— Выпейте, — предложил бармен и выдавил из себя дружелюбную улыбку.
— Я пришел заниматься делом, а не пьянствовать, — отрезал Джерри.
— Потеряли вашего гнедого? — обеспокоенно спросил О'Брайен.
— Гнедой мне нравился, пока я не увидел черного. Теперь я его даже за коня не считаю. Где джентльмен, который мне нужен?
Бармен уклонялся от ответа как мог долго, но в конце концов сдался и указал пальцем:
— Вон там.
Спиной к Стрэнну за столом в углу длинного зала, сдвинув сомбреро на затылок, сидел худощавый парень. Он играл в солитер. Джерри быстро огляделся, подтянул патронташ и с ухмылкой приблизился к незнакомцу. Парень не обернулся, продолжая монотонно выкладывать карты, но при этом крайне вежливо произнес:
— Лучше стой, где стоишь, приятель, ты не нравишься моей собаке.
И Стрэнн разглядел в тени стола еще более черную тень, огромную и бесформенную. Два зеленых глаза уставились из мрака на Джерри. Он остановился, даже сделал шаг назад, но вдруг услышал сдавленный смешок бармена.
Если бы О'Брайен не развеселился столь некстати, возможно, в историю «Трех „Б“, не были бы вписаны последующие события.
Глава 8
ДАРЕНЫЙ КОНЬ
— Собака, конечно, твоя, — заметил Джерри, по-прежнему обращаясь к спине игравшего в карты незнакомца. — Но ты не дома. Присмотри за псом, иначе я справлюсь сам, и тебе уже никогда не придется за ним приглядывать!
Произнеся это, Стрэнн шагнул вперед. Собака зарычала, ее рычание, глубокое и гортанное, напоминало подавленный вздох. Джерри выхватил револьвер.
— Барт, — вежливо попросил незнакомец, — ляг и помолчи, пожалуйста.
Он повернулся, поправил шляпу и дружелюбно взглянул на Джерри. Незнакомец, как и Стрэнн, был красив, хотя Джерри и выглядел более мужественно. Чужак отличался женственной мягкостью и грацией, круглыми девичьими запястьями, изящными руками. Летняя жара и зимняя стужа здешних мест делают кожу грубой, съедают лишнюю плоть, заостряя черты лица, но у чужака лицо осталось гладким и округлым, словно природа на сей раз решила продемонстрировать все свои способности. Ее мастерство привлекло бы скорее женщин, чем мужчин. Мужчины любят солидный вес и массу костей с мышцами, а этот парень казался очень легким. Он сидел, глядя на Стрэнна с величайшей серьезностью большими карими, чуть удивлёнными глазами. Иногда подобную таинственность и задумчивость можно заметить в глазах некоторых животных,
Поймав взгляд чужака, Стрэнн снова ухмыльнулся, морщины на лбу у него тут же разгладились, а револьвер нырнул обратно в кобуру. Большая собака забилась в тень поглубже и прижалась к хозяину.
— Я Стрэнн. Ты, наверное, обо мне слышал.
— Меня зовут Барри, — ответил незнакомец. — Мне очень жаль, но я раньше о тебе никогда не слышал.
Звук его голоса снова заставил Джерри ухмыльнуться. Такой бархатный голос больше подошел бы девушке. Более того, карие глаза, казалось, просили прощения за неведение относительно столь знаменитого имени.
— У тебя там конь стоит.
Барри кивнул.
— Сколько ты за него хочешь?
— Нисколько.
— Нисколько? Подожди, — возразил Стрэнн, — все имеет цену, и я должен получить этого коня, ясно? Должен! Я готов торговаться. Я не стану пытаться тебя разорить. Ты только назови свою цену, я заплачу. Мне кажется, что это справедливо.
— Он не слишком покладистый конь, — заметил Барри. — Возможно, он тебе не понравится.
— Насчет этого не переживай, — фыркнул Стрэнн, но все-таки умерил свое веселье и внимательно посмотрел на собеседника, пытаясь понять скрытую насмешку. Однако глаза Барри оставались такими же извинявшимися. Стрэнн продолжил: — Я увидел в нем адов огонь. Он остановил меня как пуля. Я люблю таких лошадей. Они прекрасно подходят для схватки. Ну давай, называй свою цену. Эй, О'Брайен, плесни-ка нам горлодера. Я намерен заключить кое-какую сделку!
О'Брайен с выпивкой поспешно приблизился, тем временем Стрэнн вежливо осведомился:
— Ты местный?
— Нет, — спокойно ответил Барри.
— Нет? И откуда же ты приехал?
— Оттуда. — Барри грациозно махнул рукой в сторону всего остального земного шара.
Джерри хмыкнул и еще раз внимательно взглянул на собеседника.
О'Брайен поставил перед ними выпивку.
— За черного дьявола! — предложил Стрэнн. Он залпом проглотил свою порцию и, ставя стакан на стол, с безграничным изумлением заметил, что незнакомец не притронулся к виски, продолжая пить воду из своего стакана. — Ну, с Богом! — звонко объявил он и ударил тяжелым кулаком по столешнице. — Теперь о цене.
— Я не знаю, сколько стоят лошади, — пожал плечами Барри.
— Ну, для начала… Пять сотен баксов наличными… Золотом!.. За твоего… Как его зовут?
— Сатана.
— Как?
— Сатана.
Стрэнн снова хмыкнул:
— Так вот, пять сотен за Сатану. Как насчет такой цены?
— Если тебе удастся его объездить… — начал незнакомец.
— Черт! — улыбнулся Стрэнн и беззаботно махнул рукой. — Конечно, я его объезжу!
— В таком случае забирай его даром, — заключил Барри.
— Ты бы… Что? — переспросил Стрэнн.
Затем он медленно поднялся со стула и громко позвал людей. Двери мгновенно распахнулись, и в салун заглянуло множество лиц.
— Парни, этот джентльмен собирается отдать мне своего черного… Ха-ха-ха!.. Если я объезжу коня! — Джерри повернулся к Барри: — Они все слышали, и теперь сделка считается заключенной. Если твой конь меня сбросит, то дело не выгорело. Верно?
— Да, — кивнул Барри.
— Что за идея? — спросил у Джерри один из спутников по дороге из салуна на улицу.
— Понятия не имею, — пожал плечами Стрэнн. — Тот парень выглядит простоватым. Но я не виноват, если он заключил плохую сделку. Ага, вот и ты!
И Джерри схватил черного жеребца за уздечку. Его спасла только молниеносная реакция. Стоило ему коснуться упряжи, как Сатана сразу же повернул голову и щелкнул зубами, словно злобная собака. Жеребец не дотянулся до плеча Стрэнна только потому, что тот проворно отпрыгнул назад. Джерри, свирепея, засмеялся.
— Ему нужно удалить зубы, — крикнул он приятелям, — и побыстрее.
Тут раздался голос Барри:
— Я помогу вам взобраться в седло, мистер Стрэнн. — И, пробравшись через толпу, он подошел к жеребцу.
— Осторожно! — искренне встревожился Стрэнн. — Он отгрызет тебе голову!
Но Барри уже стоял спиной к ужасным зубам, снимая с шеи коня поводья. А жеребец тем временем навострил одно ухо, затем другое и доверчиво обнюхал плечо Барри. Толпа изумленно загалдела.
— Я подержу его голову, пока вы садитесь, — предложил Барри все так же спокойно.
