Уже в начале сентября 1943 года началась подготовка к эвакуации немецких войск с Кубанского плацдарма, который они храбро обороняли в течение нескольких месяцев, отбивая яростные атаки непрерывно наседавшего противника, имевшего к тому же подавляющее преимущество в живой силе и военной технике[26].
Но прежде чем начался отвод войск с Кубанского плацдарма, под Новороссийском разгорелись тяжелые бои, проходившие с переменным успехом[27].
В ночь с 9 на 10 сентября 1943 года после мощной артиллерийской подготовки противник высадил десант в порту Новороссийска (см. карту 3). Немецкие войска тотчас бросились в контратаку, и противник потерял несколько десантных катеров, однако ему все же удалось закрепиться в порту. Благодаря своевременно проведенным контратакам, предпринятым в последующие два дня, в ходе которых противник потерял значительное число десантных катеров и много оружия, он был снова выбит с территории порта и из восточной части города. При этом нам удалось захватить много пленных[28].
14 сентября была отражена очередная мощная атака Советов у селения Молдаванское, в ходе этого боя были выведены из строя 32 вражеских танка. Очевидно, противник узнал о намерении немецкого командования отвести свои войска с Кубанского плацдарма и теперь пытался своими атаками сорвать запланированную упорядоченную эвакуацию 17-й армии.
Проведение эвакуации
Успешное завершение оборонительных боев под Новороссийском и у села Молдаванское настолько стабилизировало положение на фронте в полосе 17-й армии, что в ночь с 14 на 15 сентября 1943 года можно было без помех со стороны противника начинать запланированную поэтапную эвакуацию войск с Кубанского плацдарма. При этом немецкие войска, выходившие из боя, отводились на заранее подготовленные позиции. Немецкие войска планомерно отходили от одного оборонительного рубежа к другому, предварительно захватив с собой всю военную технику и имущество[29] и взорвав все важные для противника мосты и сооружения. Была взорвана даже недавно проложенная узкоколейная полевая железная дорога, и все говорили, что врагу не достанется даже ни одного гвоздя. Да и сама местность, изрезанная озерами, с обширными болотами и множеством мелких рек и ручьев, благоприятствовала такому поэтапному отводу войск, который происходил в период с 15 сентября по 9 октября 1943 года.
25 сентября в районе северо-западнее Анапы возникла критическая ситуация, когда танки противника ворвались на позиции арьергарда, не имевшего противотанкового оружия, и натолкнулись на батарею 89-го легкого зенитного дивизиона. Один из взводов этой зенитной батареи был буквально раздавлен гусеницами советских танков; к сожалению, при этом возникли прискорбные потери в живой силе, зенитных орудиях и автотранспорте.
Очевидно, командование противника было сбито с толку искусной сдачей Таманского полуострова 3 октября 1943 года и упорядоченным отходом немецких войск на север (см. карты 4 и 5). Вражеские соединения, начавшие 4 октября наступление на Таманский полуостров, наткнулись здесь на пустоту.
Высадка советского морского десанта у станицы Голубицкая[30]
На северном фланге обороны Кубанского плацдарма 27 сентября 1943 года был оставлен район устья Кубани севернее города Темрюк. Дислоцированные в этом районе немецкие войска получили приказ с 27 сентября по 6 октября удерживать узкую косу между Азовским морем и вытянутым пресным озером, лиманом Ахтанизовский, расположенным между городом Темрюк и станицей Ахтанизовская. Именно в этом районе неприятель попытался помешать упорядоченному отходу немецких войск, неожиданно высадив десант на эту узкую косу[31]. В ночь с 29 на 30 сентября противник перешел вброд и переправился на лодках (со стороны Темрюка) через мелкий Ахтанизовский лиман (максимальная глубина которого не превышала полутора метров) и высадился на берег южнее станицы Голубицкая, примерно в 2 километрах позади немецких передовых постов боевого охранения (т. е. восточнее Голубицкой на южном берегу косы. – Ред.). Сначала русские не встретили здесь никакого сопротивления со стороны немецких войск. Но к нашему счастью, в этом районе находилась легкая зенитная батарея (2-я батарея испытанного в боях 86-го легкого зенитного дивизиона), которая со своими 20-мм зенитками на самоходных лафетах имела большой опыт борьбы с воздушными и наземными целями. Звуки высадки вражеского десанта были хорошо слышны в эту непроглядную осеннюю ночь, однако сначала положение было неясным. Дислоцированная неподалеку легкая батарея артиллерии сухопутных войск дала в темноту несколько залпов беспокоящего огня. Приготовившись к открытию огня, взводы 2-й батареи 86-го легкого зенитного дивизиона заняли свои позиции.
