадриде». Еще одно эмигрантское собрание, посвященное Испании, состоялось 29 января 1937 г. под председательством И.А. Бунина[125]. На нем с сообщением «Что я видел в Испании у красных и белых» выступил известный французский писатель Жан Таро.
Эмигрантская пресса продолжала уделять испанским событиям должное внимание: практически все основные издания Русского Зарубежья с завидным постоянством освещали боевые действия и международную реакцию на войну[126].
За событиями в Испании пристально следили не только русские эмигранты, проживавшие во Франции и на Балканах, но и эмигранты в других уголках мира[127]. В сентябре 1936 г. с призывом поддержать восстание националистов выступили лидеры русских эмигрантских организации Германии и Маньчжурии[128].
Важна и интересна позиция Русской православной церкви за рубежом в отношении испанских событий. Подавляющее большинство священников-эмигрантов сочувствовали восстанию Франко. Жестокое преследование республиканцами испанских священнослужителей побудило русских клириков стать активными сторонниками франкистов. Однако официальная позиция митрополита Евлогия была другой. По информации одного из русских добровольцев, его сторонники запретили священникам посещать русский отряд в армии Франко. Несмотря на это, двое русских священнослужителей все же побывали в Испании и посетили русских добровольцев. Религиозность испанцев-националистов и их бескомпромиссная борьба с атеизмом дали повод одному из русских священников, побывавших в Испании, сказать следующие слова: «Испания впервые мне дала почувствовать, что это такое – “христолюбивое воинство”»[129].
В годы войны отношение русских эмигрантов к воюющим сторонам почти не менялось, однако встреча русских эмигрантов с республиканскими беженцами из Испании стала для первых большим разочарованием. К примеру, в феврале 1939 г. генерал-лейтенант Д.И. Ромейко-Гурко написал в письме своему бывшему однополчанину следующее: «Даже левые очень разочарованы в красных испанцах после того, что их увидели воочию; они с собой привезли массу награбленного, половину отобрали, но остальная часть осталась при них»[130].
Победа Франко вызвала ликование среди его русских почитателей. Наиболее ярко это выразил «Галлиполийский вестник» в одной из статей в феврале 1939 г.: «Победил генерал Франко, победила Белая Испания, победили принципы истинной свободы, права, красоты и правды»[131].
Русская военная эмиграция накануне испанских событий
Нам совершенно понятно, что именно вы в качестве подлинных представителей великой, традиционной России в состоянии оценить все значение нашего тяжкого крестового похода для освобождения Испании от варварства красных полчищ.
Из письма штаба Ф. Франко к А.А. фон Лампе
Наиболее сплоченной частью русской военной эмиграции были подразделения армии генерала Врангеля. Покинув Крым в ноябре 1920 г., части Русской армии были распределены по пустынным лагерям в Турции. Каждый из корпусов армии получил свой клочок земли: 1‑й армейский корпус – Галлиполи, Донской корпус – район Чаталджи, Кубанский корпус – остров Лемнос. Трудно описать, через что пришлось пройти русским воинам на
