Забрало у шлема раскрылось, и Тиана наклонилась пониже, позволяя мягким отросткам прикоснуться к лицу. Глазки улитки пристально сосредоточились на лице девушки. Через пару мгновений разведчица вдруг услышала мысли. Не сразу смогла отличить их от своих, настолько естественным было воздействие, даже удивилась, что за ерунду она думает? Даже не думает, а, скорее, воображает — как и у любого человека мысли не льются стройным потоком слов, а перемежаются размытыми образами. Однако если эти формы облечь в слова, звучало бы это так:
«Мы живём здесь много циклов. Мы хорошо знаем друг друга, многие виды водят между собой дружбу — те, кто ещё сохранил желание жить. Таких, как ты, мы ещё не видели. Скажи, ты новое существо? Кальмары пришли и за твоей цивилизацией?»
Тиана несколько раз моргнула сосредоточенно, и догадалась — да ведь с ней разговаривают! Собственно, она с самого начала подозревала, что эта улитка стремится коснуться её для того, чтобы таким образом поговорить. Просто не ожидала, что речь её будет настолько деликатна, что распознать таковую среди собственных мыслей окажется сложно. Нечто подобное было, когда они встретились с драконом Светлячком. Только игнорировать дракошу было невозможно — его разум подавлял, пусть и не специально. Мысли радужной улитки звучали гораздо тише и, наверное, более естественно. Осознав, что происходит, Тиана попыталась ответить, но у неё ничего не выходило. Когда она попыталась думать направленно, улитка вдруг отшатнулась, и как-то даже скорчилась. Тиана недоумённо замерла. Что она сделала не так? Улитка, впрочем, быстро оправилась, и вернула мягкие лапки на щёки разведчицы.
«Я вижу, что такой способ говорить для тебя непривычен. Пожалуйста, просто говори так, как тебе привычно. Я смогу тебя понять. Твой разум слишком силён, и когда ты направила на меня мысль, она причинила мне боль».
— Ладно. — Согласилась девушка. — Я не знаю, о каких кальмарах ты говоришь. Мы с моим любимым отдыхали на пустынной планете, когда меня вдруг затянуло в неизвестный космический корабль. Я уже несколько часов брожу по нему, и пытаюсь разобраться, что происходит. Может быть, вы расскажете подробнее?
Лучше бы она не спрашивала. Тиана просто не могла себе представить тот неизбывный ужас, в котором находились эти существа. Ферма. Она правильно догадалась о предназначении этих помещений — это была просто ферма. Вот только хозяева этого места не делали различий между разумными и неразумными существами. Точнее, они считали разумными только себя, а все остальные — лишь пища для истинных детей бога Кальмара. Такова была их религия, которая утверждала, что всё во вселенной, принадлежит богу кальмару и его детям.
«У них нет своей планеты, своей системы — её место затерялось в пепле времён, — рассказывала улитка, — Они давно забыли, откуда пришли, да им и не интересно. Своё предназначение они видят в том, чтобы услаждать взор своего единого и всемогущего бога. Все остальные, кто не верит в него и не знает его, кто не подобен ему обликом, могут быть лишь пищей для возлюбленных детей бога. Они идут от системы к системе, пополняют свои запасы с живых планет и с живых систем. Тех, кто не сопротивляются, они уничтожают. Если же существа подходят им в пищу, часть они оставляют и разводят, чтобы услаждать свои желудки плотью порабощённых. Те же, кто сопротивляются, лишь радуют этим воинственных кальмаров. Ведь противостоянием с сильным противником кальмары могут в очередной раз доказать своему богу, что они — лучшие. Они — самые сильные. Все остальные — лишь ошибка природы, результат происков злых сил. Победив, они поступают с разбитыми так же, как и с теми, кто не сопротивлялся — забирают себе всё, что им нужно, забирают себе технологии, которые показались им удачными, и летят дальше, в поисках новой встречи. Их цель сделать так, чтобы вся вселенная видела их превосходство. Теперь они придут к вашей цивилизации, и уничтожат вашу планету».
— Не смогут! — возмутилась Тиана. — У нас тысячи планет. Нас много. Мы не позволим поступить с нами так же!