На рассвете выяснилось, что под прикрытием живых изгородей и густых кустов противник сумел в отдельных местах приблизиться к одному из взводов 2-й батареи 86-го легкого зенитного дивизиона на пятьдесят метров. Вероятно, проведя ближнюю разведку, это можно было бы выяснить еще и ночью. Но теперь, не теряя времени, взвод тотчас открыл смертоносный огонь с ближней дистанции, остальные взводы 2-й зенитной батареи активно поддержали его огнем своих 20-мм зениток. Затем командир 2-й батареи, капитан Боде, приказал, не прекращая огня, повзводно перейти в наступление на десант противника.
Почти до полудня продолжался этот бой, в который через несколько часов вступила немецкая пехотная рота, а затем и несколько штурмовых орудий, подоспевших на помощь зенитчикам. Противник потерял около 300 бойцов убитыми, 8 лодок и большое количество тяжелого пехотного оружия. В руки к немцам попали более 80 пленных. Те красноармейцы, которые пытались бежать через мелкий лиман, были уничтожены метким огнем 20-мм зениток. Такого успеха удалось добиться на удивление малой кровью: немецкая сторона потеряла 1 бойца убитым и 10 ранеными[32],[33].
Как и было приказано, косу удалось удержать до 6 октября 1943 года.
Карта 6 дает наглядное представление о своеобразных условиях местности в тыловом районе Кубанского плацдарма: обширные болота и поросшие камышом залитые водой низины, изрезанные рукавами рек и речушек, мелкими озерами и водоемами, часто простираются на 5–6 километров. Эти заболоченные низины незаметно переходят в мелкие озера, также заросшие камышом. И только местные жители знают, как переходить такие озера вброд. Можно предположить, что во время высадки вражеского десанта у станицы Голубицкая кто-то из местных жителей провел красноармейцев тайными тропами через эту заросшую камышом и испещренную озерами болотистую местность. Над этими болотами и озерами возвышаются крутые берега, высота которых достигает в некоторых местах 80 метров. С них открывался отличный обзор окрестностей, если, конечно, противник не скрывался в густых зарослях камыша, похожих на джунгли.
Умело используя эти заболоченные, испещренные озерами участки фронта, немецкое командование провело эвакуацию своих войск с Кубанского плацдарма. Такой сложный рельеф местности не позволил противнику, несмотря на его подавляющее преимущество в живой силе и военной технике, смять немецкие арьергарды.
Возможность разнообразного применения легких зенитных орудий, особенно на самоходных лафетах
Эпизод боя у станицы Голубицкая был упомянут здесь не только потому, что он служит ярким примером действий энергичного, самостоятельно принимающего решения командира зенитной батареи, но также и потому, что он наглядно демонстрирует возможность разнообразного применения легких зенитных орудий на самоходных лафетах. Так же как здесь, у станицы Голубицкая, легкие зенитные орудия на самоходных лафетах подтвердили свою высокую огневую мощь и мобильность во время бесчисленных сражений во Французской кампании и в боях на Восточном фронте. Под командованием своих энергичных, инициативных командиров они многократно отлично зарекомендовали себя во время сопровождения танковых частей и соединений, защищая их от воздушных налетов, а также при подавлении таких наземных целей, как транспортные средства, пулеметные гнезда, живая сила противника и т. и., как в уличных боях, так и в сражениях в открытом поле. Их метко прозвали «штурмовыми орудиями маленького человека»! Часто дело заходило так далеко, что командирам приходилось даже тормозить и придерживать своих подчиненных, чтобы ограничить слишком самостоятельную «борьбу» таких самоходных зенитных батарей. Но вот в борьбе против танков такое оружие было бессильно, и тогда приходилось уклоняться от боя, используя большую мобильность легких зенитных орудий на самоходных лафетах и особенности рельефа местности.
