Больше всего беспокоило Трейси то обстоятельство, что обнаружилась еще одна неизвестная ей сторона личности ее мужа, которого, как Трейси убедилась за последний год, она знала не так хорошо, как думала.
Трейси была обескуражена тем, как много из своих дел Джейс скрывал от нее, и поняла, что делила с ним лишь одну часть его жизни. Вся его деятельность за пределами их красивого дома, оказывается, скрывалась за завесой секретности. И Трейси не могла понять почему, ведь за все то время, что она входила во владение его собственностью, не обнаружилось ничего такого, что надо скрывать.
Так было до сих пор.
Сердце ее сжалось. Что же сделало Джейса таким скрытным? Разумнее всего было бы приписать его замкнутость природной потребности сохранить неприкосновенность своей личной жизни.
Трейси предстояло принять решение: ждать ли возвращения Слейда или позвонить Броку Макфи и условиться о времени отъезда. Единственное, что мешало ей упаковать вещи и покинуть Дабл-Джей, была свойственная ее натуре потребность доводить все до конца. Если она вернется в Сан-Франциско, оставив все как есть, то всю жизнь будет гадать, какой же секрет остался для нее нераскрытым. А в случае, если она останется, ей нужно будет сделать несколько телефонных звонков — отцу и в свой офис.
И Трейси приняла решение: она должна остаться, и к черту размышления о том, что сделает Слейд, когда он наконец вернется и обнаружит, что она все еще на ранчо. С этим твердым намерением Трейси откинула покрывало и встала.
Дорого заплатив за науку, что старые вещи часто выходят из строя, она проверила, надежно ли закрыт замок в ванной. Хоть было и маловероятно, что сегодня кто-то застанет ее врасплох. В отсутствие Слейда возможность какой-либо угрозы для нее в Дабл-Джей была полностью исключена.
Поймав свое отражение в зеркале, Трейси убедилась в верности этого умозаключения. Слейд представлял угрозу с многих точек зрения. Но если он предпримет новые попытки нарушить границы приличия, ему предстоит обнаружить, что она тоже может представлять угрозу. Ей принадлежит половина этого ранчо, равная с ним доля. Если он будет давить на нее слишком сильно, она поставит под вопрос его положение управляющего. Вначале это обстоятельство полностью выпало из ее рассмотрения, а ведь отчеты о делах Дабл-Джей состояли из одних цифр и фактов, в них не было никаких оценок эффективности ведения хозяйства.
Прекрасно, именно это может стать козырем в делах с такими типами, как Слейд Доусон. Хотя она и не заметила никаких явных небрежностей или просчетов в управлении ранчо, она может использовать свое положение, чтобы перекрыть Слейду кислород. И она решила, что без колебаний напомнит ему об этом, если понадобится.
Гряда гор простиралась, насколько хватал глаз, далеко на север, закругляясь по южному краю долины. Слегка пришпоривая Долли, Трейси думала о том, что горы отнюдь не выглядят такими грозными, как описывал их Бен. Скорее они походили на спящих великанов, ограждающих цветущую долину, в них не было абсолютно ничего, что могло бы заронить в сердце страх. Даже в сердце человека, родившегося в городе.
Трейси занервничала, представив себе Слейда, укрывшегося за этими зубчатыми пиками или притаившегося в темной расселине и наблюдающего за ней в полевой бинокль.
Конечно, все это лишь игра воображения, но если бы он действительно наблюдал за ней, то был бы очень разочарован тем, что она не уехала. Ее несколько удивило собственное злорадство, но она тут же оправдала его естественным желанием мести. Она уже потеряла три дня и до сих пор не имела понятия, когда может вернуться Слейд. Ей хотелось, чтобы и Слейд Доусон страдал.
Нельзя было сказать, что эти три дня не доставили ей удовольствия. К ее собственному удивлению, развлечений здесь хватало. Дабл-Джей оказался очень красивым местом, мирным, спокойным, лишенным суеты. Здешняя жизнь все больше нравилась Трейси.
Рейчел тоже была довольна тем, что хозяйка продлила свое пребывание, приняв немудреное объяснение, будто ей необходимо отдохнуть после изнурительной поездки. Трейси не солгала, просто это была не вся правда.
Но после двух-трех дней беззаботного отдыха Трейси почувствовала любопытство Рейчел и Бена. Они начали сознавать, что Трейси действительно ждет Слейда, и неоднократно она замечала озабоченность в их глазах.
Разрешение ездить на Долли в одиночестве Трейси получила лишь после того, как Бен убедился, что она хорошо справляется с лошадью. Ей пришлось выслушать длинное наставление о том, чтобы она не уезжала далеко и сразу возвращалась назад, если почувствует приближение грозы, остерегалась змей и тому подобное. К удивлению Трейси, Рейчел тоже стала предупреждать ее обо всех опасностях, подстерегающих человека в этих краях.
— Я буду очень осторожна, — пообещала она Рейчел, забыв обиду и принимая ее материнскую заботу. В отсутствие Слейда Трейси очень привязалась к пожилой женщине и установила с ней теплые отношения, поскольку не касалась нежелательных тем.
Калитка в заборе, едва заметная, пока Трейси не подъехала к ней вплотную, заворожила ее. Дальше виднелась колючая проволока, валуны и большие камни, служившие демаркационной линией между плоскими пастбищами и волнистыми горами. За склонами, покрытыми травой, Трейси различала темную зелень лесистых гор. Она была уверена, что именно туда показал Бен, когда она спросила его, где расположен Биг-Блаф. Значит, за этим забором и уходившей вверх тропинкой, которая вилась по склону горы, был Слейд.
Трейси знала, что с помощью инструкций или карты она может найти его. Если он не вернется, она попытается сделать это. Она не может спокойно ждать, и даже если ей суждено потеряться в диких лесах Монтаны, она готова рискнуть. Но Трейси была уверена, что найдет его. Кроме Бена и Слейда, на ранчо работали еще человек шесть. Заговорить с одним из них и, не вызвав подозрений, получить необходимую ей информацию не составит никакого труда.
Сколько времени она еще даст Слейду? Нахмурившись в задумчивости, Трейси потянула за повод, и Долли повернула назад. Когда лошадь приблизилась к пасущемуся скоту, беломордые, в красно-коричневых пятнах коровы продолжали жевать в том же неторопливом ритме.
Трейси знала, что она видит Дабл-Джей в его лучшую пору. Зима должна будет нарушить живописное очарование долины, сделает жизнь в ней более суровой и трудной. И все же, даже укрытые снегом, поля будут красивы. Ландшафт изменится, но он сохранит свою неповторимую суровую прелесть.
Она поняла, что ей хотелось бы увидеть долину, когда земля будет покрыта снегом, под блеклым зимним небом, и она обрадовалась, что всего несколько дней, проведенных на ранчо, освободили ее от ощущения пресыщенности, с которым она сюда приехала. Но как воспримет Слейд еще один ее визит?