«Если вы так сильны, почему ты прячешься? Почему твои соплеменники не спасли тебя? — печально спросила улитка. — Кальмары очень сильны. Они вобрали в себя лучшие достижения многих и многих народов — я не знаю, скольких. Только на нашей ферме живут остатки пяти цивилизаций. Ты видишь существ с тремя ногами — у них тоже было много планет. Они тоже были могучи и горды, но кальмары пришли к ним и уничтожили, и теперь трёхноги остались только на фермах».
Тиана ещё долго вызнавала подробности. Улитка оказалась терпеливым и спокойным собеседником, она охотно отвечала на вопросы. Сама она тоже интересовалась жизнью Тианы и народа киннаров, но как-то вяло. Это было просто праздное любопытство. Улитка не верила, что соплеменники собеседницы смогут противостоять безжалостным кальмарам. Более того, была уверена, что и Тиану рано или поздно найдут, и либо убьют, либо пленят.
«Мне очень жаль, что с тобой это произошло, — рассказывало существо, — Мы постараемся помочь тебе. Но ты должна быть готова, что больше никогда не увидишь своих соплеменников. Здесь нельзя надеяться, или разочарование будет слишком велико, и ты просто умрёшь от тоски».
«Ну да. А если не надеяться, то жизнь твоя окажется хороша и прекрасна», — подумала Тиана. Вслух говорить не стала — не хотела, чтобы эту мысль услышали несчастные, сломленные пленники. Однако сама она сдаваться точно не собиралась.
— Скажи, как давно вы живёте на этом корабле? Вы знаете что-нибудь о нём?
«Те, кого ты видишь — уже второе поколение. Мы очень бережём знающих. Тех, кто хранит остатки наших знаний, нашей памяти, — издалека начала улитка, — Трёхноги же и вовсе давно потеряли своих знающих. Они пытаются как-то сохранить знания, но это сложно, ведь их можно передавать лишь из уст в уста. Знающие иногда рассказывают о тех, кто не смирился. О тех, кто пытался мешать нашим поработителям, или о тех, кто пытался нанести им ущерб, желая отомстить за уничтоженных соплеменников. У нас есть эти знания, но они обрывочны и ненадёжны. Нам трудно будет их передать, ведь мы никогда не видели описанного своими глазами».
Тем не менее, польза всё-таки была. Улитка, которую, кстати, звали очень мило, — Радужное пятнышко, — передавала ей смутные, неоформленные образы, из которых Тиана, порой, узнавала довольно полезные вещи. Например, внешний вид корабля, в котором она находится. Конечно, это был никакой не корабль. Целая малая планета, и даже неясно, целиком она искусственного происхождения, или когда-то за основу был взято естественное небесное тело. Если учесть, что размеры всех подобных обитаемых малых планет совпадают, скорее первое. Ещё Тиана узнала, что внутри есть ангары с боевыми кораблями разных размеров, да и в целом планетоид имеет все стандартные для любого корабля узлы. Есть здесь и реактор, и двигательный отсек, и даже капитанский мостик, которым управляет высокоранговый жрец, приближённый к богу. Вот только расстояния на этом планетоиде такие, что добраться куда-то будет непросто. Перемещаться пешком слишком долго — коридоры и тоннели тянутся на сотни и сотни километров. «Впрочем, теперь у меня хотя бы есть карта. Пусть примерная, — оптимистично подумала девушка. — Без карты здесь действительно можно бродить годами, а так… я буду как насекомое, как таракан или маленький паучок! Я буду там, где меня не ждут, и делать стану всё, что захочу!»
Кроме того, стало понятно, почему ей до сих пор не довелось встретиться с местными хозяевами. Области вокруг ферм считаются среди них грязными, здесь появляются только те, кто чем-то проштрафился, или и вовсе совершил какое-то преступление против местных законов. Те несколько точек, наверное, правда были какими-нибудь ремонтниками, которых заслали в эту глушь, когда поступил сигнал о нарушении целостности стены.
— Если тут практически не следят за безопасностью — почему вы до сих пор сидите здесь? — спросила Тиана. — Почему не пытаетесь сбежать? Хотя бы кому-то, наверное, удалось бы это сделать!
