Читаем без скачивания В защиту науки № 4 - Эдуард Кругляков

Атеисты считают такой ответ по существу просто словесной уловкой и полностью отрицают существование Бога. Ясно, что доказать здесь строго логически ничего нельзя, речь идет о так называемых «интуитивных суждениях». Смысл и роль таких суждений это философский вопрос, останавливаться на котором здесь было бы неуместно.

Центральным пунктом, где сталкивается наука и религия, как сказано, является креационизм. Ведь, согласно Библии, человек и весь животный мир Бог мгновенно и лишь тысячелетия назад создал из ничего. Вместе с тем, наука доказала существование эволюции, в частности в отношении человека. Данные антропологии не оставляют здесь никаких сомнений. Теория эволюции, построенная сначала в XIX в., как и вся наука, развивается, и не всё в отношении эволюции различных организмов ещё ясно. Но, повторяю, сам факт эволюции и несостоятельности креационизма доказаны. Таким образом в этом пункте особенно зримо сталкиваются научное и религиозное мировоззрения. Под влиянием фактов многие религиозные конфессии и секты либо обходят вопрос о креационизме, либо как-то смягчают эту проблему. Насколько я знаю, православие сохраняет креационизм в основе своего вероучения, например Патриарх всея Руси Алексий II так и заявил: «Никакого вреда не будет школьнику, если он будет знать библейское учение о происхождении мира. Осознание человеком, что он является венцом творения Божьего, — только возвышает его, а если кто хочет считать, что он произошел от обезьяны, пусть так считает, но не навязывает этих взглядов другим». Это высказывание, как и многие другие замечания православных иерархов, не оставляет сомнений в том, что они собираются пропагандировать в школе в курсе «Основы православной культуры», этом закамуфлированном варианте «Закона Божьего». Но, как сказано, креационизм противоречит науке, и это не мнение только 10 академиков, а мнение самых широких научных кругов.

Задача школы — воспитать из детей, верящих в сказки, образованных взрослых людей. И с этой задачей внедрение в школу креационизма несовместимо. Это и есть один из основных тезисов «Письма десяти», как и многих других статей. Насколько знаю, в России решено сейчас вести в школах (по примеру, скажем, Германии) некий предмет (под названием «Духовно- нравственная культура»), который должен быть как бы двуглавым. По выбору учеников и их родителей они могут выбирать одну из двух возможностей; «одна голова», одна подгруппа детей должна изучать этику, законы нравственности, а «вторая голова», вторая подгруппа будет знакомиться с религией (практически в России с православием или с исламом, в зависимости от вероисповедания в данной области страны). Возможно, насколько понимаю, и существование двух религиозных подгрупп второго типа — одной православной, а другой мусульманской. Ну что же, такая схема реализует в принципе требование, связанное с одним из основных прав человека — правом свободы совести. Я, правда, считаю, что без противоречия с этим принципом правильнее было бы иметь один предмет, а не параллельные подгруппы. В рамках этого предмета можно и нужно осветить и религиозные вопросы. Но такое решение не устраивает религиозные круги. Не место здесь спорить на эту тему, я хочу лишь сказать, что школа (конкретно, руководители школы, учителя и родители) должна следить, чтобы креационизм не оказался в центре обучения (правильнее было бы говорить в противном случае об антиобучении).

Сказанное за рубежом хорошо известно. Этому вопросу была посвящена даже специальная резолюция 1580 от 4 октября 2007 г. Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), членом которой является и Россия. Эта резолюция так и называется «Опасность креационизма для образования». К сожалению, эта резолюция у нас не была широко известна. Сейчас она, наконец, опубликована. В резолюции, в частности, говорится, что её целью является: «предостеречь от определенной тенденции подменить науку верованием. Необходимо отделить веру от науки». И далее, «ПАСЕ обеспокоена возможностью нездоровых последствий распространения идей креационизма в рамках образовательных систем». Очень хотелось бы мне процитировать всю «резолюцию ПАСЕ», но это, к сожалению, невозможно. Хочу лишь подчеркнуть её актуальность для нас. Проникновение креационизма в школу, да и любую другую область общественной жизни, глубоко реакционно и будет являться тормозом на пути развития России.

Что такое «антинаука»?

Дж. Холтон

Чтобы читатель мог составить себе представление, о чем идет речь, я из всей обширной литературы на эту тему сошлюсь лишь на самую последнюю публикацию — доклад советника президента США по науке Д.А. Бромлея, представленный в конгресс и озаглавленный: «На пороге 2000 года: мировое первенство». В нем отмечается, что научная грамотность американского общества находится на следующем уровне: половина опрошенного взрослого населения не знает, что Земля обращается вокруг Солнца за один год. По результатам других исследований, например И. Миллера «Уровень общественного понимания науки и технологии в США» (1990), стало известно, что менее 7 % взрослых американцев обладают некоторым эталонным уровнем научной грамотности в широком смысле этого понятия; только 13 % обладают, по крайней мере, минимальным уровнем понимания смысла и целей научного познания; зато целых 40 % не согласны с утверждением, что астрология — это вообще не наука. В своем исследовании И. Миллер, в частности, отмечает: «Профессия учителя переживает кризис… В настоящее время на одного новичка, посвятившего себя преподаванию математики или естествознания, приходится 13 учителей по этим дисциплинам, навсегда покидающих свою профессию». Процент же учителей, прошедших за время обучения в университете стандартный минимум по курсам наук, распределился следующим образом: по биологии — 21 %, по химии — 31 %, по физике — 12 %. Для почти 30 % всех высших школ США типичной является ситуация, когда курс физики вообще не включен в учебную программу. Только 20 % всех выпускников университетов США прошли какой-либо курс физики. «Согласно последним сравнительным оценкам состояния мировой науки, учитывающим положение в 12 странах, наши студенты оказались на 9-м месте по физике,11-м — по химии и последнем — по биологии… В области математики наши 13 % специализирующихся в ней студентов уступают другим странам, где специализируются не менее 25 %». Приведенные результаты свидетельствуют, что со времени публикации в 1983 г. важного правительственного доклада «Нация в опасности: императив реформы образования» не произошло каких-то решающих перемен.

В том, что лишь столь незначительная доля населения США, всего 7 % взрослых, может быть признана научно грамотной, и это в наши дни, когда поражающие воображение достижения науки и техники как никогда ранее наглядны и красноречивы, — можно усмотреть не только своего рода иронию истории, но и серьезную проблему, требующую внимательного изучения. К чисто теоретическому значению этой проблемы добавляется и политический аспект: при демократическом устройстве общества все граждане, как бы малограмотны и невежественны они ни были, имеют законное право на участие в принятии решений, существенное место в которых в современных условиях принадлежит научно-технической стороне дела. В этом обстоятельстве кроется возможность крупных политических ошибок и дестабилизации общества. Как я постараюсь показать дальше, история уже неоднократно доказывала, что невнимание к роли и значению науки, недоучет или прямое игнорирование научного миропонимания могут повлечь за собой самые опасные последствия, открыть дорогу самым зловещим общественным силам.

Но и противоположное положение дел, — когда народ «безмолвствует», пребывает в апатии и пассивности, — не добавляет обществу безопасности и стабильности. Надо со всей ясностью осознать: нравится кому-то современная наука или не нравится, но без постоянной поддержки государством и общественными институтами научных исследований и разработок, без участия интеллектуалов-экспертов в принятии политических решений человечество никогда лучше жить не станет. Никакого нежно- томного полинезийского рая или патриархального аграрного эдема нам не видать, зато чудовищные катастрофы отнюдь не исключены. Мы должны помнить, что глобальная ситуация на нашей планете далека от равновесия, а наличный уровень наших знаний и способ практического вмешательства в природу, судя по всему, далеко не достаточны, чтобы обеспечить человечеству надежное будущее.

Таковы, вкратце, те мысли, на которые наводит тема антинауки и которые беспокоят сегодня многих западных интеллектуалов академических профессий. Сами по себе все эти астрологи, спириты и тому подобные мелкие паразиты на духовном теле современной культуры могут вызвать разве что холодное недоумение или снисходительную усмешку, нежели рассматриваться как серьезное общечеловеческое явление. Это так, но всё же мы должны уметь видеть за всем многообразием данного феномена, — который неразрывно связан, помимо всего прочего, ещё и с исторической, географической и тому подобной безграмотностью, о чем здесь лучше вообще не вспоминать, — нечто такое, что способно внушить нешуточную тревогу, а именно некий фатальный провал, обморок самосознания современного человечества. Ещё в начале нашего столетия О. Шпенглер внушал ошарашенной публике, что идеи новейшей науки, самый тип её сознания пропитаны смертельным ядом распада, неотвратимо ведут к закату западной цивилизации. В качестве причины он ссылался на некую «метафизическую усталость» Запада. Другой влиятельный мыслитель, М. Вебер, сравнил метод естествознания с процессом стягивания с мира покровов тайны и очарования, что, по его словам, ведет к утрате чувства «всякого смысла, выходящего за грань чисто практического или технического интереса, о чем с такой силой сказал в своем творчестве Лев Толстой». Как могло случиться, что к исходу XX столетия недопонимание подлинного значения науки, — которое само по себе столь обыкновенно и всеобще, — стало причиной и симптомом культурного упадка?